"Фантастика 2024-39". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 1291

С тех пор пран Жерон носил повязку. Но это нисколько не повлияло на его отношения с прекрасным полом. Правильные, благородные черты лица, каштановые волосы, тронутые после сорока серебряной изморозью, остроконечная бородка и навощенные кончики усов сделали из кондотьера записного сердцееда.

Войдя в шатер, он окинул помощников строгим взглядом.

Лейтенант Пьетро церемонно поклонился:

– Капитан…

– Вольно. Расслабляйтесь. Хотя что-то мне подсказывает, не сильно-то вы и напрягались.

– Как можно, капитан! Часовые выставлены, старшие караульные получили строгие указания. Фуража для лошадей хватает, солдаты накормлены. Изучаем диспозицию. – Пьетро кивнул на оставшихся лейтенантов. – Благородный пран Толбо альт Кузанн прорабатывает сочинение знаменитого полководца Ильхама Лоддского. После я его опрошу со всей строгостью по прочитанному.

– Да? – Альт Деррен в два шага поравнялся со знаменщиком. Заглянул в книгу. – Ты гляди… Даже держит не вверх ногами. О чем пишет Ильхам Лоддский?

– В настоящий момент я читаю главу, посвященную сражению при броде в Харадаре. При почти трехкратном численном преимуществе трагерской армии Ильхам Лоддский поставил на правом крыле роту наемников из Кринта, а необученных и слабых духом лоддских ополченцев – в центр и на левый фланг. Дворянская конница находилась в резерве в четверти лиги от брода. Когда роты пикинеров Трагеры переправились через реку и увязли в бою, они смяли нестройные порядки…

– Довольно! – крякнул кондотьер. – Вижу, что читал. А вы, почтенные праны, какую карту изучаете?

– Северных земель Вирулии.

– Да? Это еще зачем?

– Ну, не знаю, – развел руками Пьетро. – Надо же что-то изучать, а то закиснем.

– Полагаю, капитан, Вирулия интересна с точки зрения преодоления водных преград в пограничных фрегезиях, – вмешался лейтенант Марцель. – Любопытно расположение фортов королевской армии и замков, оседлавших ряд перевалов в горах Кольд…

– Довольно, – прервал его пран Жерон. – Убедил.

– Рад стараться.

– Я так и думал. А сейчас можете убирать карты.

– Убирать?

– Да. Убирать карты Вирулии…

– И доставать?..

– Карты Аркайла.

– Капитан?

– Я больше десяти лет как капитан… Сейчас все объясню. – Он повысил голос. – Прошу вас, баронесса!

В шатер вошли трое.

Женщина в шелковом темно-синем плаще с капюшоном, скрывавшем лицо. С нею два прана. Один уже седой, явно старше пятидесяти лет, в черном камзоле, застегнутом под горло, со шпагой на украшенной золотом перевязи. Второй – юнец, лет пятнадцати или шестнадцати, светловолосый с едва-едва пробивающейся бородкой.

Оказавшись под пологом, женщина сбросила капюшон, мгновенно ослепив присутствующих лейтенантов красотой. Сапфирно-синие глаза и черные как смоль косы, уложенные вокруг головы. Толбо вскочил, роняя книгу. Пьетро невольно подкрутил ус, а Марцель и Сергио приосанились.

– Позвольте представить вам баронессу Кларину альт Рутена из Дома Сапфирного Солнца.

Черноволосая красавица величественно кивнула.

– Пран Клеан альт Баррас, глава Дома Бирюзовой Черепахи.

Пожилой мужчина прижал ладонь к сердцу и поклонился.

– Пран Этуан альт Рутена из Дома Сапфирного Солнца.

Наконец поздоровался и юноша.

– Позвольте, в свою очередь, представиться, – шагнул вперед Пьеро. – Лейтенант Пьетро альт Макос из Дома Зеленого Пса. Наемник.

– Лейтенант Марцель альт Родер из Дома Бронзового Сокола. Наемник.

– Лейтенант Сергио альт Табаска из Дома Черной Мыши. Наемник.

– И знаменщик нашей роты, юный Толбо альт Кузанн из младшей ветви Дома Рубинового Журавля, – завершил знакомство капитан-кондотьер.

– Нам очень приятно встретиться со столь благородными пранами, – голосом мелодичным, но холодным, как ледяные ущелья Карросских гор, произнесла баронесса. – Надеюсь, их воинская доблесть столько же неотразима, как и выправка.

– Под нашим началом пятьсот отборных вояк. – Пран Жерон жестом пригласил гостей присесть. Кларина и ее отец не отказывались. Молодой пран Этуан, по всей видимости, один из многочисленных племянников баронессы, остался стоять за спинами своих родственников, держа ладонь на эфесе шпаги. Как будто мальчишка мог что-то противопоставить четверым прожженным псам войны, если бы они замыслили недоброе. – Сотня рейтаров. Сотня аркебузиров. Две сотни пикинеров. И еще сотня бойцов, не придумавших для себя особой воинской профессии. То есть этим бравым молодцам скучно заниматься чем-то одним, а потому они с равным мастерством рубятся на тесаках и фехтуют на шпагах, стреляют из аркебуз и арбалетов, наводят мосты через реки и подводят мины под крепостные стены. Они умеют все. И ни в одной роте Кевинала вы не найдете таких мастеров на все руки. Это – младшие сыновья, которым судьба отказала в наследовании Дома, но которые хотят чего-то добиться в жизни. И большинство из них добивается.

– Места в земле, глубиной в четыре локтя, – презрительно поджав губы, произнес пран Клеан.

– Да? Не без этого. Всякий, кто пытается проявить удаль и отвагу на поле боя, должен иметь в виду и такое развитие событий, – пожал плечами Жерон. – Но смею вас заверить, погибает не больше половины пришедших к нам новобранцев. Остальные выживают, набираются опыта и становятся настоящими воинами, без тени сомнения и страха. Скажу больше, последнее время мы можем позволить себе принимать далеко не всех солдат, а лишь после тщательного отбора. Поэтому у нас много ветеранов войн в Трагере и Унсале. Вы, несомненно, слышали…

– Мы слышали, – кивнула баронесса. – Трагерцы и унсальцы любят пускать кровь друг другу. Но мне непонятно, как у вас в роте уживаются недавние враги?

– Враги? Да? О нет, уверяю вас, прана Кларина, врагов я к себе в роту не набираю. И в Унсале, и в Трагере полно бойцов, которые сражаются спокойно, как хорошие ремесленники лепят горшки или сколачивают табуреты. Они не бьют себя в грудь, не орут, призывая вырезать всех врагов мужского пола, кто дорос до чеки тележной. Они не вешают бургомистров захваченных городов, не сажают пленных на колья вдоль дорог. Ну, иногда насилуют, частенько грабят, но они ценят человеческую жизнь. Поверьте, очень ценят. Всегда предпочитают брать врага в плен и требовать выкуп. Поэтому они прекрасно уживаются в одном войске. А вот идейных я в роту не приглашаю, а если вдруг какой и просочится, гоню поганой метлой, уж простите, баронесса, за грубое слово, но я – мужлан и солдафон.

– Я слышал, вы давно не воевали. Года два, – прищурился пран Клеан. – Знаю, вынужденное бездействие очень плохо сказывается на боеспособности наемников. Лучшие солдаты уходят к более удачливым кондотьерам, а оставшиеся разлагаются – пьют, играют в кости, волочатся за юбками. – Он огляделся по сторонам, будто выискивая признаки разложения непосредственно здесь, в штабном шатре.

– Да? Возможно, вы правы. Я даже склонен заявить – в большинстве случаев вы были бы правы. Но не в нашем. Скажу больше, несмотря на то что в серьезных боевых столкновениях Рота Стальных Котов не принимала участие, мои люди пользуются спросом для решения небольших внутренних конфликтов. – Кондотьер наклонился, вытащил из-под складной койки резной ларец, водрузил его на стол поверх карты. Откинул крышку. – Вот рекомендательные письма от… – Он многозначительно закатил глаза. – Впрочем, лучше сами почитайте. – Он протянул бумагу баронессе, но юный Этуан шагнул вперед и принял из рук кевинальца рекомендацию. Передал ее Кларине. – Подавление крестьянского бунта в провинции Арганда, – пояснял пран Жерон по мере того, как баронесса просматривала одну бумагу, исписанную ровными строчками, за другой. – Усмирение мятежного Дома Малахитового Паука. Умиротворение наследников Дома Черного Солнца до оглашения приговора великого герцога по наследованию. Отражение пиратского десанта браккарцев на берега Трагеры…

– Ничего не слышал о последнем случае, – нахмурился пран Клеан.

– Да? Ничего удивительного. Великий князь Трагеры и король Браккарских островов только-только подписали договор о сотрудничестве, который в какой-то мере смягчает кабальные условия торговли, навязанные островитянами по окончании последней войны. Но тут пиратское братство Южного Острова решило поразвлечься. Огласка не входила в планы ни короля Ак-Орра тер Шейла, ни его светлости Пьюзо Третьего альт Ортега из Дома Пурпурного Меча. Поэтому они не смогли задействовать ни регулярную армию Трагеры, ни флот Браккары. Скажу больше, великий князь не мог даже открыто нанять нашу роту. Все свершилось тайно. Мы задействовали только конницу и младших сыновей, мастеров на все руки.