Пламенная - О'Бэньон Констанс - Страница 48

– Да, нашли, ваше преосвященство! Круглое родимое пятно на том месте, которое указала эта молодая женщина.

Архиепископ, чуть склонив голову, приветствовал Ричарда.

– Ваши притязания подтверждаются доказательствами, милорд граф. Отныне вы именуетесь графом Ричардом Вудбриджем и будете пользоваться привилегиями и достоянием соответственно вашему титулу.

Сабина схватила Ричарда, прижала к себе.

– Дело сделано, брат! О, Ричард! Как наш отец радуется там, на небесах!

Архиепископ прервал радостные излияния Сабины:

– Я прошу всех покинуть зал, за исключением вас, ваша светлость.

Сабина неохотно рассталась с братом.

– Побудь, пожалуйста, с Tea, а я скоро присоединюсь к вам.

Оставшись наедине с архиепископом, она достаточно сурово, без всякой робости обратилась к нему:

– Мне нечего больше доказывать, ваше преосвященство!

– А что мы будем делать с вами, ваша светлость герцогиня?

– Я не подавала вам никаких прошений. Следовательно, мое будущее вас не касается ни в коей мере.

– У вас такой же злой язык, как и у вашего папаши. Мне надо было уловить сходство гораздо раньше.

– Что-то вы не очень спешили… – ехидно заметила Сабина. – Теперь я буду жить в доме брата и намереваюсь просить святейшего папу римского расторгнуть мой брак с Гарретом Блексорном.

– Интересно, что скажет по этому поводу его светлость.

– Мне до этого нет дела! – вскинула голову Сабина.

– Браки так легко не расторгаются. Король не желает вашего развода. Вы должны помнить, как он настаивал на вашей свадьбе и какое деятельное участие принимал в свадебной церемонии. Союз двух ваших семейств в его интересах.

– Если это правда, что я вышла замуж, чтобы доставить удовольствие королю, то я буду добиваться развода с целью доставить удовольствие себе.

Архиепископ весь затрясся от смеха.

– Будь я на месте вашего мужа, герцогиня, никакой папа римский не увел бы вас от меня!

Она с вызовом посмотрела ему прямо в глаза:

– Кажется, вы твердо верите, что Гаррет Блексорн не устраивал резни в моем доме? Я в этом не убеждена, ваше преосвященство.

Архиепископ был поражен.

– Неужели вы по-прежнему возлагаете на него вину? Ваш супруг полностью оправдан по решению короля. Я лично выслушал признание в совершении преступления от его кузена, Гортланда Блексорна.

У Сабины из памяти не могло выпасть это имя. Всплыли тяжелые воспоминания о подслушанном ею разговоре у костра в ночь свадебного пира. Какая ненависть кипела в Гортланде Блексорне, когда он с издевкой прохаживался насчет своего удачливого в любви и во всех делах родственника.

– Вполне возможно, что Гортланд стрелял из лука, но Гаррет туда вложил стрелу.

– Это опасное предположение, ваша светлость. Я получил письмо от вашего супруга. Хотите знать его содержание?

– Меня оно не интересует. – Сабина была непреклонна.

Архиепископ все же достал письмо и аккуратно развернул сложенный вдвое лист. Даже не заглядывая в него, он сказал Сабине:

– Я обязан поведать вам, что более всего благодаря этому письму Его Величество король согласился на расследование притязаний юного Ричарда на графский титул. Его светлость герцог встал на сторону вашего брата и ходатайствовал перед нами о возвращении ему титула и достояния. Он также просил немедленно известить его о принятом нами решении.

– Он здесь? – Сабина не смогла скрыть своего испуга.

– Нет. Он остался в Волчьем Логове.

Итак, Гаррет признал, что она его жена.

– Мы с Ричардом не просили у него помощи, – надменно сказала она.

– Жаль, что вы столь враждебно настроены к герцогу. Ваш супруг никогда не терял надежды, что вы останетесь живы…

– Если все темы нашей беседы исчерпаны, ваше преосвященство, я предпочла бы удалиться. – Сабине хотелось как можно скорее покинуть этот огромный холодный зал.

– Прежде чем вы уйдете, я бы хотел узнать от вас, чем вы занимались все эти годы. Его Величество интересуется, почему вы не вернулись раньше, ваша светлость.

– Я уверена, что мой дядя, маркиз де Кавиньяк, сообщил вам, что я была во Франции. Это и передайте Его Величеству. – Она в нетерпении оглянулась на дверь. – Надеюсь, вы задали все вопросы? Теперь я тороплюсь. Мне хочется обнять верную Tea, да и дорога в Вудбридж неблизкая, а я соскучилась по дому.

– Король не позволит вам остаться жить в Вудбридже, герцогиня. Вскоре вам придется переехать в Волчье Логово к своему супругу.

Сабина иронически вскинула брови. «Точь-в-точь как ее отец!» – подумал архиепископ.

– Посоветуйте Его Величеству не отвлекаться от управления государством на мои дела, – насмешливо сказала она.

Архиепископ хихикнул.

– Не думаю, что это будет мудро с моей стороны – в точности передать ему ваши слова. Я ограничусь лишь выражением глубочайшего почтения к его особе.

Сабина собралась было возразить, но вовремя одумалась.

– Поступайте, как вам будет угодно, ваше преосвященство. Прощайте!

– А вы ступайте с Богом! И, может быть, Бог придет на помощь вашему мужу. Мне кажется, его светлость нуждается в том, чтобы его деяниями руководила рука Божья…

Сабина оценила его юмор. Они не расстались врагами, но и не нашли общего языка. Много дней и ночей она оберегала Ричарда, дрожала в страхе за его судьбу. Теперь ее собственное будущее пугало Сабину.

26

Новая встреча с Tea не доставила Сабине радости. После недолгого просветления в зале судилища, старая служанка впала в лихорадочный бред. Было очевидно, что она слишком больна и долгий путь до Вудбридж-холла ей не по силам. Сабина усадила ее с большим трудом в экипаж, и они направились в загородный дом.

– Все будет хорошо, Tea, я буду заботиться о тебе, – ласково говорила она.

Tea, словно не слыша ее слов, неустанно повторяла одну и ту же фразу:

– Когда я дождусь Сабину и Ричарда, то умру с миром в душе.

Дома Сабина сразу же уложила старуху в постель и послала за врачом. Обследовав Tea, доктор не выразил оптимизма. Он не мог обещать Сабине, что старая женщина оправится от болезни.

Сердце Сабины готово было разорваться на части. Она не хотела расставаться с больной Tea, но должна была сопровождать Ричарда в Вудбридж, куда он неудержимо стремился.

Она поцеловала сухую, горячую от внутреннего жара щеку служанки, но все слова утешения замирали у нее на устах. Она не могла лгать ни Tea, ни себе самой. Старуха плакала, бормоча:

– Я не хочу умирать в этом страшном чужом доме. Отвезите меня в Вудбридж.

– Тебе нельзя говорить, Tea. Отдохни, это пойдет тебе на пользу. – Сабина подошла к двери и обратилась, понизив голос, к дежурившей у постели Изабель: – Я так волнуюсь за нее!

– Я побуду с ней ночью, а ты постарайся немного поспать.

Сабина благодарно кивнула. Ей действительно был необходим хоть короткий отдых. Но заснуть она так и не смогла. Несколько раз за ночь она вскакивала с постели и бежала в комнату Tea. Состояние старой служанки все ухудшалось. Она бредила воспоминаниями о ночном нападении на замок Вудбридж. Все детали произошедшей трагедии бесконечным хороводом кружились перед ее глазами, уже утерявшими способность видеть реальный мир.

И все же Сабине пришлось оставить Tea на попечение слуг, а самой отправиться с братом в Вудбридж. Отдав последние распоряжения и договорившись с врачом, что он будет навещать больную дважды в день, она постояла у кровати впавшей в беспамятство Tea и, разрыдавшись, бегом устремилась к карете. Кучер щелкнул хлыстом, лошади резво взяли с места. Внутри у Сабины будто что-то оборвалось. Она испытала мучительную боль, не зная, увидит ли еще верную служанку живой. Так невесело началось их путешествие с Ричардом в родовой замок.

Чем ближе была цель их путешествия, тем более замкнутым и сосредоточенным на своих мыслях становился Ричард. Сабина пыталась втянуть его в беседу, но мальчик угрюмо отмалчивался.

Маркиз де Кавиньяк и старый дядя Симон следовали за ними в другом экипаже и, несомненно, обсуждали по дороге будущее Ричарда. Наконец Сабина, не выдержав гнетущего молчания, потянула брата за рукав и заставила его повернуть голову к ней.