Химера (СИ) - Волков Виктор Александрович - Страница 99

Свет уничтожит тьму. Когда-нибудь. С тех пор уже много лет "свет" в лице инквизиции обращался к тьме, в лице Кармина, когда дело касалось вампиров.

"Конечно же я помогу в этом деле" — смеялся очевидный упырь, потягивая красную жидкость из хрустального бокала. На потолке над ним сидели летучие мыши, некоторые из них размером с большую собаку. Он улыбался, показывая чуть заострённые зубы. Но все заклинания говорили: "человек", а про жидкость в бокале сообщали: "томатный сок".

Свет не мог уничтожить тьму, и поэтому о договоре с Кармином знали лишь немногие инквизиторы, в числе которых совсем недавно оказался и Винсенто. Сегодня Винсенто встречался с Кармином впервые.

Карету снова тряхнуло, она заложила крутой поворот. Слишком крутой поворот. Винсенто съехал в сторону по сиденью, и впечатался в стену. Он почувствовал, как карета начинает рывком спускаться, слишком быстро, и слишком резко. Чуть-чуть медленнее падения. Дыхание перехватило, и с треском его карета впечаталась в посадочную платформу. Удар бросил его вперёд. Он успел среагировать — упёрся ногой в летящую ему на встречу стенку. Кажется, теперь тут останется отпечаток инквизиторского ботинка, с символом света. Карета остановилась, чуть покосившись.

Винсенто выпрямился, отряхнулся. Кто-то дёрнул дверь кареты, но она не поддавалась. Дверь дёрнули снова, и с треском она распахнулась и повисла на одной петле.

— Ваше… преосвященство? Живы тут? — осторожно спросила бородатая приземистая фигура. Вместе с голосом прилетели крики грифонов и лязги доспехов. Бородач бросил взгляд внутрь кареты, убедился, что всё в порядке, и засеменил в сторону звуков боя.

Дворф. Инквизиция не отнесла дворфов к представителям тьмы. Возможно, потому что до сих пор пыталась решить, относить ли к тёмным силам эльфов. Дебаты по поводу натуры эльфов были одной из традиций инквизиции.

Винсенто поправил очки, и неторопливо спустился из кареты на землю. Крики грифонов нарастали. Люди в тяжёлых доспехах, брали взбесившегося грифона в кольцо. Зверь кричал "Кру!" и пытался оттяпать загонщикам конечности.

— Сонный порошок кончился…! — крикнул кто-то из загонщиков. Дворф-бородач выкрикивал приказы, люди теснили зверя.

— ТИХО! — выкрикнул старческий голос. Винсенто почувствовал, как мимо пронёсся поток магии — боевые Инквизиторы чувствовали её всплески без амулетов. Грифон замолчал. Закрыл глаза, качнулся, и повалился на землю.

— Сссон? — неодобрительно прошелестел голос со стороны. Винсенто оглянулся.

У каменных перил стоял ящер в робах. А рядом с ним, сгорбленная фигура указывала на грифона посохом. Откуда-то появился кучер, подбежал к грифону, склонился над зверем.

— Ваше магичество… сколько он спать теперь будет? Мне назад лететь надо!

— Дня два… три… — тяжело сказал маг, опёрся на посох.

Кучер схватился за голову. Он повернулся к магу, что-то хотел сказать, открыл рот, но остановился. Маг тяжело глянул на него, чуть-чуть наклонил посох, и кучер отступил, примирительно подняв руки. Маг кивнул и поморщился.

— Нельзя. Ссс ранами, колдовссство… — прошелестел ящер и покачал головой.

Винсенто посмотрел на мага и мысленно согласился. Маг выглядел так, как будто его пожевал и выплюнул дракон — его тело покрывали целебные повязки, поверх которых он как-то сумел натянуть одежду и чёрную мантию с серебряным узором. Покрытые повязками ноги, обмотанный тканью торс. Повязка на голове мага закрывала один глаз и голову, а перевязанная левая рука висела на поддерживающей повязке. Лёгкий порыв ветра донёс аромат десятка целебных мазей. Винсенто принюхался и поправил очки.

Мази поддерживающие, обезболивающие, ускоряющие заживление ран. От обморожения, ожога жаром, ожога алхимического. Сквозь кристальные стёкла очков Винсенто увидел плетения заклинаний. Усиливающих, поддерживающих… Маг что-то почувствовал, обернулся к Винсенто и навёл на него посох.

— Инквизиция… желает меня прикончить? — старик криво усмехнулся. Сквозь очки Винсенто увидел, как вокруг закованного в металл драгоценного камня в набалдашнике собирается магическая сила.

— Я, Винсенто "Упорный", Инквизитор второй ступени из Третьей Священной Инквизиции, клянусь благословением света, что пришёл не за магом в эти края. Не соблаговолите ли представиться, умудрённый знаниями? — спокойно сказал инквизитор, и коротко кивнул.

Магов инквизиция относила к возможно-тёмным созданиям. Свет очистит всё. Вероятно, он очистит и магов, но после того, как инквизиция разберётся, наконец, с вампирами и проклятым Кармином.

— Я есть Кальварус… — сказал маг, опустил посох. — иди своей дорогой, инквизитор. Мне не нужно твоё иям.

Маг повернулся к ящеру, и продолжил разговор. Винсенто прислушался к обрывкам фраз.

— Собрание… — спросил Кальварус у ящера.

— Этажом ошиблисссь, ваше магичессство… — прошелестел ящер в ответ.

К инквизитору подошёл встречавший его дворф. За его спиной люди в доспехах осматривали спящего грифона. Кучер чесал затылок. Три остальных грифона сидели абсолютно спокойно. Вот стражник толкнул грифона ногой, но тот даже не пошевелился.

— На тридцать этажей ошиблись, магичессство… — онеслось от ящера сбоку.

— В порядке, ваше… преосвященство? — спросил дворф у Винсенто.

Винсенто чуть улыбнулся.

— Я не заслужил ещё этот титул. — ответил Винсенто дворфу.

— В академии… было кресло — прохрипел маг неподалёку.

— Так как обращаться тогда? — спросил дворф Винсенто.

— "Инквизитор". "Инквизитор Винсенто". — предложил Винсенто. Дворф задумчиво почесал голову и оглянулся назад. У перил стояла небольшая платформа на колёсах, со странным рычагом.

— Инквизитор… — задумчиво сказал Дворф. — Меня звать Баррум. С нами поедете или своим ходом?

— Я, к сожалению, здесь впервые. Официальное дело к главе… Кармину. — Винсенто запнулся на имени проклятого упыря. Он слушал разговор за его спиной. Маг и ящер сначала перешли на шёпот, но теперь медленно переходили на повышенные тона.

— Так нету главы. — удивлённо сказал дворф.

— Что значит "нету"? — замер Винсенто.

— Что значит кресло съела моль! — зарычал за спиной Винсенто маг. Винсенто почувствовал поток магии. Инквизитор обернулся, потянулся к сумке. Посох Кальваруса снова разгорался. Единственный видимый глаз Кальваруса пылал яростью.

— Сссъела, дейсствительно съела! — Ящер пытался уговорить мага, медленно отступая назад

— Моль. Съела оббитое железом…, дворфское артефактное самоходное колёсное кресло! Ты смеёшься надо мной, ящер? — рычал маг, тяжело дыша.

— Магичессская! — закричал ящер. — Магичессская моль!

Маг замер. Задумался. Устало опустил посох.

— Магичесская моль. Метр россстом. Ковёр ссслопала. Выросссла… — объяснял ящер Кальварусу. — Восссемь стражников с ней дралосссь.

— Мне нужно… на тридцать этажей вниз. Там будет выступать Алахард. Нужно… кресло.

Дворф прислушался.

— А, это, полететь? — бросил он ящеру.

— Магичессству не здоровитссся. Идти сссложно. И парить. — прошелестел ящер. — Навернётссся. Ссс лессстницы.

— Тебе… ведь плату… надо… — тяжело дышал маг.

— Правду сссказал! Ссслопала. — возмутился ящер.

Винсенто перевёл взгляд между участниками, медленно моргнул.

— Уважаемый Баррум. Его магичество могут посадить на стул и отнести ваши люди. Если его магичество не против. Может быть, за плату.

Ящер вдруг воодушевился.

— Есссть паланкин! Видел, хранитьссся. Моль не сссъела. Как кресссло, ссс ручками.

— Я… заплачу. Золотом. — сказал Кальварус.

Баррум задумчиво оглянулся на Винсенто.

— Подождёте, ваше… то есть, Инквизитор? Время займёт.

Винсенто кивнул и встал возле ограды. Кальварус сразу предложил несколько золотых монет, и торговаться не пришлось. Люди суетились, несколько раз приезжала и уезжала странная платформа на колёсах. Люди возились со спящим грифоном. Он не смог посмотреть на паланкин — два подчинённых Баррума аккуратно, будто раненого перенесли Кальваруса на платформу и уехали вместе с ним. "К сссокровищнице", прокомментировал ящер. Дворф уехал вместе с ними, оставив ящера позади. Винсенто выделил момент, и обратился к ящеру: