"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Султанов Дмитрий Игоревич - Страница 303

Полумрак вигвама не позволял различать детали, но девушка чувствовала на себе её пристальный взгляд.

— Что ж тебе такое страшное приснилось? — внезапно прошептала аратачка, шепелявя больше обычного. — Если ты так кричала.

Вздрогнув от неожиданности, Фрея хотела привычно отмолчаться. Но желание поделиться давящим страхом, снять часть груза с души заставило тихо ответить:

— Меня сначала предали, потом били. Сильно.

— Кто? — продолжала расспросы хозяйка. — Ну, ты их знаешь?

— Наверное, — пожала плечами девушка. — Но лиц не видела. Просто какие-то люди.

— Плохой сон, — согласилась собеседница. — Тебе бы с Колдуном потолковать. Он в тайных знаках понимает.

Внезапно встрепенувшись, Расторопная Белка охнула:

— Это не про Одинокого Ореха?

— Нет, — грустно усмехнулась Фрея. — Он тут ни при чём. Я видела то, что со мной там было. В том месте, где жила раньше.

— Так Владыка вод тебе память вернул? — всплеснула сухими руками аратачка.

— Кое-что вспомнила, — согласилась девушка, передёрнув плечами. — Хорошо ещё не всё, иначе, наверное, умерла бы со страху.

— Так сильно испугалась? — участливо поинтересовалась собеседница.

— Очень, — честно призналась Фрея и заплакала.

— Эх ты, мой маленький оленёнок, — вздохнула старушка, протягивая ладонь, чтобы погладить её по голове.

Девушка привычно отстранилась, но Расторопная Белка всё же похлопала её по покрытому одеялом плечу.

— Жизнь состоит не из одних только бед. Вот увидишь, будет и у тебя радость.

— Нет, — обречённо выдохнула Фрея, вытирая слёзы. — Детям Рыси я не нравлюсь. Даже старейшины не стали меня защищать.

Аратачка встала, перелила отвар в деревянную миску и, протянув ей, сказала:

— Чужая ты для всех, непонятная. Вот поэтому защитник тебе нужен. Муж. Такой, чтобы никто обидеть не смел. А то мы уже старые. Предки к себе зовут.

Расторопная Белка высморкалась, вытерев пальцы о шкуру.

— Когда-то мой Мутный Глаз сильным охотником был. С вождём спорил. А сейчас только корзины плести и может. Сама, небось, видела, что старейшины на совете его и слушать не захотели.

Девушка машинально кивнула, принимая чашку с отваром.

Старуха уселась рядом.

— Иди к Глухому Грому в вигвам. Он сильный и храбрый. Вождь давно велит ему новую хозяйку взять, а тот не соглашался. Никак, мол, подходящую не найду. Ох, они как-то раз и разругались.

Собеседница покачала головой.

— Мать у него злая. Так она ещё старше меня. Того и гляди помрёт.

Фрея молча отхлебнула, морщась от жгуче-горького вкуса.

— Сынок у него ещё есть от первой жены, знаешь, наверное? — уже деловито заговорила Расторопная Белка. — Но он маленький совсем. Второй год только. Его Дальняя Осина выкормила вместе со своей дочкой. А теперь ты ему мамкой будешь. Неужто он тебе помешает?

От выпитого снадобья странно зашумело в голове. Веки отяжелели, а мысли, наоборот, попрыгали в разные стороны, как блохи на старой шкуре. Возвращая посуду собеседнице, девушка усмехнулась и пробормотала тяжело ворочающимся языком:

— Не помешает. Только как я замуж пойду, если меня от них тошнит?

Расторопная Белка вздрогнула, а Фрея продолжала, перейдя на родной язык.

— Я мужиков видеть спокойно не могу! Эти козлы мне всю жизнь испортили! Радость мля…

Это слово оказалось последним, что Фрее удалось выговорить более-менее членораздельно. Тяжко рухнув на ложе, она ещё долго бормотала про себя что-то бессвязное, пока отвар окончательно не погрузил её в сон.

Проснулась девушка от дикой головной боли, но первая попытка встать закончилась падением, от чего многострадальный череп едва не разлетелся на миллионы визжащих кусков. Предметы перед глазами расплывались, теряя форму, а во рту, словно всю ночь гадил весь род Палевых Рысей. Резь в кишечнике прибавила резвости. Она едва успела забраться в бурьян, стрелой промчавшись мимо уже приступившего к работе Мутного Глаза.

Вернувшись к очагу, девушка стала искать кувшин, но Расторопная Белка ехидно проинформировала, что за водой ещё нужно сходить, и всучила ей пустую посуду.

Фрея со стоном поплелась за водой, краем уха услышав озабоченный голос старухи.

— Сильно пересохла травка. Надо бы новой набрать.

— Злая лягушка, злая лягушка! — вдруг услышала она писклявые голоса, тупыми иглами царапавшие мозг.

Стайка ребятишек бежала за ней, приплясывая и кривляясь. — Злая лягушка, злая лягушка.

Девушка резко обернулась, собираясь ответить, но едва не упала от прострелившей голову боли. Плюнув в сторону кривлявшихся бесенят, она заторопилась к ручью, попутно заметив, что возившиеся у очагов женщины демонстративно поворачиваются к ней спиной.

— Вот стервы!

Почти бегом Фрея добежала до воды и стала с жадностью пить, чувствуя, как с каждым глотком притупляется давящая дурнота.

— Злая лягушка хочет выпить ручей! — закричала какая-то малявка в одних крошечных мокасинах. Другие малыши тут же поддержали её дружным писком.

Выпрямившись, девушка блаженно перевела дух.

— Вам, что делать нечего? — устало спросила она, добавив по-русски. — Сопляки!

Детишки замерли, испуганно уставившись на неё карими глазёнками. Потом очень дружно развернулись и с рёвом устремились к селению, так что только пятки засверкали.

Недоуменно пожав плечами им вслед, Фрея умылась и, наполнив кувшин, неторопливо направилась назад.

Реакция аратачек на её появление оказалась, мягко говоря, странной. Женщины дули в её сторону через головешку, очевидно отгоняя злые силы. Девушка мрачно хмыкнула.

"Им осталось только объявить меня злой колдуньей и сжечь на костре. Кажется, так делали когда-то в моём мире".

У их вигвама соседка что-то с жаром доказывала Расторопной Белке. Заметив Фрею, женщина быстро ушла, пугливо оглядываясь.

— Чего это она? — хмуро поинтересовалась девушка, передавая Мутному Глазу кувшин.

— Да вот говорит, что ты на детей хотела зло навести, — сурово поджав губы, ответила старуха.

"Так я и думала", — мрачно усмехнулась про себя Фрея.

— Что ты с ними сделала там, у ручья? — наседала Расторопная Белка, скрестив руки на груди.

— Я попросила их замолчать, — пожала плечами девушка. — Только на своём языке.

— Глупые женщины! — фыркнул Мутный Глаз, отрываясь от кувшина. — Да умей Бледная Лягушка колдовать, стала бы она бегать от Одинокого Ореха!

— А это тут при чём? — нахмурилась супруга.

— При том, — наставительно проговорил старик, вытирая мокрые губы. — С магией она сама бы справилась с "рысёнком". Лишила бы его мужской силы и всё!

Он засмеялся сухим, дребезжащим смехом, очень довольный своей шуткой.

— И осталось бы ему только глядеть на священный столб да завидовать.

Расторопная Белка досадливо махнула рукой на глупого мужа, а тот внезапно стал серьёзным.

— Только тебе, дочка, лучше сегодня людям глаза не мозолить. Посиди в вигваме.

— Лучше я за крапивой схожу, — предложила Фрея. — Наберу и сразу в ручей уложу, мне Лепесток Ромашки нужное место показала.

— А не забоишься одна в лес идти? — дрогнувшим голосом спросила старуха.

— Я недалеко, — успокоила её девушка, добавив через пару секунд. — Пусть будет то, что должно случиться.

— Ступай, — отведя взгляд в сторону, кивнул Мутный Глаз.

Фрея взяла корзину, коряво сшитые рукавицы и каменный нож. Расторопная Белка подала ей кусок старого, вареного мяса с душком да три желудёвые лепёшки. Девушка поняла, что раньше ужина её не ждут.

Ну, что же, будет время всё как следует обдумать, а может, и покончить со всем прямо там в лесу. Она в который раз машинально потрогала шрам на запястье.

Фрея перебросила через плечо ремень, вскинула голову, и ни на кого не глядя, направилась к лесу. Путь к подходящим зарослям шёл мимо священного столба, возле которого жарился на солнышке привязанный Одинокий Орех. Вначале она решила обогнуть это место стороной. Но потом передумала и гордо прошла мимо, услышав вслед злобное шипение толстой жены вождя, возившейся у своего вигвама.