Измена, или Открытый брак (СИ) - Томченко Анна - Страница 15

В трубке повисло тяжёлое молчание, а потом Альберт холодно произнес:

— В жопу эти отговорки. Я сказал ты идёшь со мной, значит ты идёшь со мной. Заеду в семь.

И бросил трубку.

У меня чуть пар из ушей не пошёл. Если Альберт считал, что мог так со мной поступать, то пусть потом не обижается.

Я позвонила в студию мейка и с трудом упросила принять меня вечером. Во второй свой перерыв сбегала в шоурум и выбрала себе как сказала Марго маленькое чёрное платье без бретелей.

Домой после макияжа я заскочить успела и даже одеться полностью так, чтобы Альберт ничего не понял, застав меня в пальто ниже колена в коридоре.

— Готова? И вот стоило меня бесить? — спросил он сварливо, всматриваясь в мое лицо. Я вскинула бровь и Альберт немного с сомнением сказал: — Мне нравится как ты выглядишь…

Ох дорогой, ты охренеешь, когда увидишь, как я выгляжу под пальто.

На этот раз поехали на такси, потому что я отказалась садиться за руль, а Альберт вероятнее всего пропустит пару стаканчиков с Константином. В такси муж бросал на меня недоверчивые короткие взгляды. А через десять минут не выдержал и спросил:

— Ты волосы покрасила? — он снова задержал взгляд на мне и моей легкой укладке обычными волнами. Из-за неё мой природный блонд сиял платиной.

— Нет.

— Просто украдка? — допытывался муж.

— Наверно, — коротко отвечала я.

— А губы? Ты что-то накачала? — спросил муж чем окончательно меня выбесил.

— Нет, Альберт, я всегда такая, но ты на меня просто не смотришь!

Муж то ли хмыкнул, то ли рыкнул и разговор угас.

Когда мы наконец-то добрались до Насти с Костей, в моей крови бурлил такой адреналин, что сердце готово была выпрыгнуть из груди. Дверь открыла хозяйка и сначала на ее лице расцвела такая счастливая улыбка, но я все испортила своим видом.

— Не думала, что ты придёшь… — протянула Настя пока мужчины здоровались.

— Мне просто стало интересно с чего вдруг? Сначала мне рассказываешь, что муж у меня глаза свои не туда пристраивает, а потом меняешь своё мнение…

Я говорила тихо пока разувалась. Из-за поворота вышла Наташа и со всеми поздоровалась, задержав на мне взгляд. Я пожала плечами и расстегнула пальто. Спустила его с плеч, показывая платье чуть выше колена, из гладкой ткани с широким поясом, который выгодно подчёркивал грудь.

В глазах Насти блеснула зависть.

У Наташи — ревность.

А Альберт, обернувшись ко мне, застыл изваянием. И только спустя томительную секунду пришел в себя, прошипел на ухо:

— Вот значит как?

— Как? — спросила я, ловя взгляд Константина и мило ему улыбаясь. — Кость, а можно мне сока или воды?

Костя был на пару они старше Альберта и работал на государственном предприятии, но тоже писал технологии для двигателей. Альберт давно его звал к себе и похоже наконец-то Константин решился, хотя и на гособеспечении имел больше чем среднестатистический хороший айтишник.

— Можно… — улыбнулся он и пошёл к барной стойке. Нас проводили в зал и я присев на край дивана, водила взглядом по квартире. Чуть меньше чем у нас. И ремонт подешевле. Но очень стильно. — Вот держи…

Костя протянул мне бокал с чём-то лимонным и обратился к Альберту. Наташа с Настей смотрели на меня как на изгоя, но мне было плевать. Я не им на радость сюда пришла, а чтобы показать Альберту с кем он собирался соперничать.

Через полчаса я застала Настю одну и спросила:

— Так в чем дело?

Настя перекладывала приборы и поджимала губы, а потом выдала:

— Ты агрессивная. А ещё токсичная! — Настя сдула со лба прядь волос. — Наташа рассказала, как ты вчера унизила. Это неправильно.

— Слушай, а хочешь у твоего Костика появится такая Наташа? — спросила я, опираясь задницей о столик.

— Что? — вздохнула Настя.

— Ну смотри, если у твоего Костика появиться девица, которая будет за ним бегать, написывать, разве тебе это понравится? — спросила я напрямую и Настя дернула подбородком.

— Это другое. У Наташи особая ситуация! — Настя топнула ножкой и подол ее тонкого платья слегка приподнялся.

— Ага… — лениво отозвалась я. Тут как против ветра плевать. Все равно испачкаешься.

Вечер проходил в попытках Наташи влезть в мужской разговор, за что ее уже несколько раз отшивали, но она смотрела на меня и все равно перла напролом. Я мило улыбалась, а после ужина, чтобы не видеть эту покрасневшую физиономию, решила помочь убрать со стола. Я загружала посудомоечную машину, когда Костя зашёл в кухню и принёс партию бокалов.

— Так, Лер, подвинься… — попросил он, и я быстро убрав руки от посуды, скользнула вдоль столешницы. Костя расставил бокалы, но поворачиваясь, задел стопку тарелок, которую я не успела убрать. Она качнулась, и я по инерции дернулась и перехватила ее сбоку. Костя решил, что он тоже успевал и схватил с другого края.

Я усмехнулась.

Костя хмыкнул.

А Альберт холодно произнес от двери:

— Кость, от жены моей отойди…

Глава 18

Костя усмехнулся и разжал пальцы. Я осталась держать тарелки и посмотрела на Альберта через плечо, говоря взглядом, что надеюсь он понял намёк.

— Твою жену держать и лучше в парандже, — хохотнул Костя, подмигивая мне, чтобы я оценила шутку. — Украдут, Берт. Ой, украдут…

Альберт стиснул кулаки и вскинул бровь.

— Так и так держу, а паранджа… — протянул муж, сдирая с меня кожу одним взглядом.

— В ней только всю красоту прятать, Берт… — Костя подошёл к моему мужу и хлопнул его по плечу. На разговоры подтянулись Настя с Наташей и тут муж бывшей подруги протянул: — А Валерия самое настоящее украшение сегодняшнего вечера…

Настю перекосило, причём так сильно, что заискивающая улыбочка не смогла спасти положение. А Наташа в это время прошлась по мне взглядом и посмурнела. Я наклонилась к посудомойке и убрала тарелки. Я почти ощущала осуждение, которое исходило от девушек при виде моей обтянутой платьем задницы.

Сучки.

Вечер близился к завершению, и я как-то между делом обратилась к Косте:

— Константин, слушай, у вас ведь госпредприятие? — Костя кивнул и отставил бокал. — Наверно у вас и всякие профсоюзы есть.

— Да конечно, мы в него с каждой зарплаты отчисляем часть денег, что-то по штуке с сотрудника, — признался Константин.

— А вам профсоюз путевки детям в лагеря и на базы отдыха даёт? — уточнила я под непонимающим взглядом Альберта, но Костя кивнул, и я приободрившись, стрельнула глазами. — А можно к тебе моя подружка обратится?

Я спросила это тем голосом, которым обычно просят купить машинку у сильного и властного мужика. Ещё и взглянула из-под ресниц на Константина.

Настя уронила бокал.

Все переключились на неё, но я, словно бы не заметив ее злого взгляда, продолжила:

— Знаешь, она мать одиночка, работает у меня в салоне и вот все хотела отправить сына в лагерь. А у вас же можно с сотрудниками договориться, чтобы по чьей-то путевки съездить?

Костя кивнул и следом предложил:

— Я сам свою путевку и отдам. Они же у нас не на ребенка, а на детей. Оформим как племянника…

— Костя… — протянула Настя, вытирая салфеткой с пола сок. — А ты со мной это не хочешь обсудить?

— Ну со мной Альберт тоже не обсуждал, когда решил Наташе бумаги какие-то подписать, поэтому ты не переживай. Тебя это не коснется. Я просто Наде дам телефон Кости и все…

Меня хотели придушить.

Я прямо по взгляду поняла, как Настя, обмотав меня полотенцем, затягивает его на моей шее. Но ничего. Пусть почувствует как это быть в моей шкуре.

— Да, без проблем, Лер, — прервал нашу зрительную дуэль Костя, и через полчаса мы стали собираться домой. Наташа порывалась уехать с нами, но Альберт признался, что мы сами на такси и Наталья скисла, а я, обняв Костика, от души поблагодарила:

— Спасибо за чудесный вечер, Кость… — сказала я под испепеляющим взглядом мужа. Костя улыбнулся и повторил:

— Ты была украшением этого вечера. Приезжайте ещё.