Антипара (СИ) - Нария Полли - Страница 3

Говен подскочил, словно ужаленный в одно место мальчишка, и вылетел из кабинета, оставив нас с Богданом наедине.

— Суровый у тебя отец…

— Не смей меня больше защищать, — я резко развернулась к парню и зашипела, как змея, готовая к атаке. — Слышишь? Не смей!

— Да тише ты, полоумная, — мой выпад не произвел на Богдана никакого впечатления. — Если уж на то пошло, то я говорил правду. Думаешь, мне нравится вся эта ситуация? Да я бы никогда в жизни не согласился стать твоей двойкой. Хуже партнера и представить сложно.

— Здесь я с тобой солидарна!

Тогда почему же в груди свербит от обиды? Мне ведь плевать, что этот колдун обо мне думает. Плевать!

Дверь за нашими спинами распахнулась, и в помещение вошел Говен, а следом за ним Бартош Ваховский. Глава ацыгов. Дело запахло паленым.

Глава 5

Ацыги славились своей древней магией, которая полностью отличалась от нашей. Они могли проникать в самую суть вещей, могли видеть время линейно во все стороны, да и много чего другого, нам неведомого. Они свято хранили тайну своих знаний, защищали феоды толстой стеной, дабы чужаки не могли в них проникнуть.

Бартош был первым баро, кто пошел на контакт с Паламендом магистров и наладил хоть какие-то отношения с магами Бедруса. Его феоду даже выделили целый фасет в Гамагской области, где ацыги и осели. Помимо всего этого ацыг своим влиянием прекратил оборот дурман-зелий между феодами, чем спас многие жизни и подтвердил необходимость взаимоотношений.

С Говеном они стали друзьями больше десяти лет назад, но отец никогда не рассказывал, при каких обстоятельствах состоялось их знакомство. Хотя, о чем это я? Мой отец даже про мою мать мне ничего не говорил, а тут ацыг…

— Ну что, ребятки, наделали вы дел. Это что же нужно было утворить, чтобы Говен меня из постели ночью выдернул?

На удивление баро не выглядел заспанным или уставшим, а прямо лучился энергией. Мы с Богданом переглянулись, но никто так и не решил ответить. Тем более, что я была уверена — Говен все ему успел рассказать. Кратко, по сути, как он это делал всегда.

— Воды в рот набрали иль оглохли? — Бартош весело глянул на меня и подмигнул. Возможно, он пытался поднять нам настроение или втереться в доверие, но выходило так себе. Нервы и без того держались на грани возможностей — еще чуть-чуть и я хлопнусь в обморок. Разочарую отца и повеселю Богдана. Ну уж нет! Буду держаться на чистом упрямстве.

— Ты не болтай с ними, а дело делай, — буркнул Говен.

Бартош посмотрел на друга, закатил глаза, а потом резко стал серьезным. Напускное добродушие развеялось, и перед нами предстал настоящий баро ацыгов — сильный маг и прорицатель.

— Детки, возьмите друг друга за руки.

Спорить никто не посмел. Я даже с каким-то странным рвением схватилась за ладонь Богдана, когда Бартош обвел нас пронизывающим до самых костей взглядом. Но в случае с баро, он смотрел куда глубже.

— Золотая вязь! — воскликнул вдруг ацыг и с восхищением посмотрел на Говена. — Идеальная двойка! Идеальный союз. Паламенд придет в полный восторг!

Я перевела вопросительный взгляд на отца и впервые увидела его таким бледным и потерянным.

— Ты уверен?

— Без всяких сомнений.

— Может быть, объясните нам, наконец, о чем вы говорите! — не выдержал Богдан. Парень сжал мои руки сильнее и как будто совсем не собирался их отпускать.

— Рви! — голос ректора громом обрушился на наши головы. Зрачки Говена расширились, а руки затряслись. У его ног завихрился ветерок, который рисковал превратиться в ураган, если отец вдруг потеряет над собой контроль. И по всем внешним признакам он был к этому близок.

— Ты же и сам знаешь, что это невозможно, — Бартош покачал головой. — Их связь неразрывна теперь. Если что и сможет ее оборвать, так только смерть одной из двойки.

— Ох, ты ж черт веревочный…

Отец еще много всяких интересных слов говорил, заковыристых, с перчинкой, так сказать, но я не слышала. Я смотрела в глаза Богдана, а он смотрел в мои.

— Кажется, мы влипли, — произнес парень одними губами.

А я лишь кивнула в ответ.

Богдан — моя двойка. Мой напарник. Мой спутник. Мой… Сварог, за что ты так со мной? Единственный человек, которого я терпеть не могла и связан со мной непонятно откуда взявшимися узами.

— Да не шуми ты так, — Бартош похлопал Говена по плечу. — Это же хорошо для репутации академии. Сам посуди. Благодать над академией — прямой путь тебе в верхушки.

— Да она же не готова! — ректор ткнул в мою сторону пальцем. — Ей еще год учиться…

— Я готова! — слова, пропитанные обидой, вырвались из моего рта помимо воли. — Я самолично прошла программу четвертого курса этим летом. В теории я знаю все.

— В теории? — глаза отца полыхнули. — В теории? Ты ее слышал?

Бартош хмыкнул.

— Может, стоит довериться своей дочери, — он неожиданно встал на мою сторону. — Но, как говорится: доверяй, но проверяй.

Да уж, размечталась.

— Хм, а это идея. Я проведу контроль твоих знаний через месяц. А ты, Бачевский, станешь заниматься с Велиславой практическими занятиями под присмотром наказателя. И в день Чернобога, когда состояться Сполохский бал, я проверю, на что ты способна. Вот тогда и поговорим.

И по его тону поняла, что отец сделает все, чтобы убедить мне в моей некомпетентности. Но он не знал, что я тоже готова пойти на все, чтобы доказать обратное.

Глава 6

Богдан

Только под самое утро ректор Радзиевский отпустил нас с Велиславой в свои комнаты. Мы шли по тихой, еще дремлющей академии и молчали. Так бывает, когда мыслей в голове много, но ты не можешь выбрать ту самую, самую главную, с которой стоило бы начать разговор.

Поэтому просто переставляли ноги до тех пор, пока не дошли до женского корпуса. У самых дверей Вели остановилась, но внутрь войти не спешила.

— Ты слышал раньше про золотую вязь? — ее голос полнился глубоким темным замешательством и звучал глухо.

— Нет, — покачал головой. — Я был уверен, что двойки бывают только договорные. Год, два… Но так, чтобы неразрывно… Об этом я слышу впервые.

— А я читала об этом. В книге легенд Бедруса и Русьвы. Легенд, понимаешь? Золотая вязь — сказка на ночь. Небылица.

— Как видишь, это реальность. Отрицать будет глупо.

— Знаю. Я все чувствую.

Я тоже чувствовал нашу связь. Где-то глубоко внутри нить натягивалась и немного дребезжала при мысли о том, что у меня теперь есть пара. Да уж, Деяр точно удивится, узнав, что наши планы о совместной работе в патрульном отряде обречены на провал. Боже, я связан с Величкой! Уму непостижимо…

Видимо, я настолько погрузился в свои размышления, что пропустил момент, когда Велислава вдруг вскрикнула и загорелась. Точнее, воспламенилась ее мантия. Долго не думая, я подскочил к девушке и стянул с нее объятую огнем вещь. Кинув мантию на землю, стал топтать ее до тех пор, пока пламя не унялось.

— Это что было? — я посмотрел на девушку расширившимися глазами. Растерянная, она стояла, обхватив свои плечи руками, а грудь под тонкой сорочкой вздымалась и опускалась, как при лихорадке. — Ты решила сжечь себя заживо, чтобы разорвать нашу связь?

— Дурак? — оцепенение быстро слетело с хорошенького лица девицы, и я вновь увидел перед собой Велиславу, которую очень хорошо знал. Взгляд, полный враждебной неприязни и возмущения, бил прямо в лоб. Таким и убить можно. Так-то лучше. Растерянность Величке не шла. — Я что, похожа на буйную?

Я пожал плечами.

— Тогда что?

— Ничего! — буркнула девушка. — Мне пора.

— Что значит пора? — изумился я. — И ты мне ничего не объяснишь?

— Не обязана, — парировала девушка, поднимая с земли испорченную вещь.

— Мы теперь вообще-то связаны, птичка-невеличка. На всю жизнь! Пока смерть не разлучит нас. Не забыла?

Линия скул девушки резко очертилась, и я стал переживать, что она себе челюсть сломает от такой натуги.