Дьявольский соблазн - Фоули Гэлен - Страница 63

За столом во время ужина Стейнз внимательно выслушал рассказ Большого Тома о том, как Дейв привез ему мисс Фелицию в качестве подарка и, пока Том развлекался с ней, прошел в кабинет, где рылся в журналах с записками клуба. Это не могло не настораживать. Стратмор определенно интересовался прошлым. Правда, Стейнз был уверен, что виконт все равно не найдет ничего подозрительного в документах клуба, поскольку он сам и его приятели действовали осторожно и уничтожили все следы былого преступления, однако поведение виконта явно выходило за пределы допустимого. Что бы там ни говорил Карстэрз, виконта следовало хорошенько проучить, чтобы впредь не совал нос куда не следует.

Стейнз вдруг почувствовал прилив сил; теперь он ощущал себя именно тем человеком, который способен поставить Дейва на место. Все последние двенадцать лет его мучила совесть, и, чтобы заглушить ее голос, он много пил, а когда в ряды клуба вступил Стратмор, то и совсем обезумел. Виконт стал для него вечным напоминанием о совершенном преступлении, и хотя сам Стейнз всего лишь играл роль пособника, легче ему от этого не становилось. В пожаре погибли сорок семь человек, и это было ужасно; никто из сожженных заживо не заслужил такую страшную участь.

Не меньше Стейнза мучило и то, что он был единственным человеком, видевшим Стратмора насквозь; он нутром чуял, что виконт играет с членами клуба как кошка с мышью и при этом вынашивает какие-то тайные планы.

Налив себе еще джина, Стейнз продолжил наблюдать за виконтом. Тем временем Дейв побеседовал еще с несколькими членами клуба, отводя их каждый раз в сторону, и постепенно в голове Торквила созрела мысль о том, как он может расправиться со своим врагом. Квентин и Карстэрз уговаривали его не трогать Стратмора, однако сам он считал, что его друзья просто перестраховываются; кроме того, у обоих имелись мотивы, по которым они не желали причинять вред виконту. У Торквила вызывало холодное презрение то, что Квентин видел в виконте себя в пору молодости и любовался его смелостью и нерастраченной энергией; он даже был по-своему влюблен в Дейва. Что же касается Карстэрза, тот испытывал к виконту чувства, похожие на страсть. При этом ни один из его, приятелей не видел опасности, исходящей от виконта.

«Что ж, — подумал Стейнз, — если Квентин и Карстэрз не желают действовать, значит, я должен взять всю ответственность на себя, иначе будет поздно». Он отлично знал, что делать, — одна пуля могла решить все их проблемы, а лучшего момента нельзя было выбрать.

Карстэрза в гостиной не было, он ждал Джонни в одной из спален, чтобы поразвлечься. Торквилу было противно даже представить, чем они там занимались. Квентин тоже куда-то ушел — наверное, его соблазнила очередная рыжеволосая девица. Таким образом, руки Стейнза были развязаны, а изрядная доза спиртного, которую он выпил за ужином, придавала ему смелости. Теперь, когда он был готов к решительным действиям, ему оставалось только вызвать виконта на дуэль, а потом расправиться с ним.

За карточным столом тем временем назревал скандал, и голоса пьяных игроков звучали все громче. Один из них в сердцах швырнул нераспечатанную колоду и попал Стратмору в спину.

— Эй, поосторожнее! — взревел Дейв. — Я не в духе и не намерен шутить!

Услышав это, Торквил злорадно усмехнулся и, взяв со стола баночку с икрой, швырнул ее в голову виконта. Бросок был неплох, однако Девлин сумел ловко уклониться от него, и баночка попала прямо в лицо Дадли. Бедняга взвыл от боли и схватился за разбитый нос, из которого потекла кровь.

— Что за черт! — простонал он.

С удивлением посмотрев на Стейнза, виконт быстро подошел к Дадли, решив удостовериться, что с ним все в порядке. Осмотрев разбитое лицо молодого человека, виконт приказал чернокожему слуге принести салфетки, воду и лед.

Когда Бен ушел выполнять распоряжение, Дейв бросил на Торквила испытующий взгляд и по мрачной усмешке последнего понял, что бросок был намеренным и прицельным. Сделав несколько шагов, он остановился у столика, на котором только что стояла икра, и скрестил руки на груди.

— В чем дело, Стейнз? — с угрозой в голосе спросил он.

Торквил был готов к такому повороту событий и, схватив бутылку с джином, разбил ее об стол. С таким оружием он мог ничего не опасаться.

— Дело в вас, Стратмор, — развязно заявил он. Голоса в гостиной стихли. Все напряженно прислушивались к разговору, который шел на повышенных тонах.

— Как только вам довелось появиться на моем горизонте, — заплетающимся языком продолжал Торквил, — я сразу понял, что вы — себе на уме, представляете себя важной птицей, которой все позволено. Вам хочется отдавать приказы, вести себя так, как будто вы уже председатель клуба, и вы думаете, все с этим согласятся? Вы ошибаетесь. Я давно наблюдаю за вами и все о вас знаю.

— Лучше успокойтесь, приятель, вы, похоже, слишком пьяны, — попытался образумить его Дейв.

— Я не потерплю, чтобы сын ирландской шлюхи указывал мне! — взревел Торквил и, быстро вскочив, толкнул Дейва в грудь. В ответ виконт, размахнувшись, нанес ему сильный удар кулаком в лицо, и Стейнз отлетел к своим приятелям, которые повскакивали с мест, ожидая продолжения драки.

— Вам придется пожалеть об этом, — тяжело дыша, заявил Стейнз. — Я пришлю к вам своих секундантов!

— Вы вызываете меня на дуэль?

— Вовсе нет, лорд Стратмор. Можете считать, что я приглашаю вас на ваши похороны! — Не обращая внимания на поднявшийся в гостиной страшный шум, Стейнз выпрямился и с гордо поднятой головой вышел из комнаты.

Поздно ночью Дейв постучал в дверь апартаментов, которые снимал Алек Найт, — по иронии судьбы, это был единственный человек, к которому он мог сейчас обратиться за помощью.

Наконец на пороге появился хозяин апартаментов, одетый в атласный халат. Увидев виконта, он нахмурился.

— Что, черт возьми, вам здесь нужно? — грубо спросил он и, скрестив руки на груди, прислонился к дверному косяку. — Вы, по-моему, сейчас уже должны быть у мисс Карлайл…

Дейв не знал, с чего начать.

— Я не был у нее, — наконец признался он, — и вряд ли сегодня буду. Меня вызвали на дуэль, и я пришел, чтобы попросить вас быть моим секундантом.

— Попросить меня? — изумленно воскликнул Найт.

— Видите ли, мне просто больше не к кому обратиться, — признался Дейв.

— А как же ваши друзья из клуба «Лошадь и коляска»? — ехидно спросил Алек.

— Друзья? Неужели вы думаете, что я могу дружить с такими людьми?

В ответ Алек лишь скептически пожал плечами, и Дейв решил, что пора поговорить со школьным приятелем начистоту. Хотя они были соперниками в любви, виконт доверял Алеку и считал его честным, порядочным человеком: даже чувствуя себя проигравшим, Алек не будет мстить и стараться очернить невиновного.

— Я связался с ублюдками из клуба «Лошадь и коляска» только по одной причине, — начал виконт, — мне точно известно, что кто-то из них причастен к гибели моей семьи. К настоящему времени мне уже удалось установить трех подозреваемых.

Казалось, Алек был ошеломлен этим сообщением.

— Вы шутите!

— Нисколько. И дело становится все серьезнее. Меня вызвал на дуэль Торквил Стейнз.

Алек не мог скрыть своего изумления.

— Кровавый Стейнз? Черт подери, Дейв, зачем вам все это?

— Так получилось, и теперь назад ничего не вернешь.

— Ну хорошо, — Алек, вздохнув, кивнул, — входите. На чем вы решили драться — на шпагах или на пистолетах?

В половине шестого утра Дейв сидел в карете, с горечью размышляя о том, что предполагаемое свидание с Лиззи обернулось поединком с одним из самых известных дуэлянтов Лондона. Виконт слушал щебет птиц и, вдыхая аромат весенних цветов, готовился сразиться с противником, но тот что-то запаздывал.

У кареты прохаживались секунданты. Остановившись у открытого окна экипажа, Алек предложил Дейву глотнуть бренди для храбрости, но виконт лишь покачал головой.

— Спиртное мне вряд ли поможет, — вздохнув, сказал он.