Свидетель по делу – кошка (СИ) - Самтенко Мария - Страница 1

Свидетель по делу — кошка

Часть 1

Мымра, которая всем надоела. Глава 1

Вместо пролога

Эта история началась с того, что я села не в ту электричку.

Вообще, со мной такое случалось и раньше. Если в нашем городке несколько электричек с особо коварными маршрутами: сядешь, значит, в одну, думаешь, что едешь на дачу к знакомым, а она возьми и поверни в самом непредсказуемом месте. А ты сидишь, смотришь на подозрительно незнакомый пейзаж за окном и думаешь: «4386-А! Опять! Я же вроде садились в „4386“, без „А-шки“. Марина, где были твои глаза⁈».

На самом деле я знаю, где были мои глаза. В таких случаях они всегда в одном месте — в телефоне. И заняты они чтением свеженького детективчика, где ж тут на трупы смотреть-то?..

Трупы.

Оговорочка по Фрейду. Забегая вперед, труп будет чуть позже. Выпадет на меня из окна, ага. В лучших традициях детективного жанра.

А пока я сижу в новенькой красивой электричке, кажется, «Ласточке», и ошарашенно думаю, на какой же маршрут надо было сесть, чтобы меня привезли прямиком к замку. Огромному такому, каменному, с коваными воротами и подвесным мостом, как в кино.

И откуда у нас на Урале вообще взялись замки⁈

Глава 1

Утром начинается с воплей. Орать изволит ректорская жена Галгалея, она же Галка, она же Мымра. Это вечная головная боль нашей Академии. Добрая половина мечтает, чтобы наш душка-ректор с ней разошелся, а злая половина не против ее перед этим прибить.

Крики доносятся из ректорского кабинета. На секунду я даже перестаю натирать черный мраморный пол, чтобы послушать. Увы! Акустика не такая хорошая. То есть вопли я слышу и даже могу понять, что визжит именно Галка, но слов не разобрать. Хотя других вообще сквозь дверь не слышно — наш ректор, господин Урлах-Тор, явно выбирал супругу по голосу. Больше не за что, право слово.

Хотя кто его знает, какие там критерии у гномов?

Академия? Мраморный пол? Гномы? Да что тут вообще происходит⁈

Ну…

Ладно.

Кажется, в этой чудесной истории с блэкджеком и трупами страсть как просится пояснение.

Итак. Меня зовут Марина. Марина Васильевна. Предыдущие сорок лет я жила в маленьком городке на Урале. Выучилась на физмате, устроилась в НИИ… и попала в тюрьму по ложному обвинению. Отсидела свой срок, выяснила, что за скотина меня подставила, попутно поучаствовала в расследовании трех убийств, подала на реабилитацию, развелась с мужем…в общем, скучать не приходилось. Правда, последние пару лет моей жизни проходили не так насыщенно — я мирно работала уборщицей в центральной городской библиотеке. Зарплата не самая большая, так и работы немного, и доступ к моим любимым детективным романам почти неограниченный.

А потом я села не в ту электричку и очутилась в другом мире — мире Кеалмэ. Вот тут, конечно, пришлось пожалеть, что я избегала литературу про попаданок и брала почти исключительно детективы. Ну кто же знал⁈

Первым делом меня взяли в оборот местные власти. Оказалось, что попаданцы у них явление редкое, но не единичное. Раньше, рассказывал мне ректор Урлах-Тор, невысокий морщинистый гном, миры сообщались через множество порталов, и высокоразвитый магический Кеалмэ активно влиял на скромный наш. Примерно в том стиле, как богатые европейские колонисты влияли на бедных туземцев. Ну, знаете: золото и продовольствие туда, всякую дребедень сюда, а если не нравится, тебя дракон скушает. Мифы, легенды и сказки про всяких вампиров, демонов, колдунов и фей у нас тоже из Кеалмэ. Только тут это реальность, а в нашем — полузабытые и изменившиеся до неузнаваемости старые байки.

Сообщение между мирами прервалось примерно тысячу лет назад — тогда могущественные маги Кеалмэ решили перестать паразитировать на нашем мире, и лавочка с порталами была прикрыта. Чем вызван такой внезапный всплеск благородства, история не сохранила. Тем не менее, порталы в нашем мире еще встречаются — в основном это трудноубираемые стихийные.

«Трудноубираемые» это не в том смысле, что мне, уборщице, тяжело их мыть. Просто маги их закрывают, а они опять появляются, где-нибудь в другом месте. А еще они притаскивают людей. Сколько у нас таких, кто пропал без вести? Даже я лично знаю как минимум двоих. Так вот, какой-то процент таких «потеряшек» приходится на стихийные порталы.

Местные власти относятся к попаданцам с философским смирением. Мир Кеалмэ развивается магически, а не технологически, так что особого интереса наши новинки не представляют. Что-то, конечно, забирают для изучения, но не постоянно. Я как физик в отдаленном прошлом пользовалась интересом с неделю. Потом выяснилось, что ничего нового я рассказать не могу, тем более что курс физики у меня в голове двадцатилетней давности, и пользы от меня в целом мало — в итоге пристроили уборщицей в Академию.

Впрочем, тут дело не только в том, что у меня мало практических навыков для другой работы. Навыки, как говорится, дело наживное. Просто меня надо было обязательно пристроить в Академию, а Мымра заявила местным чиновникам, что других должностей у них нет. Тогда я не знала, что она врет как дышит и ненавидит всех попаданок, и согласилась поступить в распоряжение коменданта.

«Вам нужно остаться в Академии СУМРАК как минимум на год», — сказал оформляющий мои документы маг. — «Вас же привезла электричка истинности. Вдруг тут появится ваш истинный?».

Теперь мне предстояло слушать лекцию про электричку истинности. Выяснилось, что это какой-то специальный портал, добывающий местным идеальных возлюбленных, предназначенных им самой судьбой.

Только на мне электричка истинности дала сбой. Фамильяр вот нашелся — это волшебный клубочек, который умеет насылать бессонницу (собственно, поэтому я и не сплю в полпятого утра!) — а истинных нет, и не предвидится. Но мне и без них прекрасно, я уже была замужем.

— … не порочь имя Академии своей грязной кровью!..

Вопль Галгалеи отвлекает меня от мытья полов и мысли о том, что какой-то невезучий «прекрасный принц» живет в своем замке, и знать не знает, что его истинная пара это сорокалетняя уборщица с криминальным прошлым.

Орет Мымра, для разнообразия, не на меня. Во-первых, я существо безобидное и ответить ей не могу, кричать на таких не интересно. Во-вторых, я сразу же начинаю представлять на голове у визжащей Галки мусорное ведро и еле сдерживаюсь, чтобы не начать хихикать.

Один раз мне даже за это высказали. Правда, в тот раз вместо ведра на голове у Мымры была фарфоровая ночная ваза с розочками. А налетел на меня наш гоблинский комендант, позаимствовавший у ректора какой-то магический прибор для чтения мыслей.

— Ага! — заявила тогда я. — То есть орать на бедное беззащитное существо можно, а представлять ночные вазы нельзя? Батенька комендант, вы тиран! Проведите с Галгалеей разъяснительную беседу!

— Просто не надо представлять ее с моей ночной вазой на голове, — сменил гнев на милость комендант.

Проводить разъяснительную беседу с женой дорогого ректора ему не улыбалось от слова совсем. Можно было нарваться на несколько неприятных вопросов. Например, «почему ты, скотина, опять берешь мои артефакты без спроса».

— Марина! Перестань лыбиться, дура! Уволю!..

Крик Галгалеи — теперь уже в мой адрес — отрывает меня от мыслей о ночных горшках нашего клептоманского коменданта. Вздрагиваю и начинаю усиленно натирать мраморные полы. Мымра, конечно, меня не уволит. Государство субсидирует им мою годовую зарплату по программе адаптации попаданцев, и ректор не захочет терять халявную уборщицу. Но лезть в конфликт мне не хочется.

Удовлетворившись моей покорностью, Мымра переключается на молоденькую преподавательницу-волколачку: высокую, стройную и суровую не по годам. Альфачку зовут Амина, лера Амина. Первые две недели я считала, что «Лера» это имя, но оказалось, что это титул, вроде «леди».

Только на эту Амину так просто не поорешь. На ценное мнение Мымры она плевала. Собственно, поэтому наша дура к ней так цепляется. Вот и сейчас визжала-визжала, а потом увидела, что девушка собралась уходить, и цап ее за руку!