"Фантастика 2024-39". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 1239

– Вам нельзя быть в Аркайле, пран Ланс. – Реналла пятилась от него, прижимая руки к груди. На огромные глаза навернулись слезы. – Вам нужно уходить… Уезжайте немедленно!

– Вы гоните меня? – нахмурился альт Грегор. – Но почему?

– Вам нельзя быть здесь, – твердила она, будто не слыша его вопроса. – Молю вас, пран Ланс, бегите из Аркайла…

– Да что же это такое?! Все меня гонят! И вы тоже, Реналла? Вы ничуть не рады меня видеть?

– Пран Ланс… – По щекам девушки потекли слезы.

– Мой вид пугает вас? Вы боитесь моего общества? – Менестрель медленно выпрямился. – А я, признаться, все это время только и думал о вас. Видел вас и во сне, и наяву. Вы украли мой покой, Реналла… Как я мечтал об этой встрече!

– Уезжайте, пран Ланс, молю вас, – с рыданием в голосе отвечала она. – Вам нельзя быть в Аркайле, вам нельзя быть…

– Но почему? – Альт Грегор шагнул вперед.

Девушка попятилась, глядя на него такими испуганными и такими прекрасными очами.

– Не плачьте, Реналла. И не бойтесь ничего. Если я вольно или невольно причиню вам зло, то умру на месте.

– Вы не должны были сюда приходить…

– Я знаю. Но я часто нарушаю правила. И правила приличия в том числе. Клянусь, я не хотел скомпрометировать вас. И если вы прикажете… Если вы не желаете видеть меня…

Шорох за спиной заставил менестреля отпрянуть в сторону, разворачиваясь. В дверном проеме стоял наследник престола, а точнее, нынешний герцог Гворр Аркайлский. На щеках и лбу его светлости проступили багровые пятна, ладонь обнимала рукоять кинжала, до половины вытащенного из ножен.

– Ты? – прорычал герцог. – Откуда?

Его губы под закрученными и напомаженными усами прыгали. Дрожала заостренная бородка, черная с проседью.

– Не ждали, ваша светлость? – дурашливо поклонился альт Грегор. – Менестрели часто являются незваными.

– Да как ты посмел?!

Сегодня Гворр надел черный кожаный дублет без герба Дома. Никакого иного оружия, кроме кинжала, Ланс у него не увидел, а потому не слишком-то испугался.

– Бегите, пран Ланс, – не проговорила, а простонала хозяйка дома. – Умоляю вас…

– Она умоляет! – воскликнул герцог. – Шлюха! Привечать бродяг, когда тебя удостоили…

Кулак Ланса с влажным чмоканьем впечатался правителю прямо в губы – как раз между щегольскими бородкой и усами. Гворр отшатнулся, ударившись с деревянным стуком затылком о дверной косяк.

– Как же я давно мечтал об этом, – пробормотал менестрель, подув на костяшки, оглянулся на Реналлу, которая, закатив глаза, сползала спиной по стенке.

– Мерзавец, – свистящим шепотом произнес герцог, отнимая ладонь ото рта и глядя на кровь, запятнавшую кожу. – Я убью тебя…

Он выхватил кинжал и замахнулся, но Ланс поймал его запястье. Дернул на себя, подсел, пытаясь сделать подножку. Герцог обхватил его свободной рукой за шею, сжал горло.

Забыв о благородном искусстве фехтования, они сопели и топтались на одном месте, как драчуны в припортовой таверне. У Ланса темнело в глазах, кровь пульсировала в висках, но он продолжал выворачивать руку Гворра, более тяжелого, но изнеженного дворцовой жизнью и слегка располневшего в преддверии пятидесяти годов. Наконец труды альт Грегора увенчались успехом. Кинжал его светлости упал на пол. Герцог выругался вполголоса и обхватил Ланса второй рукой. Всего одно мгновение понадобилось менестрелю, чтобы сообразить: теперь противник пытается завладеть его оружием.

Оттолкнувшись ногой от тяжелого стола, Ланс ударил герцога спиной о стену.

Хватка ослабла, и альт Грегор выкрутился из объятий, которые грозили стать смертельными.

Выхватил шпагу, приставив острие к груди рычащего от бессильной ярости Гворра.

– Сейчас, ваша светлость, соблаговолите попросить прощение у праны Реналлы за нанесенное вами оскорбление. И я оставлю вам жизнь.

Герцог сипло выдыхал сквозь перехваченное спазмами горло. Его лицо налилось кровью столь сильно, что Ланс опасался: не хватит ли наследника старика Лазаля удар?

– Ну, я жду, – не улыбнулся, а, скорее, оскалился менестрель и самую малость усилил давление на клинок. Развернулся, чтобы видеть Реналлу, которая все еще не шевелилась. – И прана ждет тоже. Можем пока поговорить.

– Что с тобой говорить, ублюдок?

– Поосторожнее с выражениями, ваша светлость. И прошу не забывать, что перед вами дворянин из Дома, который ничуть не уступает именитостью вашему. Ну, разве что богатством. Но вы же не будете спорить, что богатство – сущая чепуха по сравнению с честью? – Голос Ланса звенел от скрытой ярости. Больше всего ему хотелось вбить шпагу между ребрами герцога и уехать куда подальше. Прочь из этого проклятого Аркайла, где правители лазят в окна к чужим женам, которые к тому же вдвое моложе их.

– Я лишу тебя герба…

– Никогда. Вы помните девиз Дома Багряной Розы? Никогда. Мои далекие предки толковали его так: жизнь потерять ты можешь, но честь – никогда!

– Ты…

– Еще одно непочтительное слово, неважно, в мой адрес или в адрес этой девушки, и вы узнаете, как легко потерять жизнь. Запомните это хорошенько, ваша светлость. А лучше зарубите на носу. Или мне придется сделать это за вас. Согласитесь, безносого герцога в Аркайле еще не было.

– Тебя достанут из-под земли.

– Уже доставали. Полтора года тайный сыск ищет меня. Ну что, нашли? Пришлось самому явиться… Чтобы не выставлять прана Гвена альт Раста полным дураком. Жалко его, он достойный дворянин, в отличие от некоторых.

– Ты…

– Не надо вращать глазами, ваша светлость. Не в ваших интересах давать огласку сегодняшнему происшествию. – Ланс блефовал, как в карточной игре, но чувствовал, что движется в верном направлении. – Налицо прямое оскорбление Дому Лазоревого Кота. Ведь не станете вы утверждать, что известили мужа этой праны, блестящего гвардейца, о своих посещениях его жены? И как отнесутся главы остальных Домов к забавам правителя? Это тоже покрыто мраком…

Реналла зашевелилась и приоткрыла глаза.

– Прошу прощения, звезда моя, – поклонился ей Ланс, – что явился столь невовремя. Нарушил ваши и вашего любовника далекоидущие планы. Извините, я не нарочно…

– Пран Ланс…

– Что вы, что вы, не надо слов… Я сейчас уйду. Но прежде заставлю этого невежу, надевшего совсем недавно герцогскую корону, тоже попросить прощения у самой прекрасной девушки от Карросских гор до острова Айа-Багаан. Итак, ваша светлость!

– Я… – Гворр сглотнул, перекосился лицом и вытолкнул через силу: – Приношу свои извинения.

– Вот и замечательно! – горько улыбнулся Ланс. – А сейчас попрошу вашу светлость проводить меня к выходу.

Осторожно подталкивая герцога острием шпаги, альт Грегор провел его в соседнюю комнату. Остановился у окна с лестницей.

– Прошу, ваша светлость. Правителей принято пропускать вперед.

Тяжело дыша, Гворр перебрался через подоконник и полез вниз. Ланс, не выпуская оружия, последовал за ним. Он еще не знал, чем закончится это приключение, но понимал, что, отпустив герцога, навлечет на себя неминуемые розыски.

У самой земли его светлость вновь предпринял попытку напасть на него. Схватил за сапог, дернул. Менестрель не придумал ничего лучшего, как стукнуть герцога по темени рукояткой шпаги. Гворр булькнул, обмяк и свалился лицом в снег.

«Убил?»

Спрыгнув с последних ступенек, Ланс прижал пальцы к шее герцога. Нащупал биение жилки.

«Живой…»

Поддаваясь мгновенному порыву, альт Грегор двумя взмахами шпаги перерезал веревки, и нижние семь или восемь планок лестницы упали к его ногам.

За калитку менестрель вышел не оглядываясь. На душе было мерзко, будто туда нагадили даже не кошки, а стадо коров.

Зачем Кларина подстроила эту встречу? Ведь она не могла не знать, для кого приготовлена лестница? Ответ напрашивался только один. Баронесса хотела отомстить любовнику, который предпочел ей красотку помоложе. И отомстить руками Ланса. Но, как бы то ни было, он сломал ее планы, не поддавшись побуждению заколоть его светлость. А хотелось сильно. Ничего, пускай походит с шишкой на голове.