Дьявольский соблазн - Фоули Гэлен - Страница 74

Затем он подхватил ее на руки и отнес на роскошную кровать, стоявшую посредине спальни. Положив Лиззи на постель, он три раза ласками и поцелуями довел ее до экстаза и только потом осторожно вошел в нее так, что Лиззи не почувствовала боли. Девлин был на седьмом небе от счастья. Все его тело трепетало от едва сдерживаемой радости. Он так долго мечтал об этой женщине и о ночи любви с ней!

Каждое прикосновение, каждый вздох, каждая ласка доставляли им обоим ни с чем не сравнимое наслаждение. Лиззи таяла в его объятиях. Она обвила его бедра ногами и устремлялась ему навстречу, а он входил в нее все глубже и глубже.

Взглянув на исполненное восторга лицо подруги с подрагивавшими ресницами, Девлин поцеловал ее нежные веки в голубых прожилках.

— Я хочу, чтобы мы всегда были вместе, — прошептал он, поглаживая ее по голове. — Мы не должны разлучаться.

— Я никогда не покину вас… — пообещала Лиззи.

— Я люблю вас!

— О, Девлин…

Они обменивались нежными словами и признаниями до тех пор, пока дыхание Лиззи не участилось и она снова не погрузилась в полузабытье. Ее бедра ритмично приподнимались в такт движениям Девлина, ногти вонзились в его плечи. Стон вырвался из ее груди.

Девлин удовлетворенно улыбнулся, видя, что еще немного — и она достигнет апогея страсти. Дрожащая и разгоряченная, Лиззи тяжело дышала.

— Скажите, что вы навеки моя, — потребовал он.

— Я навеки ваша, — хриплым голосом подтвердила Лиззи.

Девлин стал поигрывать пальцами с ее затвердевшим набухшим соском.

— О, Девлин, вы сводите меня с ума. Я не вынесу эту сладкую муку, — простонала Лиззи.

— В таком случае пора, — сказал он, и его толчки стали более мощными, их темп нарастал.

Несколько движений — и Лиззи пронзительно закричала, выгибая спину и запрокидывая голову. И в тот же момент Девлин изверг в ее горячее лоно струю семени.

Некоторое время они лежали, не размыкая объятий. Лиззи медленно приходила в себя, восстанавливая дыхание; ее спутанные волосы рассыпались по подушке, щеки горели румянцем. На теле Девлина поблескивали капельки испарины.

Лиззи приподняла голову, нежно поцеловала любимого и снова откинулась на подушки.

— Я люблю вас, Девлин, — улыбаясь, проговорила она.

— Я тоже люблю вас, моя дорогая, — прошептал виконт.

Эти слова привели Лиззи в восторг.

— Повторите еще раз, — попросила она.

Девлин стал нашептывать ей на ухо признания в любви, и его теплое дыхание, касаясь ее кожи, возбуждало Лиззи. Застонав, она обвила руками шею Девлина и легла на него сверху, а он потянулся за одеялом, чтобы накрыть любимую. Заметив на простыне капельки крови, виконт подумал о том, что отныне их связали прочные узы. Он взял на себя ответственность за судьбу Лиззи и теперь должен до конца своих дней заботиться о ней и беречь ее.

— Мне всегда будет так хорошо? — сквозь дремоту спросила Лиззи.

Девлин поцеловал ее в лоб.

— Спросите меня об этом утром, и я вам обязательно отвечу.

Но когда Лиззи проснулась на следующее утро, Девлина рядом не оказалось.

Оторвав голову от подушки, Лиззи огляделась вокруг и убедилась, что она одна в комнате. Сначала это вызвало у нее разочарование, но потом она решила, что ей необходимо заняться собой и виконт правильно поступил, оставив ее: проснувшись вместе, они вряд ли устояли бы перед искушением и снова занялись бы любовью. Теперь же, поскольку Лиззи испытывала неприятные ощущения, ей необходимо было принять ванну.

Вздохнув, Лиззи выскользнула из-под одеяла и, завернувшись в простыню, подошла к нише, в которой была расположена купальня. За портьерой из розового бархата она увидела мраморные стены и мозаичный пол, что напомнило ей древнеримские термы. Такой роскоши, как в этой усадьбе, не было даже в самых богатых домах Лондона; недаром на ее строительство ушло целое состояние.

Обнаружив, что Девлин приготовил для нее горячую ванну, Лиззи улыбнулась. Она не сомневалась, что это дело его рук: виконт не стал бы посылать слуг в спальню, в которой на постели, разметавшись, спала обнаженная женщина. Окунув руку в воду, Лиззи убедилась, что вода все еще теплая, и, скинув простыню, вошла в ванну.

Через полчаса, помывшись, одевшись и причесавшись, она вышла из спальни и отправилась на поиски виконта. Было время завтрака, и у Лиззи засосало под ложечкой. Проходя через великолепную анфиладу комнат, Лиззи не уставала поражаться царившей вокруг красоте и роскоши. До этого она почти не обращала внимания на то, что ее окружало, перенеся все внимание на Девлина, но теперь у нее появилась возможность внимательно разглядеть потолки, стены, мебель и лестницы. Она с изумлением оглядывалась вокруг, представляя себя хозяйкой сказочного царства. Неужели вскоре эта усадьба станет ее домом, семейным очагом и она больше не будет приживалкой, а сделается полноправной матерью семейства, душой этого дома?

Поднявшись на второй этаж, Лиззи оказалась в главной галерее здания. Ее переполняли чувства гордости и счастья.

В доме было очень тихо. Оглядевшись по сторонам, Лиззи удовлетворенно вздохнула. Наконец-то она обрела свой истинный путь в жизни. Она видела свое призвание в том, чтобы любить Девлина, продолжить его род, создать семью, используя весь опыт, накопленный в доме Найтов.

— Не желаете ли кофе, мэм? — раздался за ее спиной старческий голос.

Лиззи быстро обернулась: позади нее стоял мистер Джеффрис с серебряным подносом в руках.

— Благодарю вас, вы очень любезны. Вот только я не знаю, где здесь находится столовая.

Слуга улыбнулся:

— Следуйте за мной, миледи. Если угодно, я покажу вам все комнаты в этом доме и отвечу на все ваши вопросы. Уверен, что вы захотите осмотреть оранжерею, картинную галерею, зал для балов, библиотеку…

— Библиотеку? — Лиззи радостно захлопала в ладоши.

— Да, мэм. Но сначала вам необходимо позавтракать.

Пожилой слуга проводил будущую хозяйку дома в просторную светлую столовую, где ее уже ждали двое слуг — пожилая экономка и немолодой уже повар. Дворецкий представил им Лиззи, и некоторое время все трое с восторгом и обожанием смотрели на Лиззи так, словно она была императрицей.

— Вы должны хорошенько подкрепиться, моя дорогая, — наконец произнес повар.

Было очевидно, что слуги сразу же взяли новую госпожу под свою опеку.

Лиззи очень не хотелось есть в одиночестве, но все же она вынуждена была сесть за стол, а слуги, стоя за ее спиной, с умильными лицами наблюдали за тем, как она завтракала. Ей очень хотелось пригласить их присоединиться к ней, но она понимала, что в ней хотят видеть настоящую виконтессу и никто не одобрил бы такое предложение, а это значило, что ей предстояло изменить многие привычки, чтобы не разочаровать окружающих.

Сидя за большим столом красного дерева, Лиззи с интересом разглядывала висевший напротив нее портрет, на котором была изображена красавица с иссиня-черными волосами.

— Кто это? — спросила она.

— Ваша предшественница, Кэтрин, девятая леди Стратмор, — почтительно ответил дворецкий.

Кейти Роуз, мать Девлина, погибшая в огне пожара…

— Она действительно была такой красавицей?

— Да, это так.

Лиззи отложила вилку; ей вдруг отчего-то стало не по себе.

— Кто-нибудь из вас видел сегодня утром лорда Стратмора? — спросила она.

Слуги переглянулись.

— Он пошел в коттедж Малберри, мадам, — сообщил мистер Джеффрис.

— Во флигель для гостей? — удивленно переспросила Лиззи.

— О, миледи, это вовсе не флигель для гостей, — заметила экономка. — Лорд Стратмор вырос в коттедже Малберри.

Лиззи удивленно приподняла бровь. Она вспомнила, что отец Девлина, Стивен, был младшим сыном в семье. Титул унаследовал его старший брат, Джейкоб, которому принадлежала усадьба. Джейкоб долго строил и перестраивал главный усадебный дом, а Стивен и его жена, должно быть, жили все это время в коттедже Малберри.

Теперь Лиззи удивлялась тому, что сразу не поняла этого. Вчера она заметила, что усадебный дом не вызвал у Девлина особых эмоций; он, по-видимому, всегда рассматривал его как домашний очаг дядюшки Джейкоба. А вот коттедж Малберри был для него настоящим отчим домом.