Измена, или Открытый брак (СИ) - Томченко Анна - Страница 16

Альберт кашлянул и, коротко попрощавшись, чуть ли не вынес меня из квартиры.

— Приезжайте ещё, — передразнил Альберт в машине и тяжело задышал. — Он бы тебя ещё на столе разложил!

От Альберта исходило столько злости и неконтролируемой ненависти, что я просто умильно улыбалась, доведя мужа кажется до истерики.

— Ты преувеличиваешь, — отмахнулась я, не обращая внимания на нервное, неровное дыхание супруга. — Костя просто дружелюбный.

— Я заметил! — зарычал Альберт и таксист вздрогнул. Даже притормозил. — Главное украшение вечера. Пусть в свою лохудру столько же бабла вольет и она тоже станет украшением!

— Вообще-то ты не оплачиваешь мой внешний вид, — заметила я едко. Не то чтобы Альберт не желал этого, я скорее не любила. Мне казалось как-то унизительно ходить и просить деньги на парикмахера, массажиста. Мне проще было всегда заработать самой.

— Вообще-то я не против бы был! — рявкнул Альберт и засунул руки в карманы пальто.

— Ну так бесцельно бы дал хоть раз денег, — предложила я. Альберт задышал ещё сильнее. Его бесило чужое внимание к своей собственности. А он именно собственностью меня и считал, потому что в другом случае не предложил бы унизительный и отвратительный в своём проявлении открытый брак. Альберт просто в лицо мне плюнул в тот момент, когда заговорил об этом и теперь пока я из него его душу не вытряхну, не успокоюсь.

— А что это ты такая покладистая? — встрепенутся Альберт слегка разворачиваясь ко мне. Весь воздух в салоне авто казалось накалился и стал пахнуть бергамотом.

— Ничего, просто констатирую факты, — лениво отозвалась я, в душе ощущая просто упоительное наслаждение вечером. У меня даже кашель вроде бы стал мягче и нос почти не чесался.

— Просто? — переспросил Альберт, придвигаясь ко мне. Я постава поперёк свою маленькую сумочку, сохраняя между нами расстояние хотя бы в двадцать сантиметров. — А может быть ты просто уже того с Костиком?

Я округлила глаза.

Сложила руки на груди.

— Не знаю даже, но наверно попробую, — отозвалась я, припоминая слова про Наташу, которые мне сказал Альберт в тот вечер. — Он весёлый, умный, милый. И к тому же…

Я задержала дыхание.

Повернулась к мужу.

И глядя в глаза. произнесла нараспев:

— Я хочу влюбиться.

Альберт весь окаменел. Его лицо замерло и ни один мускул не дрогнул. Тяжёлое дыхание наполняло салон. Водитель убавил музыку, видимо, наслаждаясь скандалом. И я бы дотерпела до дома, но Альберт…

— Знаешь что? — хрипло принёс мой муж. Я сделала вид, что внимательно слушаю. — Хрен тебе, а на влюбиться !

— Но у нас открытый брак! — праведно возмутилась я.

— Он закрылся! — рявкнул муж и, выдернув руку из кармана, указал мне пальцем на нос.

Жаль в этот момент из кармана вылетели тонкие красные женские стринги.

Альберт обескураженно проследил за моим взглядом и туго сглотнул, а я тихо, на грани слышимости, онемевшими губами, зло произнесла:

— Да нет. Он похоже только что открылся.

Глава 19

— Это не мое… — прошипел Альберт.

— Конечно не твоё, ты в них не влезешь, — с сарказмом заметила я и, вытащив телефон, быстро сфоткала трусы на сиденье.

— Ты чего творишь? — зарычал Альберт, стараясь выхватить телефон из моих рук, но я вместо войны за мобильный просто швырнула мужу в лицо трусами. Альберт рыкнул и откинул их от себя. Они повисли на подголовнике водителя, и я покачала головой. — Ты зачем их сфоткала?

— На память, — хрипло призналась я, ища в переписке с Настей номер телефона.

— Ты кому их там отправляешь? — Альберт снова дёрнулся ко мне, но я развернулась к окну и закрылась от мужа спиной. При этом безразлично призналась:

— Маме, пусть тоже посмеётся.

— Лера, прекрати эти игры, — зарычал Альберт, но я уже сделала своё грязное дело и развернулась к мужу, спрятав телефон в кармана.

— Это ты играешь, а мне не этого. У меня муж решил самцом себя почувствовать и все нервы мне вымотал.

— Не смей говорить со мной в таком тоне, — заметил Альберт и такси свернуло в наш двор. Я вообще замолчала. Было прекрасно ясно, что девочки решили пойти ва-банк, жаль они не знали, что разрушать уже ничего не надо. Альберт с этим справился самостоятельно.

Я вышла из машины первая, даже не дождавшись Альберта. Но муж все равно нагнал меня у лифта, и я. глядя в зеркальную сталь, спросила:

— Трусы хоть забрал?

В отражении было видно, как мужа всего перекосило и как он стиснул челюсти чуть ли не до скрежета.

— Меня подставили.

— И ты теперь решил подставить таксиста, оставив у него на подголовнике нижнее белье своей любовницы, — заметила я с гримасой отвращения, наблюдая, как муж с каждым моим словом все сильнее напрягался.

Зайдя в лифт Альберт не выдержал первый и, дёрнувшись ко мне, спросил:

— Чего ты добиваешься? — муж вцепился мне в руки своими твёрдыми пальцами, и мне казалось, он сейчас мне все кости раскрошит. Но я не подавал виду, что меня это как-то трогало, а улыбнувшись, призналась на выдохе:

— Развода конечно, — произнесла я, шагнув в сторону, разрываясь прикосновение и выходя из лифта.

— Я тебе еще несколько дней сказал, что его не будет, — ласково сказал Альберт, когда мы зашли домой.

— Мне без разницы, что ты сказал, — сказала я безразличным тоном и прямо в коридоре стала расстёгивать платье. — Развод будет хочешь ты этого или нет. К счастью твоё согласие мне в этом деле не нужно.

Я медленно шагнула в зал и дотянувшись до молнии между лопаток расстегнула замок. Из-за подозрительного молчания со стороны Альберта, мне пришлось обернуться. Муж стоял прислонившись плечом к косяку и наблюдал за мной, а на мое недоумение глумливо протянул:

— Ты продолжай, продолжай, — подбодрил он меня и взмахнул рукой. — Давно в стриптизе не был.

— А Наташа тебе его сегодня в сорите не устроила? — спросила я, переставая дёргаться с молнией. В груди все клокотало и бурлило. И это была не метафора. Это были сдавленные мокротой мои лёгкие.

— Мне, знаешь ли, некогда было, я задницу своей жены оберегал от пожирающих взглядов, — Альберт сдёрнул с плеч пальто и бросил его, не вешая, в шкаф, прекрасно зная, как меня бесил любой беспорядок, но муж сейчас старался за себя и за Макса, доводя меня до бешенства раскиданными вещами.

— Повесь нормально и проверь может там ещё что в карманах завалялось, — фыркнула я и свернула в коридор к спальне. Альберт медленно шел за мной, но остановился, когда я хлопнула дверью у него перед носом.

Я успела вылезти из платья и накинуть на себя сорочку. Снять один чулок и тут раздался стук. Я подошла и открыла дверь. Альберт сначала посмотрел мне на ноги, заметил чулок в руке, второй на ноге и как-то нервно, но максимально серьезно предложил:

— Лер, давай переспим?

Я швырнула мужу в лицо чулком и снова закрыла дверь.

Нет, я прекрасно понимала, что красные трусы это провокация. То ли Альберта на активные действия, то ли меня на ревность. Но со мной были просто грубые просчеты, потому что я была готова к чему-то подобному. Значит кадрили по максимуму Альберта.

Через час я выползла из спальни и на носочках прошла в кухню. Вздрогнула застав мужа сидящим за столом. Альберт сразу отложил телефон и посмотрел на меня. Я как капуста поверх сорочки натянула длинный безразмерный свитер, а на ноги вместо чулок носки, потому что замерла ещё в гостях.

— Вот смотри какое дело, — сказал Альберт, наблюдая как я вскрыла пакетик с порошком от кашля и залила содержимое кипятком. — Я тебя хочу. Вот знаешь последние годы хотел, но как-то по привычке что ли. Наш секс с тобой стал как коллекционный коньяк на тумбочке. Типа по молодости как дорвёшься, как попробуешь. А в браке стоишь, смотришь на коньяк-секс и такой понимаешь, что ну никуда он от тебя не сбежит, и так ладно завтра попробую.

— Это у тебя там что-то колекционное, а мне просто не нравится, когда меня из раза в раз с одними движениями на одном боку, либо на спине любят! — фыркнула я.