Человек после общества. Антология французского анархо-индивидуализма начала XX века - Коллектив авторов - Страница 8

То есть мудрец никогда не станет оказывать какое-либо влияние на общество?

Мудрец знает, что мы не можем уничтожить ни социальную несправедливость, ни иссушить воды моря. Но он стремится спасти всякого угнетенного человека от частных случаев несправедливости подобно тому, как он бросается в воду, чтобы спасти тонущего человека.

ГЛАВА 5. О СОЦИАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЯХ

Является ли труд социальной или естественной потребностью?

Труд — это естественная потребность, способы удовлетворения которой ухудшаются обществом.

Каким образом общество ухудшает способы удовлетворения естественной потребности в труде?

Тремя способами. Первый — это произвольное освобождение определенного количества человек от всякого труда и возложение бремени этого труда на других. Второй способ — это наем большого количества людей на бессмысленные работы и социальные должности. Третий — это приумножение в обществе, особенно среди богатых, воображаемых потребностей с последующим навязыванием бедным одиозного труда, имеющего своей целью удовлетворение этих же воображаемых потребностей,

Почему ты считаешь труд естественной потребностью?

Потому что мое тело имеет естественные потребности, которые могут быть удовлетворены только с помощью продуктов труда.

Для тебя трудом является только ручной труд?

Без сомнений.

Не имеет ли также и дух свои естественные потребности?

Необходимость в умственных упражнениях, помогающих развитию интеллектуальных способностей, является единственной естественной потребностью нашего духа. Дух всегда остается радостным ребенком, нуждающимся в постоянной активности и играх.

Нужны ли специальные люди для удовлетворения естественных потребностей нашего духа?

Зрелищные спектакли дивной природы, наблюдение за человеческими страстями и радость беседы с другими — всего этого достаточно для удовлетворения естественных потребностей нашего духа.

То есть ты не приемлешь искусство, науку и философию?

Отнюдь. Как и любовь, они являются благородными до тех пор, пока остаются бескорыстными. В искусстве, науке, философии и любви тот, кто испытывает наслаждение, не должен за него ничем платить.

Но разве нет на свете художников, творящих от боли, и ученых, стремящихся к познанию до потери сил?

Если их деятельность приносит им больше боли, нежели удовольствия, то я не пойму, почему эти бедные люди не воздержатся от нее?

Выходит, что ты мог бы потребовать, чтобы художник или ученый принимали активное участие в совместном ручном труде?

Как и в случае с влюбленными, природа сама требует от художника и ученого того, чтобы они принимали участие в совместном ручном труде, поскольку она тоже закладывает в них общечеловеческие естественные потребности.

У немощных людей тоже имеются материальные нужды, посему не будешь же ты столь жестоким, чтобы навязывать и им обязанность активно участвовать в совместном ручном труде, которую они окажутся не в состоянии выполнить?

Без каких-либо сомнений, но, в свою очередь, я не рассматриваю красоту тела или силу интеллекта в качестве недуга.

Следовательно, индивидуалист будет заниматься ручным трудом?

Да, так много, насколько это возможно.

Почему ты сказал: «Так много, насколько это возможно»?

Потому что общество ухудшило необходимые для удовлетворения этой естественной потребности условия. В обществе нет хорошо оплачиваемого ручного труда для всех. Обычно интерес к индивидуализму у нас пробуждается слишком поздно для того, чтобы обучиться ручному ремеслу. Общество украло у всех, передав затем немногим, это великое орудие ручного труда — землю.

Следовательно, может ли индивидуалист, в рамках современного положения вещей, жить за счет того, что он не считает истинным трудом?

Может.

Может ли индивидуалист быть функционером?

Да, но он не может согласиться на все виды должностей.

В От каких должностей станет воздерживаться индивидуалист?

Индивидуалист не станет занимать любую административную, судебную или военную должность. Он не будет ни префектом, ни полицейским, ни офицером, ни судьей, ни палачом.

Почему?

Индивидуалист не может находиться среди социальных тиранов.

Какие должности он может занять?

Те, которые не вредят другим.

Помимо должностей, оплачиваемых государством, есть ли еще еще способы заработка, от которых воздержится индивидуалист?

Есть.

Назови несколько.

Кража, банковское дело, эксплуатация куртизанок и рабочих.

Какими будут отношения индивидуалиста со своими подчиненными на работе17?

Он будет уважать их личность и свободу. Он всегда будет помнить о том, что профессиональные обязанности — выдумка, а человеческие моральные обязанности — единственная реальность. Он никогда не забудет, что иерархии — это глупость и безумие, и он будет действовать естественно — не приспосабливаясь к социальным иерархиям, подразумевающим отношение к людям как к своим подчиненным, но в соответствии с природой, которая сделала всех людей равными между собой.

Будет ли индивидуалист часто иметь дело со своими подчиненными на работе?

Он будет избегать всяких воздержаний, что могут их оскорбить. Тем не менее он будет стараться реже пересекаться с ними, страшась увидеть их социально угнетенными и духовно неестественными. Я имею в виду увидеть их подчиненными, стесненными или враждебными.

Каковы будут отношения индивидуалиста с его коллегами и собратьями?

Он будет вежлив и любезен с ними. Но при этом он постарается, не задевая ничьих чувств, избегать разговоров с ними насколько это возможно.

Зачем?

Для того чтобы защитить самого себя от двух коварных зол: корпоративного духа и помутнения индивидуального сознания профессиональной ролью18.

Как будет вести себя индивидуалист с начальством?

Индивидуалист не забудет, что слова его начальства почти всегда касаются безразличных вещей (адиафор). Он будет слушать их с безразличием, и отвечать как можно меньше. Он не станет возражать начальнику и указывать на решения, которые кажутся ему наилучшими. Он будет избегать всяких бесполезных обсуждений.

Почему?

Потому что начальник, как правило, это тщеславный и раздражительный ребенок.

Если начальник приказывает сделать нечто, касающееся не безразличных вещей, а, наоборот, связанное с тем, что является несправедливым и жестоким, как будет действовать индивидуалист?

Он откажется подчиняться.

Разве он не рискует, отказываясь подчиниться?

Нет. Стать орудием несправедливости и зла — это равноценно гибели разума и свободы. Но непослушание несправедливому порядку лишь подвергает опасности тело и прочие материальные ресурсы, которые являются безразличными вещами.

Каковы же тогда будут соображения индивидуалиста касательно дальнейших действий перед лицом сил этого порядка?