Изверг его светлости (СИ) - Комарова Марина - Страница 3

Хмыкнув, я ещё раз изучила доставшиеся мне помещения. В халате и тапочках это было в разы удобнее, ибо не сразу сообразила, что даже с Луцкой говорила, замотанная в плед, и при этом… не испытывала особых неудобств.

С возрастом вам становится откровенно наплевать на мнение окружающих. И, пожалуй, это именно то умение, которое нельзя заполучить иначе, чем прожить хотя бы полжизни, получая тумаки от окружающего мира.

Поначалу будет больно. Потом вы научитесь закрываться. А после — давать сдачи. Броня будет нарастать с каждым годом. Душа - закаляться. Сумеете ли вы не сломаться — зависит исключительно от вас самих.

Кажется, за этими мыслями я сама не заметила, как задремала. Всё же тяжкое это дело — умереть и проснуться в другом мире.

Разбудил меня тихий стук в дверь. Открыв глаза, я сонно поморгала совой, но потом сообразила, где нахожусь, и впустила служанку.

Бланка оказалась хорошенькой озорной девчонкой, стрекотавшей без устали. У неё были забавные черные косички, нос с горбинкой и ямочки на щеках. Она смотрела на меня с искренним любопытством.

— Панна Агнешка, вы такая красивая! — сообщила она, помогая мне расположиться за туалетным столиком. — А в Гнезде Сорок все такие? Вам нравится у нас? Вы теперь с нами насовсем? А что вам больше нравится?

Стрекотала так, что у меня голова пошла кругом. Поэтому только оставалось вовремя говорить «угу», «да», «конечно», так как в это время я листала книги.

Пальцы у Бланки оказались на удивление ловкими. В результате очень быстро я оказалась наряжена в синее платье с широким поясом, идеально подчеркивавшим талию, и с подолом, усыпанным чем-то, похожим на звездную пыль.

Волосы убрали в высокую прическу. В облике добавилось строгости, но, если надо произвести впечатление на воспитанницу, ничего против не имею. К тому же какие у меня сейчас великолепные скулы!

Бланка, пыхтя, принесла несколько шкатулок.

— Панна Агнешка, как много украшений вы хотите надеть?

— Да, — ответила я.

— Что «да»? — растерялась она.

Я начала открывать шкатулки, с трудом сдерживая восторг, иначе бы получились не только вздохи, но и стоны. Но вряд ли Бланка привычна к таким звукам, ещё решит, что я с прибабахом. Оно-то, конечно, не далеко от истины, но зачем пугать людей прежде времени?

Платина и прозрачные, как роса, бриллианты. Полные весенней ночи сапфиры. Искристая зелень весны в изумрудах. Кровь и страсть в огранённых рубинах. Золото, с которым может посоперничать только свет солнца. Белая и черная эмаль, которой хочется коснуться губами. Филигрань, в узорах которой можно потеряться.

Пришлось сделать глубокий вдох и прикрыть глаза. Спокойно, спокойно, берем себя в руки и уносим. Уносим подальше от всего, что блестит и манит. Моя беда в том, что я нахожу прелесть не только в благородных металлах и камнях. Я вполне могу отдать душу дереву, пластмассе, морским раковинам и смоле. Мне просто неважно, из чего создано то, что меня делает счастливой.

«Тут явно не поскупились, — подметил внутренний голос. — Такая нехилая сокровищница».

— Панна Агнешка? — осторожно позвала Бланка. — Всё нормально?

— Да, — ответила я. — Задумалась просто. Выбор ведь такой большой. — Указала на серебряный комплект в виде птичек: колье, серьги и браслет. — Вот это.

Бланка с сомнением глянула, но ничего не сказала. Да, какая-нибудь икона стиля обязательно бы сказала, что это слишком, но… в моем доме никогда не было икон. Поэтому я с чистым сердцем могу носить то, что считаю нужным. К тому же сорока… Весьма странно будет, если не стану соответствовать своему Гнезду.

В этот миг стало крайне любопытно, на что оно похоже? Вероятно, сияет так, что видно за кучу километров? Или же это недопустимо?

Одновременно очень хотелось там побывать, и в то же время… А признают ли меня там? Одно дело не знать уклад хниздо Врана, другое — своего собственного. Хниздо Страка. Прости господи. Если бы кто и хотел меня обругать, то это можно сделать всего лишь одним словом.

К назначенному времени я была готова и сверкала. Не только драгоценностями, но и откровенно голодным взглядом. Организм был откровенно молодым после моего прошлого, поэтому и жрать хотел просто до неприличия.

Бланка провела меня по коридору, который я рассматривала с большим интересом. Обстановка похожа на европейскую. Да, это я уже отмечала. Только вот страну сложновато определить. Обращение «панна» не дает конкретики. Оно достаточно широко используется.

От меня не ускользнуло, что на стенах нарисованы птицы. Много птиц. В основном, конечно, вороны. Кое-где настолько завораживающе, что невозможно отвести взгляд. О, а тут и вовсе человек оборачивается в ворона… Так изящно, так красиво… Художник и правда гениален.

Бланка завела меня в комнату, где был сервирован стол на троих. Томаш уже сидел, задумчиво изучая какой-то список. Надо отметить, одетым он выглядел не хуже, чем раздетым.

Томаш, видимо, почувствовав молчаливое разглядывание, посмотрел на меня. Ух, какие глаза!

— Не стоит меня рассматривать, как очередную жертву, панна Агнешка, — сказал он.

— Какую жертву? — не поняла я.

— Скажете, что не хотите мужа с деньгами?

— А зачем мне посредник между мною и деньгами? — искренне изумилась я.

Судя по его выражению лица, таких ответов Томаш хниздо Врана ещё не получал. Некоторое время он просто смотрел на меня, но потом хмыкнул, откладывая список в сторону.

— А вы интересная. Кажется, скучно не будет.

Я изогнула бровь:

— Не любите скучать?

— Последнее время всё настолько предсказуемо, что просто тоска, — пожаловался он.

— Мы с этим что-нибудь придумаем, — с чистым сердцем пообещала я. — Главное, чтобы потом не пришлось страдать.

— Обещаю не вызывать Крылатую стражу.

— А я не обещаю.

Наши взгляды скрестились, но именно в это время послышались шаги, и дверь открылась.

Глава 2. Лебедушка в вороньем гнезде

Сначала появилась Луцка, а следом за ней совершенно невероятное и воздушное создание.

Хрупкая, очаровательная, словно вся сотканная из света, на нас смотрела очень симпатичная девушка. Нежно-голубое платье подчеркивало белизну её кожи. Золотистые волосы подали на спину — волнистые, ухоженные — загляденье!

Огромные глаза цвета весеннего неба без единого облачка. Вздёрнутый носик, пухлые губки. Мечта, а не девушка. Интересно, внешность настолько обманчива?

Я, честно говоря, совсем не ожидала увидеть такого ангелочка. Всё же даже при кукольной внешности обычно достаточно посмотреть человеку в глаза, чтобы понять его характер.

— Дядя Томаш, — произнесла она звонким голосом, изобразив нечто похожее на книксен, — панна хниздо Страка.

— Агнешка, — спешно поправила я, искренне надеясь, что глаз в момент этого обращения не дернулся. — Так намного лучше.

Томаш явно не понял моей реакции. Ну да, у них тут это не вызывает таких эмоций, как у меня. Однако спорить не стал, видимо, сам не особо одобряя все эти расшаркивания.

— Разрешите представить, моя воспитанница — Марианна хниздо Лабуть.

Я моргнула. Лабуть… В книге я вроде натыкалась на эту фамилию. И почему сразу не сложила два плюс два? Внешне Марианна совсем не похожа воронову семейку, значит, она по крови принадлежит к кому-то другому.

Лабуть… если не ошибаюсь, это лебедь. Звучит не в пример благороднее, чем Страка. М-да уж.

Томаш сделал знак Марианне, и она присоединилась к нам за столом.

Повисла тишина. Мы изучали друг друга. Кажется, она ждала старую каргу в черном корсете и с кнутом, а тут… вполне миловидная женщина лет этак за тридцать. Точнее мне по внешности определить не удалось, надо будет забрать документы у Томаша.

— Рада, что вы приняли предложение дяди, — мягко сказала Марианна. — Надеюсь, поместье хниздо Врана станет вашим домом.

Это мы ещё посмотрим. В смысле, что тут за поместье. А то видела только частями.