Магическое ателье леди Кейт (СИ) - Филимонова Елена - Страница 41

– Это и есть Кларисса? – с улыбкой спросила Кида и присела рядом.

Гортензия окатила ее ледяным взглядом.

– Для служанки ты задаешь слишком много вопросов, дитя, – сухо сказала она. – А моя шляпа все еще лежит на комоде, в то время, как ей должнò быть в гардеробе.

Это было уже слишком.

– Ее зовут Кида, и она не служанка, а моя воспитанница.

Гортензия встала, и наши глаза оказались на одном уровне. Зрительный поединок продолжался несколько секунд, и я выдержала его.

– Воспитанница? – уточнила Гортензия. Она вновь посмотрела на Киду. – Интересно… Я бы с удовольствием послушала эту историю.

– Тогда прошу в гостиную, – сухо сказала я и отошла, пропуская ее вперед.

До этой минуты я лелеяла слабую надежду на то, что ошибаюсь в догадках, и загадочная тетушка окажется приятным человеком, однако, ее последняя фраза расставила все по местам. Скучать нам не придется.

Элла растерялась, не зная – остаться в комнате или уйти.

– Ох, и не знаю, место ли мне здесь, – шепнула она. – Тетушка-то ваша виконтесса.

– Конечно, тебе здесь место. И хватит перед ней раболепствовать. В конце концов, это мой дом. Так что вперед. – Я легонько подтолкнула ее к двери в гостиную.

***

– Так, значит, ты решила обосноваться в глубинке? – Придерживая фарфоровое блюдце, Гортензия сделала осторожный глоток чая.

Возможно, мне лишь показалось, но на слове «глубинка» тетушка сделала акцент.

– Это мое наследство, – я обвела взглядом скромно убранную комнату.

Гортензия понимающе закивала.

– Да-да. Хотя, признаться, бабушка оставила тебе немного.

– И все же она заработала это своим трудом и своим умом, – заметила я.

С самого начала беседы Гортензия явно и неявно делала упор на собственный статус: долго и красочно рассказывала, как перестраивала имение; жаловалась, что устала от светских раутов и отвергла приглашение на юбилей какой-то герцогини, сетовала на ленивых слуг и прочее, прочее, прочее.

Она выглядела и держалась как настоящая аристократка, но я-то знала, что эта увешанная драгоценностями и одетая в шелка дама родилась в семье лавочника.

Но мысли занимало другое – с первой минуты я следила за каждым ее жестом и взглядом – не заподозрила ли Гортензия чего-то неладного?

Слава богам, пока ничто на это не указывало. Я боялась «проколоться» на каком-нибудь безобидном вопросе, но, на мое счастье, Гортензию не интересовало прошлое – с куда большем удовольствием она рассказывала о собственной жизни.

– Найти подходящую партию, дело, требующее не меньшего ума, чем ведение бизнеса, – парировала тетушка. – Ты всегда была умной, но этого почему-то не понимала. Разве в столице не нашлось достойных кандидатов?

– Зависит от того, какое значение вкладывать в это слово. Для меня прежде всего важно, чтобы человек был порядочным и надежным. И, конечно, уважал меня.

– И много ли здесь таких?

– Хотите узнать, есть ли у меня избранник?

– И это в том числе. – Гортензия поставила чашку на стол. – Знаешь ли ты, зачем я здесь?

Я улыбнулась.

– Чтение мыслей мне неподвластно.

Виконтесса проигнорировала шутку.

– Я объезжаю всех родственников: ближних и дальних.

– Чтобы укрепить родственные узы?

– Чтобы решить, кому завещать все имущество, когда Светлой Матери будет угодно призвать меня.

Глава 40

Если тетушка хотела меня удивить, то справилась на одиннадцать баллов из десяти. Я ждала чего угодно, но только не этого.

- Ты удивлена, Катерина? - Гортензия поднесла к губам чашку. И, не дожидаясь ответа, продолжила: - боги не дали мне собственных детей, а я не намерена отдавать все нажитое государству. Деньги и имущество должны остаться в семье. - Она выразительно посмотрела на меня. - Ты согласна, дитя?

- Вам виднее.

Тетушка повела плечами.

- Именно. В конце концов, это мое состояние, и только мне решать, как распорядиться им.

Значит, виконтесса решила устроить «кастинг» на самого достойного наследника. Признаюсь, выглядело это заманчиво, тем более, учитывая, в каком положении мы оказались. И пусть суд избавил меня от конских процентов, сумма все равно осталась внушительной.

Однако, я знала и то, что бесплатный сыр бывает лишь в одном месте. Кроме того, при всей своей заносчивости, леди Гортензия была умной и расчетливой женщиной, а главное - ей, определенно, нравилось чувствовать власть над людьми.

- И скольких родственников вы уже посетили?

- Я нанесла визиты трем семьям. - Гортензия откинулась на спинку кресла и сделала это с изяществом, заслуживающим восхищения. - По линии моего покойного супруга.

Она замолчала и посмотрела на меня, ожидая, вероятно, дальнейших расспросов, но я молчала. Не хотелось выглядеть бедной родственницей в надежде на подаяние.

- Что ж, я рада принять вас у себя дома. Надеюсь, вам здесь будет комфортно.

Гортензия обвела взглядом комнату.

- Тут почти ничего не изменилось. - И добавила снисходительно: - разве что чувствуется рука времени.

Проще говоря, это значило, что домик поистрепался и уж конечно не мог конкурировать с ее поместьем на двенадцать спален.

Вечером после ужина, увидев приготовленную комнату, она вздохнула, всем видом показывая, какие неудобства будет испытывать здесь, но от комментариев воздержалась.

Где-то через четверть часа, когда я почти закончила с мытьем посуды, сверху донесся истеричный лай, а следом за ним точно такой же истеричнный визг.

Вбежав в комнату, я первым делом споткнулась о перевернутую корзинку, ушибла бедро об угол комода и едва сдержала ругательство.

- Что?! Что это? - Гортензия стояла в центре комнаты и указывала куда-то в угол. Рядом заходилась в лае Кларисса.

- Не что, а кто? - я перешагнула через корзинку. - Это Кузя.

Кот сидел на тумбочке и с интересом поглядывал на питомицу виконтессы.

- У тебя есть кот?!

- Как легко заметить, - ответила я, пожимая плечами.

Впалые щеки Гортензии раскраснелись, глаза пылали негодованием.

- Он испугал мою Клариссу! Убери его отсюда.

Я бы могла сказать, что формально у Кузи больше прав на эту комнату, но ссориться не хотелось. К тому же, так будет лучше для кота: не хватало только, чтобы эта истеричка обидела моего любимца.

С истинно британским спокойствием Кузя позволил взять его на руки. Кларисса, наконец, затихла, но продолжала рычать не то на меня, не то на Кузьму.

- Зачем ты держишь его в доме? - Гортензия немного успокоилась.

- Полагаю, по той же причине, что и вы Клариссу.

Тетушка гневно выдохнула.

- У котов водятся блохи! И еще бог весть какие паразиты.

«Можно подумать у твоей «душеньки» их меньше», подумала я, вспомнив, как за ужином, собачонка чесалась так, что шерсть летела.

- Кузьма не заразный. На нем магический щит от паразитов. Могу и вашей Клариссе поставить.

Гортензия схватила питомицу на руки и прижала к груди с таким видом, будто я сказала, что собираюсь свернуть ей шею.

- Никаких экспериментов на моей малышке. - Она сжала ее так, что бедняжка тихонько пискнула. Поджав губы, тетушка посмотрела на кота. - Не пускай его в мою комнату. У меня аллергия на кошачью шерсть.

«А у меня, кажется, вот-вот проснется аллергия на вас». И это лишь спустя несколько часов.

***

- Она похожа на злую мачеху из сказки, - сказала Кида, когда я укладывала ее спать.

- Надеюсь, тебе хватит благоразумия не говорить это ей.

Девочка заговорщицки прищурилась.

- Обижаешь. Она ведь сказала, что выбирает наследника. Так что я буду паинькой.

- Или ей просто нравится смотреть, как окружающие пресмыкаются перед ней.

Кида пожала плечами.

- Пресмыкаться не обязательно, но можно попробовать побыть милашками. Тебе ведь нужны деньги?

- Поговорим об этом потом, - я закрыла книгу сказок и положила ее на комод. - А сейчас спать. Не забывай, что тебе еще на уроки идти.