Роза для короля. Возмездие (СИ) - Сомерсет Надежда - Страница 56

Ханан открыв дверь в ванную, застал именно эту картину: Мэл стоящая, ну почти обнаженная, пытавшаяся удержать остатки юбки на себе и перед ней на коленях счастливый, полностью обнаженный Хенол: – Могу присоединиться? И веревочки от юбки у нее на спине.

– А ты почему молчала? – сдвинул брови Хенол, поглядывая на девушку, которая пыталась прикрыться руками и хохотала.

– Ты такой миленький, когда задумчив, бровки домиком и губки бантиком, – хихикала Мэл, а позади нее вставал Ханан.

– А я миленький? – прошептал он ей в ухо, подув на волосы, чтобы добраться до ее ушка, ложа ей на плечи свои ладони. Мэл поежилась и повернула к нему голову: – Миленький, но сегодня вы только мои компаньоны. Мне очень грустно и я боюсь, – чуть помедлила и продолжила, – за вас.

Хенол наконец справился с завязочками на ее талии и осторожно спустил юбку с ее бедер: – Поняли уже, но помыть тебя, нам доставит огромное удовольствие.

– Если позволишь, конечно, – шептал Ханан ей в ухо, все ближе и ближе приближаясь к ее щеке. А Мэл ежилась от его голоса, тихого шепота и хихикала, потому что перед ней вставал Хенол, который осторожно отодвинул ее волосы от ее шейки и наклонившись прижался губами к ее коже. Мэл застонала: – Блин, ну кто так делает? Вы же мои компаньоны.

– Мы помним, секс – это табу, – шептал Ханан, уже полностью завладев ее губами, нежно прикасаясь к ней, придерживая ее голову за подбородок и обхватывая ее полушария. Мэл уже трепетала от его рук, когда Хенол, продолжая целовать ее плечико, чуть прикусывая нежную кожу, обвел левой рукой нежно ее живот и двинулся к ее лепесткам: – Мы помогаем расслабиться, а это не секс – это медпомощь.

Мэл попытавшись вернуть на грешную землю своих «компаньонов» застонала: – А мыться?

– Сейчас, мы как раз туда и направляемся, – шептал ей в губы Ханан, полностью лишая ее воздуха. Мэл ухватилась за его шею, которой мог позавидовать породистый бык и всем телом прижалась к Хенолу, который уже не просто гладил ее лепестки, он уже вовсю хозяйничал там, заставляя ее истекать соками и забыть о том, что она не хотела секса с двумя мужчинами. Мэл стонала в рот Ханану, пыталась найти точку джи, двигаясь телом, чтобы ускорить процесс, а Хенол целовал ее плечико, продолжая медленно раздвигать лепестки, проникал внутрь ее и выходил, сжимал кнопочку и тут же ее отпуска.

– Согласна, только больше не мучай, – вырвавшись из захвата губ Ханана, Мэл перехватила инициативу и вцепилась в короткие волосы Хенола. А тот только улыбнулся, показав ей свои совершенные зубы и кивнул, отходя на шаг назад и протягивая ей руку: – Тогда пошли.

– Но сначала я бы хотел кое-что тебе сказать любимая, – придержав ее за талию и развернув к себе, сказал Ханан. Мэл удивленно раскрыла глаза, но во взгляде Ханана было столько страха, что она невольно замерла. А Ханан уже опускался перед ней на колени и склонялся к ее ногам, обхватывая руками ее стопочки. – Примешь ли ты меня как мужа или оставишь лишь другом?

Мэл замерла, сейчас она могла вознести его к вершинам или могла спустить в бездну. Что она выберет? Склонившийся перед ней мужчина был красив, она любила его, но смогут ли они пережить их совместное будущее. Но с другой стороны, если она сейчас примет его клятву, она поступит правильно, ведь у той королевы это не получилось. И Теффана смогла отомстить ей, убив сразу двоих. Но сейчас она поступит не так, она поступит правильно, ведь она любит этого мужчину, а он любит ее, раз сейчас у ее ног. И она наклонилась, положив ему на плечо ладонь: – Да, я принимаю тебя мужем, но оставляю и другом, ведь мужчину и женщину держит вместе не только любовь, но и верность и дружба, понимание и согласие.

Позади нее вздохнул Хенол: – Вставай уже герой-любовник, наша жена должна была быть в теплой ванне еще десять минут назад, придется воду-то разогревать, остывать начала.

Мэл захихикала, а перед ней вставал Ханан с татуировкой розы на плече, и счастливыми глазами. Он быстренько подхватил ее на руки и двинулся в воду, в которой уже стоял по колено Хенол, с усмешкой, уже предвкушая часы удовольствия, где они вдвоем будут любить такую красивую и такую нежную женщину.

Простите чуть запоздала. В следующей главе узнаем что с Киихом и встретимся с Теффаной. Не пропадайте.

ГЛАВА 65 Извини дочка…

Таура сидела за столом и пил травяной чай. В ее голове сейчас был полный кавардак, мысли прыгали вокруг Мэлисенты, Накашима и Ханана. Что будет, когда вернется Теффана? Сможет ли она спасти Ханана от гнева матери? А Мэлисенту? А что будет с ней? Тайи. Этот молодой человек запал ей в душу, чистым взглядом голубых глаз, взглядом в котором она увидела его душу и радость от общения с ней. Смогут ли они выстоять и пережить эту бурю?

– Думаешь, что сможешь остаться неуязвимой? – позади раздался голос Накашима, которая входила в маленькую столовую.

– Великая Накашима никогда не нападала первой. Я помню рассказы Рады о великой и могучей матери, которую она боготворила, – отставляя от себя пустую чашку, ответила Таура. – Мне так жаль, что Рада погибла, я бы и сама убила Гревин за то, что она выросла такой беспринципной и жестокой.

– Ты говоришь с ее матерью! – прогремела Накашима, нависая над девушкой.

– Да, только эта мать решила, что жизнь Гревин выше чем жизнь других ее дочерей, – поднимая голову и заглядывая в черные глаза стоящей рядом с ней женщины.

– Не тебе меня судить, – Накашима резко развернулась и обойдя стол по кругу с силой отодвинула стул и села напротив Тауры. Вынырнувший из ниши слуга поставил перед ней чашку и положил пирожное и тут же исчез, не привлекая к себе внимания больше чем положено.

– Может быть. Вы сами будете себя судить, может быть и не сейчас, потом. Но эта боль никогда не покинет вас.

– Они могут быть живы. Тьма, имеет глубокие корни, и она бездонна. Там во тьме, есть жизнь, – прошептала Накашима, обхватывая ладонями горячую чашку и не отрывая взгляда от чая и легкого пара клубящегося над ней. Она не чувствовала жара, Таура права, она чувствовала лишь опустошение.

– Живы… Я была бы рада, если бы вы были правы, – Таура уже готова была оставить Накашиму страдать в одиночестве, но в столовую раскрыв широко двери, вошел Тайи.

– Теффана вернулась, – молодой человек был испуган, встревожен.

– А Накао? – спросила Накашима, не отрывая взгляда от чая, легко потревожила его в чашке миниатюрной ложечкой и отпила, почти не чувствуя его вкуса.

– Она одна, Накао Стаакс еще не вернулась.

– Иди, встречай матушку, – Накашима оторвала взгляд от чая и кивнула, глядя в золотые глаза Тауры, – и пусть сопутствует тебе удача в твоих желаниях.

Таура на слова Накашима лишь выше подняла голову и двинулась к застывшему в дверях Тайи, ничем не показывая советнику нетерпение и страх.

***

Ступая из портала на каменный пол в портальном зале дворца, Теффана уже знала что Ханан «предал» ее, но хотела ли она его смерти?

«Однажды я уже совершила ошибку, за которую поплатилась. Хочу ли я совершить еще одну? Все ведь мною было продумано в ту минуту, когда я решила поддержать Мэлисенту, когда узнала что она добра к своим мужчинам и вообще к мужчинам этой несчастной земли. Но я не знала, даже не догадывалась, что они «опять» полюбят друг друга, что произойдет в точности все именно так как и в тот раз. Может богиня решила исправить все? И эта Мэлисента – Лия Амори?» – она вздохнула.– «Смерть Лии Амори, была моей ошибкой, много лет назад. Это я поняла, когда восстали ее мужья, когда пришлось убивать ее фрейлин за неповиновение. Амелия, Номура, Савия – это те, кто воспротивился моему решению. Их головы скатились вслед за светловолосой головой королевы. Я всегда помнила их имена и всегда жалела об их смерти, о том, что в их смерти виновата именно я. Мой эгоизм, моя юность и моя импульсивность» – Теффана тряхнула головой, отгоняя воспоминания и улыбнулась идущему рядом Дазану: – Сын, иди, отдохни.