Сладкое желание - Орвиг Сара - Страница 19

– Господи! Я не собираюсь тебя бросать. Только…

– Не надо, Сойер Дэй, иначе я отправлюсь следом и, честное слово, всажу пулю в твое бесчувственное сердце.

– Давай оставим споры на потом. Сиди тихо и не высовывайся.

– Если ты будешь сражаться, я тебя не оставлю.

– Черт возьми! Я должен тебя связать?

– Только попробуй!

Сойер молча соскочил с коня и решительно направился к ней.

– Ладно, договорились. – Каролина быстро развернула лошадь к толстому кедру и, обернувшись, увидела, как Сойер осторожно двинулся вперед. К ее страхам теперь прибавился новый: она боялась, что его убьют.

Девушка сменила направление и поехала следом, пытаясь держаться в тени. Перестрелка стала громче, слышался жуткий крик идущих в атаку дикарей, от которого мороз шел по коже.

Когда Сойер бесшумно спрыгнул на землю, она придержала свою кобылу, глядя, как он, держа наготове винтовку, тенью заскользил к ранчо.

Каролина тоже слезла с лошади, стараясь поспеть за ним. На открытом месте Сойер упал на живот и медленно пополз вперед, пока не добрался до вершины холма, а потом исчез из виду.

На вершине холма Каролина осторожно посмотрела вниз. Сойер устроился за большим валуном, прицелился и выстрелил в индейцев, окруживших дом. Мгновенно несколько краснокожих развернули лошадей и поскакали в его направлении. Девушка начала судорожно оглядываться, наконец заметила неподалеку беспорядочно разбросанные обломки скал, за которыми можно было спрятаться и видеть Сойера. Промчавшись несколько ярдов, она упала на землю за новым укрытием, выставила перед собой карабин и со страхом принялась ждать. Когда перед ней оказались индейцы, несущиеся к Сойеру, Каролина нажала на спуск.

Оказавшись между двух огней – ею и Сойером, – команчи повернули обратно: видимо, они просто не догадывались, что стреляют всего двое.

Теперь было самое время вернуться к своей лошади, иначе она может оказаться лицом к лицу с разъяренным Сойером. Девушка собралась бежать назад, когда чья-то рука вдруг схватила ее за волосы. Она даже ке успела закричать, потому что рот ей накрыла мозолистая ладонь. Каролина виновато подняла глаза, думая, что это Сойер, и ее охватил ужас. Она увидела скуластое, раскрашенное поперечными белыми полосами лицо в обрамлении иссиня-черных жестких волос. Каролина отчаянно рванулась, но, похоже, ее держали не руки, а стальные клещи. Она рванулась еще раз, пронзительно закричала и тут же получила сильнейший удар, отчего щека у нее сразу онемела, хотя это были сущие пустяки по сравнению с ее животным страхом. Она тщетно упиралась: команч, не обращая внимания на ее сопротивление, качал срывать с нее одежду.

– Каролина!

Голос Сойера удесятерял ее силы. Она впилась зубами в руку индейца и завопила что было мочи. Тут на краснокожего бросился подоспевший Сойер, и оба покатились по земле. Девушка схватила валявшийся неподалеку карабин, повернулась к дерущимся, но сразу поняла, что легко может попасть в Сойера, а не в индейца. Из темноты неожиданно появилась еще одна фигура. Каролина выстрелила в тот момент, когда второй индеец уже натянул тетиву; пуля угодила ему в грудь. Тем не менее пущенная стрела все же настигла Сойера.

Захлебываясь рыданиями, девушка прицелилась в хотевшего надругаться над ней дикари, который успел вскочить на ноги, и выстрелила. Команч упал лицом в пыль.

– Сойер!

Каролина с трудом подняла его ставшее вдруг удивительно тяжелым тело, моля Бога, чтобы он был жив. Веки у раненого дрогнули, затуманенные глаза приоткрылись, и он увидел склонившуюся над ним девушку.

– Черт возьми! – хрипло выругался он. – Я же сказал тебе, где нужно оставаться.

– Сойер, прости! Только живи, пожалуйста! Ты слишком выносливый и упрямый, чтобы умереть!

– Малыш… помоги мне встать. Здесь опасно… Каролина подставила ему плечо: Сойер поднялся на ноги, открыл глаза и помотал головой, как пьяный.

– Господи, Сойер, пожалуйста! Ты должен жить.

– Конечно, малыш. Не так просто… меня убить…

Он пошатнулся, осел на землю, и девушка чуть не упала вместе с ним.

– Сойер! – Она похлопала его по щекам. Голова бессильно склонилась ей на плечо, но он все же попытался снова встать.

– Возьми лошадь, шестизарядник и винтовку. Если найдешь лошадь…

– Замолчи и сиди спокойно, – перебила его Каролина, бросаясь за его конем. Когда девушка вернулась, Сойер неподвижно лежал на земле, и она, вне себя от ужаса, что проводник умер, припала ухом к его груди. Нет, сердце билось.

– Сойер! – закричала Каролина, тряся его за здоровое плечо. Наконец он медленно открыл глаза и непонимающе уставился на нее. – Команчи ушли, я могу доехать до ранчо, позвать на помощь.

– Лучше помоги мне встать. На ранчо мы поедем вместе. Здесь нельзя оставаться. Команчи.

Она держала Сойера, пока тот вставал, затем посадила на лошадь, и они начали медленно спускаться с холма. Раненый качался в седле, и девушка боялась, как бы он не свалился на землю. Наконец им все же удалось добраться до места.

На стук Каролины дверь открылась, и на пороге возник черноволосый мужчина с шестизарядником.

Она смотрела в его мрачные угольно-черные глаза. Инстинкт подсказывал ей, что от этого человека с револьвером следует держаться подальше, но девушка упрямо вздернула подбородок.

– Я Каролина Брендон. Джон Брендон – мой дядя. Со мной раненый.

– Я Максимо Торрес. – Черноглазый махнул рукой. – Входите.

– Спасибо, сэр. Тетя Летти написала дяде о моем приезде.

– По-моему, никакого письма он не получал, – без всякого намека на доброжелательность произнес Торрес.

Дом был полон незнакомых людей, которые молча уставились на нее, за исключением мальчика, стоящего у окна. Горела только одна керосиновая лампа, в воздухе стоял густой запах пороха.

– А где дядя Джон? – спросила Каролина.

– Лежит в соседней комнате. Одна стрела попала ему в грудь, другая – в ногу. Я помогу вашему другу.

Максимо вышел наружу, стащил Сойера с лошади и внес в дом. Положив следопыта на диван, он повернулся к Каролине.

– Я старший работник у сеньора Брендона. А это Фабиана, его жена.

Каролина перевела взгляд на женщину ослепительной красоты, с идеально правильными чертами лица, нежной смуглой кожей и огромными, чуть раскосыми глазами в обрамлении густых ресниц. Она была стройной, с пышной грудью. Фабиана окинула гостью оценивающим взглядом, презрительно кивнула и отошла к плите.

– Это мой брат Рамон Торрес, – сказал Максимо, и девушке улыбнулся высокий красивый мужчина. – А это Джастин Брендон, сын Фабианы.

Глава 8

Каролина поздоровалась со своим кузеном. Сын дяди Джона… а удивительно похож на Торресов.

– Джастин, отведи их лошадей в конюшню.

Из спальни донесся громкий стон, и Каролина вошла, чтобы поздороваться с дядей, который лежал на спине, весь окровавленный, грязный. Тяжелым подбородком и прямым носом он напомнил ей дядю Захарию. Его зеленые, как и у девушки, глаза остановились на ней, и раненый озадаченно нахмурился.

– Дядя Джон, я Каролина.

– Неужто Каролина Брендон, дочка Калвина? Это ты стреляла с холма?

– Да. Нас там было двое.

– Двое… вы нас спасли.

Брендон дышал с трудом, говорил с заметными паузами. Каролина отошла от кровати, чтобы Максимо смог поменять окровавленные простыни и перевязать Джона.

Вымыв руки в тазу, Максимо приказал ей:

– Мойте руки, поможете мне с ранеными. Следующие несколько часов превратились в настоящий кошмар. Тяжелее всех пострадал Джон Брендон, поэтому основное внимание уделялось ему. От боли он часто терял сознание. Перевязывая очередного раненого, Каролина бросила взгляд в сторону кровати, где лежал дядя, и заметила полный ненависти взгляд Фабианы, когда та смотрела на мужа. “Значит, не все благополучно у дяди”, – подумала девушка, но тут ее позвал Максимо, и она снова погрузилась в работу.