Дьявольский соблазн - Фоули Гэлен - Страница 75

— Даже после того, как титул перешел к отцу лорда Стратмора, — продолжала экономка, — его семья предпочитала жить во флигеле: леди Кэтрин говорила, что детям там намного удобнее. О, это была чудесная семья! И вот — такая ужасная участь…

Теперь Лиззи понимала, отчего Девлин был так прост и неприхотлив в быту — он, как и она, вырос не в роскоши, а в простом домике под соломенной крышей.

— Бедный лорд Стратмор, — со вздохом сказал повар. — Когда его близкие погибли, он приказал опечатать домик: виконт не хотел, чтобы кто-нибудь переступал его порог и трогал находящиеся там вещи. Все должно было лежать на своих местах, как в день гибели его семьи.

Лиззи побледнела и, быстро встав из-за стола, торопливо направилась к выходу.

Она поняла, зачем Девлин отправился к коттеджу Малберри, и не хотела оставлять его один на один с прошлым.

Глава 19

Ведущая к коттеджу Малберри дорожка заросла дикими маргаритками, вьюнком и ежевикой, цеплявшейся за подол платья, однако Лиззи не обращала на это внимания; она быстро углублялась в заросли, среди которых стоял флигель.

Наконец из-за зелени показались крыша и резной карниз. Вход в домик скрывался за кустами роз.

Внезапно из-за деревьев вышел Бен и тут же направился к Лиззи.

— Я как раз хотел пойти за вами, мисс Карлайл, — сказал он. — Меня беспокоит лорд Стратмор.

— С ним все в порядке?

— Не знаю: он вошел во флигель и запретил мне следовать за ним. — Бен тяжело вздохнул.

Лиззи кивнула и, молча поднявшись на крыльцо, осторожно отворила обшитую планками дверь, которая предательски заскрипела.

— Оставь меня в покое! — послышался из глубины дома разъяренный голос Девлина.

Лиззи бросила на слугу испуганный взгляд, и Бен сокрушенно покачал головой.

Вздохнув, Лиззи переступила порог и остановилась.

— Это я, дорогой. Где вы? Ответом ей было молчание.

Лиззи плотно прикрыла дверь за собой.

— Девлин, это я!

Ответа снова не последовало.

Собравшись с духом, Лиззи прошла в дом. Стены здесь были окрашены в светлые веселые тона, повсюду стояла простая деревянная мебель. Лиззи окинула взглядом книжные полки, пианино, пустую птичью клетку, стол с фарфоровыми статуэтками. В маленьких овальных рамках висели композиции из бумажных цветов. В комнатах пахло пылью.

Девлина Лиззи нашла в гостиной — он неподвижно стоял на коленях, устремив невидящий взор на разложенную на ковре детскую мозаику.

— О, дорогой… — Сердце Лиззи болезненно сжалось.

Девлин медленно поднял голову, в его глазах стояли слезы.

— Дорогой мой. — Лиззи положила руки ему на плечи; ей хотелось утешить Девлина, унять его душевную боль. Обхватив ее за талию, он прижался к ней лицом, и Лиззи долго гладила его по волосам, нашептывая нежные слова. Она знала, что этим вряд ли можно облегчить чьи-либо страдания, и молила Бога, чтобы он послал Девлину успокоение и избавил его от душевных мук.

Внезапно виконт резко отпрянул от Лиззи.

— Я должен вам кое-что сказать, — не глядя ей в глаза, прошептал он. — Мне трудно подобрать слова, но, пока еще мы не женаты, я должен открыть вам один секрет, Лиззи. То, что вы услышите, может показаться вам ужасным.

Лиззи наклонилась и поцеловала его.

— Что бы я ни услышала, это не заставит меня разлюбить вас.

Виконт поднялся и долго с мрачным видом смотрел перед собой, затем повернулся и подошел к камину.

— Я должен признаться вам, что моя семья погибла из-за меня.

Вопреки ожиданиям виконта Лиззи по-прежнему спокойно смотрела на него.

— В чем вы видите свою вину, Дейв? — после паузы спросила она. — Давайте разберемся во всем по порядку. Сегодня ночью вы рассказали мне о людях, которые подожгли постоялый двор.

Виконт устремил на нее взгляд, исполненный боли.

— В школе я сильно озорничал, и мои родители в ту роковую ночь направлялись ко мне. — Он горько усмехнулся: — Глупец! Мне было тогда семнадцать лет, и мы прогуляли уроки, чтобы сыграть в бильярд в одной таверне. Я и мои приятели крепко выпили, отмечая славный день сражения при Трафальгаре.

У Лиззи сжималось сердце от жалости к Дейву. Он стоял у камина одинокий и несчастный, погрузившись в воспоминания, которые много лет не давали ему покоя.

— Неожиданно в таверну явились трое помощников надзирателя, — продолжал виконт. — Они каждый день делали обход злачных заведений в поисках отлынивавших от занятий учащихся. Меня и моих приятелей застали врасплох и потащили в школу. Я нес всякую чушь и задирался, потому что был изрядно пьян после нескольких кружек эля. В конце концов я ударил одного из конвоиров в лицо — мне показалось, что он неодобрительно отозвался о Нельсоне.

— О Боже! — прошептала Лиззи.

Только теперь она поняла всю глубину страданий Дейва. Все эти двенадцать лет он обвинял себя в гибели близких и его мучили угрызения совести. Месть была для него своеобразным способом избавиться от чувства вины — именно поэтому он как одержимый стремился осуществить свои замыслы.

— Когда я пришел в себя, меня пригласили в приемную декана и сказали, что я буду отчислен из школы. Я узнал также, что начальство послало за моими родителями — они должны были приехать и забрать меня. Представляю, как они расстроились, когда получили официальное письмо декана. Мама, наверное, сразу же приказала готовить экипаж, ей не терпелось задать мне хорошую взбучку, а отец, как всегда, старался успокоить ее, убеждал, что это всего лишь мальчишеские шалости и она не должна сердиться на меня. Слушая разговор родителей, маленькая Сара раскладывала на полу вот эту мозаику. Зачем только они взяли с собой сестру! Если бы она осталась дома, то была бы сейчас жива. И все-таки, кроме себя, мне некого винить в ее смерти.

— Вы не правы, — убежденно сказала Лиззи, но виконт не слышал ее; он стоял ссутулившись, и на его лице застыло выражение боли.

— Выслушайте меня… — Лиззи шагнула к нему, но виконт жестом остановил ее.

— «Золотой бык» расположен на полпути между усадьбой Оукли-Парк и Оксфордом, — сказал он. — Они остановились там, чтобы поужинать и отдохнуть. О, Лиззи, если бы я не пропускал занятий в школе, ничего не случилось бы и мои близкие до сих пор были бы живы. Но ничего, скоро все это закончится.

Лиззи оцепенела.

— Что вы имеете в виду? — дрожащим голосом спросила она.

Девлин погладил ее по щеке.

— Эти негодяи убили моих близких, — прошептал он. — Но вас я им не отдам.

По спине Лиззи забегали мурашки.

— Я… я не понимаю вас… — пролепетала она.

— Вам и не надо ничего понимать. Скажите только: вы не передумали выходить за меня замуж?

Лиззи с изумлением посмотрела на него. Как он мог усомниться в ее чувствах?

— Нет, я по-прежнему мечтаю стать вашей женой. То, что вы рассказали мне, не изменило моего отношения к вам.

Слабая улыбка заиграла на губах Девлина.

— Вы не представляете, как я рад слышать это. А теперь идемте. — Он достал из кармана жилета свернутый лист бумаги и, развернув, протянул его Лиззи. Это было разрешение на вступление в брак. — Надеюсь, вы действительно не против?

Глаза Лиззи стали круглыми от изумления.

— Вы хотите, чтобы мы. Поженились прямо сейчас? — спросила она.

Девлин пожал плечами:

— Почему бы и нет? — Он показал Лиззи золотое обручальное кольцо. — Правда, красивое? Вам нравится?

— О, Девлин! — Лиззи не знала, плакать ей или смеяться. — Любовь моя, я не могу выйти за вас прямо сейчас. На церемонии обязательно должна присутствовать Джесинда — она никогда не простит мне, если я не приглашу ее на мою свадьбу. То же я могу сказать о Бел, Элис и Миранде. Кроме того, я всегда мечтала, чтобы к алтарю меня вел Роберт.

Девлин насупился.

— А, вот оно что, — мрачно произнес он. — Скажите лучше прямо, что не хотите выходить за меня, не посоветовавшись с родственниками Алека.

— Но эти люди стали и моими родственниками! Я в полном замешательстве, Девлин. К тому же я не понимаю, к чему такая спешка.