Роза для короля. Возмездие (СИ) - Сомерсет Надежда - Страница 46

– Я был с женщиной в одной комнате, она была в прозрачном пеньюаре, я был неподобающе одет, в одних домашних брюках, босой, так что это наносит обиду моей госпоже и требует моего наказания, – проговорил Киих, так и не подняв головы.

– Ты так хочешь, чтобы я тебя наказала? – удивилась Накао, глядя на склоненную голову Кииха.

– Моя госпожа, – вступил в беседу Усин, – это единственное верное решение. Если Киих понесет наказание и не сможет несколько дней вставать с кровати, нам это даст фору чтобы все узнать и решить что делать дальше.

– И ты готов ради этого быть избитым? – Накао присмотрелась к Кииху, но тот лишь еще ниже опустил голову, почти склоняясь к полу и проговорил.

– Я не хочу вас подставлять. Вы мать моей госпожи и сейчас именно из-за меня будете поставлены в неловкую ситуацию, а так я понесу наказание, к вам никак претензий, я в кровати и под надзором лекаря и ваших людей. У вас будет несколько дней, чтобы понять, что здесь происходит и принять верное решение.

«Какой умный мальчик» – Накао восхитилась решением, которое принял Киих.

– Усин, не сильно его бей, но так чтобы крови было побольше, но без членовредительства.

– Я понял госпожа, крови будет много, но тело не пострадает. Кииха поселим в выделенном доме, чтобы к нему не было доступа, он там сможет отдохнуть и меньше глаза будет мозолить. Кого вам прислать?

– Самых страшненьких, если наши барышни так падки на чужое, то пусть наслаждаются видом самых некрасивых мужчин, и пусть они играют убедительно: зубаскалят, руки распускают. Короче не мне вас учить, натаскайте их хорошенько.

***

 И вот Киих стоит распятый у столба, а Усин готовит кнут, чтобы привести наказание в действие. Чуть в стороне стоят его люди готовые броситься к Кииху и снять его с веревок, но сейчас ему придется принять пару ударов, пока стоящая на балконе Эма Огино не отвернется или не уйдет совсем.

«Он сам ей признался и сам попросил наказание. Я так тебе противна? Тогда пусть эта порка будет тебе уроком. Я не спущу тебе твоего поведения и даже если тебя всего изуродуют, ты будешь моим. Наиграюсь, а потом выброшу. Зачем мне использованная игрушка» – Эма даже улыбнулась своим мыслям, уже предвкушая эту новую игру в добренькую, чтобы приручить, а потом разорвать его слабое сердечко, чтобы смотреть как рушится его мечта о счастливой жизни. А внизу уже свистел кнут. Киих вздрогнул, но не дернулся, Усин кажется больше воздух сотрясал чем бил его, кнут лишь зацепил его плечо, но оставил красную полосу на обнаженном теле. Потом был второй удар, и Киих застонал, потому что этот удар лег прямо поперек спины, разрывая кожу. По спине потекла струйка крови, Киих сцепил зубы и застонал.

– Кричи, она не уходит, – прошептал Усин и даже рукоятью в бок ударил, вызывая желание у Кииха лишь выругаться, что он и сделал. – Сейчас еще ударю, так что кричи.

– Давай уже, – промычал Киих пытаясь сдержаться и не закричать от боли. Следующий удар был несильный, но он его не ожидал, отвлекся и действительно закричал, пытаясь сжаться и уйти от кнута даже дернулся, но веревки лишь натянули конечности, струйки крови показались на запястьях, но спина уже горела огнем, хотя и удар то был по кривой, лишь зацепил бедро.

Эма развернулась, больше смотреть, как избивают ЕЕ мужчину она не могла, а позади нее опустил кнут Усин, понимая, что Кииху и так досталось слишком сильно, а ведь он обещал не сильно портить его шкурку.

ГЛАВА 54 Сказки на ночь …

Мэл не знала куда себя деть и потому мелкими шажками двигалась по коридору, прислушиваясь к тихим голосам Тауры и Аарина, пытаясь разобрать хотя бы слово и чуть на стенку не лезла от любопытства.

А Таура войдя в комнату к бывшему каторжнику, увидела усталого, совсем потерявшего веру в жизнь мужчину. Черные волосы свисали по сторонам лица, прикрывая красивые скулы и тусклые карие глаза, плечи поникли, руки сцепил в замок и прижал к животу.

– Меня послала королева поговорить с тобой и если нужно вылечить, – сказала девушка, делая шаг вперед и становясь перед ним, вглядываясь в его глаза, которые он отводил, ни на чем не фокусируя взгляд.

– Все хорошо госпожа, я здоров. Когда меня отправят обратно?

– Ну, это не мне решать, но могу помочь, если ты расскажешь о себе.

Аарин вдруг поднял голову и ответил, бросаясь в ее сторону и падая перед ней на колени: – Я ее люблю и хочу, чтобы она меня простила, простила за все.

Таура опешила и взмахнула рукой, направляя золотую магию на молодого человека. Она такого не ожидала и потому порыв Аарина поверг ее в шок. Магия окутала его, открывая ей все его раны, старые и новые, показывая своей хозяйке, что можно все срастить и излечить кроме его душевного расстройства, здесь она бессильна: «Да, он с ума сошел. Я бессильна. Как жаль, но лучше его отправить подальше, чтобы не расстраивать Мэлисенту. Королева сегодняшняя его пожалеет, и будет лишь тратить свои силы на его выздоровление, виня себя».

– Я поговорю с королевой и она обязательно примет твою искренность во внимание, – лаково сказала Таура и провела пальчиками по его щеке. А Аарин обхватил ее ладонь и весь засиял, благодаря ее за милость. – А теперь ляг и отдохни, – все, что она может – это помочь ему уснуть и видеть красивые сны, навеянные его безумием. Она наблюдала как Аарин под действием ее магии засыпал лежа на кровати, как расслабилось его лицо и раскрылись сжатые кулаки и выдохнула. – Как же это тяжело видеть до чего все дошло. Мама как ты могла все это допустить?

Мэл ждала Тауру, но никак не ожидала ее увидеть такой подавленной: – Что с ним?

– Ему нужен отдых и лучше, если ты отправишь его в дальние земли, туда, где он сможет отдохнуть душой от всего что с ним произошло, – покачала головой Таура.

– Так все плохо? – и увидев ее кивок, добавила. – Хорошо, отправлю его с Герием в земли Эделин, пусть там отдыхает под его присмотром.

– Правильное решение, ему здесь не место и для него будет сложно сохранить здравый ум в теперешних реалиях. Пойду дальше. Слушай может мне их собрать где-то в одном месте?

– Не боишься? – улыбнулась Мэл.

– Хорошо, позови ко мне моего старшего мужа, пусть со мной будет Гаро, тебе будет спокойнее, да и они уже заждались и наверное беспокоятся.

– Ты за них беспокоишься или за себя?

– Знаешь, привыкаешь к ним, даже если не любишь, то привыкаешь. Они ведь тоже люди и хотят любви и совсем не виноваты, что их отправили в глушь, ко мне. Гаро не так и плох, если бы не был так предан моей матери и не передавал ей каждое мое слово. Пусть лучше он присмотрит за мной, чем Морон, тот готов убить каждого, кто ступит ближе, чем на один шаг ко мне. Слишком ревнив.

Мэл раскрыла свои фиалковые глаза и улыбнулась: – Привыкла, говоришь?

– Да, привычка уже переросла в любовь, мне с ними комфортно, а им надеюсь со мной, – улыбнулись изумрудные глаза Тауры.

Хенол стоял за шторой и наблюдал за Мэл, слышал ее каждое слово и радовался, что она приняла верное решение насчет Аарина. Его вид был самым печальным из всех вернувшихся из катакомб. Когда Таура предложила всех собрать в одной комнате, он принял решение выйти к девушкам: – Госпожа, простите что вмешиваюсь, но хочу предложить одну из комнат дворца.

Таура сложила бровки домиком, и раскрыв свои огромные глаза посмотрела на Хенола так, будто он сказал что-то из ряда вон выходящее: – Мэлисента, он подслушивал! У тебя, что тоже есть муж, который все передает твоей матери?

Хенол опустил голову и упал на колени: – Нет, госпожа…

Но Мэл его остановила: – Хенол верный и никогда меня не предаст, я верю ему и всем кто рядом со мной. И надеюсь, у него была причина быть здесь.

– Я шел рассказать, что обед подан и случайно услышал ваш разговор, – не поднимая головы, сказал Хенол, понимая, что нарушил все правила и по идее Мэл действительно должна его сейчас наказать.

– Ну, вот видишь, у него была причина здесь быть, – обрадовалась Мэл. – Вставай, расскажи, что ты придумал.