Из Тьмы, Арка 5 (СИ) - "Добродел" - Страница 199

— Кто вы? — не обращая внимания на боль в руке и плач жены, которая прижала к себе их дочку, дабы та не видела разбросанные вокруг десятки трупов, спросил аристократ.

— Пока? Неравнодушный прохожий, можно сказать, — улыбнулся мужчина с мешающимся на лице дружелюбием и высокомерием. Последнее, впрочем, не являлось для обладателя подобной силы чем-то необычным.

— Прохожий, который сумел прихлопнуть Илу, словно таракана? — почти истерически хохотнул лорд.

— Именно, — кивнул брюнет. — Сейчас я могу уйти, оставшись в вашей памяти безымянным доброхотом, которого вы никогда не встретите.

— Или? — задал ожидаемый вопрос Герман.

Он не являлся дураком и отлично понимал, что если у него и имелись мизерные шансы разойтись бортами с нынешней партией власти, то ли поймавшей вожжу под хвост после недавнего покушения на Хитзкопфа, то ли заранее срежиссировавшей всё это с целью превентивного подавления внутреннего сопротивления, то сейчас они окончательно испарились. После уничтожения целой толпы силовиков, в том числе и одарённых, да под командованием печально знаменитого полковника Смерть… Шансов на мирный исход нет даже в теории. На Германа спустят всех собак, показательно раздавив: сделав из него врага государства и пример для остальных.

— Или мы поможем нашему союзнику выбраться из города и добраться до своих владений, — сделав ударение на слове «союзник», сказал мужчина.

— Вы… имперцы? — осторожно спросил лорд.

— А кому ещё, кроме Его Императорского Величества, выгодно скорейшее прекращение этой заранее проигранной Севером, но губительной для обеих сторон войны? — хмыкнул воитель. — Не Западу же, которому нужны источники ресурсов и рынки сбыта, но никак не конкуренты?

У Германа на сей счёт имелось своё мнение. То есть о западниках он примерно так и думал, но вот заинтересованная во взаимовыгодном сотрудничестве Империя… Оксюморон, да и только! Сколько раз «добрые торговые партнёры» пытались низвести его город до бессловесной обслуги? И не сосчитать. Лишь с появлением собственной Школы Боя, формально независимой и лишь дружественной, но реально контролируемой воителями из рода, сильнейший из которых в этом поколении сумел прорваться до ранга Мастера, удалось прийти к некоему равновесию.

Впрочем, это мнение Герман придержал при себе: выбор союзников у него невелик, а начинать общение со словесных выпадов — прерогатива самоубийц. К тому же Империя крайне неоднородна. Может, та фракция, с представителем которой он общается, действительно заинтересована в процветании если не всего Севера, то хотя бы портового города, находящегося во владении рода Рюген? Случаются же чудеса в этом неуютном мире!

Например, в самый последний — подозрительно удобный — момент к загнанным в ловушку приходит помощь...

— Я понял, — старательно не показывая испытываемую боль, уважительно поклонился аристократ. — Позаботьтесь о нас, уважаемый посланник Его Императорского Величества.

* * *

В это же время иные отряды полиции врывались в известные им штаб-квартиры различных сомнительных организаций. В список целей попали и ячейки странно быстро расплодившихся — только с пару месяцев назад о них впервые услышали, а сейчас как тараканов! — сторонников всемирной революции, и кружки сочувствующих им борцов за равноправие сословий, и стихийные профсоюзы рабочих, а также сборища прочих давно мозоливших глаза полиции анархистов. Где-то они находили лишь пустоту, где-то не встречали особого сопротивления и тащили схваченных смутьянов, гораздых лишь на болтовню, в камеры и допросные, но в иных случаях (намного чаще, чем можно предположить) их ждал жёсткий отпор.

Укрывшись за краем кирпичного забора, глава группы полицейских орал в железный рупор:

— Говорит лейтенант полиции Бенц! Здание окружено! Выходите по одному с поднятыми руками! У непричастных к убийству ещё есть шанс отделаться минимальными сроками! — чуть дальше, перед забором, за которым укрылись полицейские, лежало ещё подёргивающееся тело стража порядка с простреленной шеей. Оно и стало причиной, прервавшей нахрапистый штурм и заставившей правоохранителей откатиться.

Никто не хотел умирать.

— Пошёл на хер, дворянский жополиз! — ответили ему из оконного проёма. — Приди и возьми! А если ссышь, то проваливай!

Усатый лейтенант покраснел от гнева:

— Я вобью эти слова в твою гнилую глотку, погань! — проорал он в конусовидную трубу и скомандовал приготовившимся подчинённым начать атаку.

Полицейские-стрелки сделали залп из своих дульнозарядных ружей с кремневым замком — увы, война выгребла со складов всё приличное оружие, оставив даже столичной полиции лишь такие вот примитивные поделия, выпускаемые оружейными заводами королевства с официального разрешения имперцев — и, не дожидаясь, пока подавленные огнём бунтовщики снова высунутся, штурмовая группа без промедления бросилась вперёд.

Однако, к крайне неприятному удивлению полицейских, когда они преодолели две трети пути, из проёмов штурмуемого здания высунулось чуть ли не десять оружейных стволов.

Бах! Бах-бах! Бах! Бах! Бах! Бах! — грохотали выстрелы.

И пускай не умеющие толком стрелять, изрядно нервничающие революционеры бессовестно мазали — они могли себе это позволить, ибо в их руках находилось более совершенное казнозарядное оружие из Империи.

Но если северные стражи закона надеялись, что клятые винтовки и пара револьверов являлись последним и самым тяжеловесным козырем их противников, то зря. Когда злые правоохранители, потерявшие двух бойцов ранеными и одного убитым, приблизились вплотную к выбитому дверному проходу и одному из самых удобных для проникновения окон, со второго этажа к ним прилетели непонятные свёртки, которые почти сразу расцвели вспышками взрывов.

БА-БАХ!!! — грохнул сдвоенный удар, почти слившийся в один.

Северное королевство имело достаточно развитую химическую промышленность, чтобы любой желающий, обладающий нужными знаниями и определённым количеством денег, смог купить оборудование и реагенты для производства самодельных взрывных устройств. Денег у простых студентов, ранее активно сочувствовавших движению революции в Империи и национальному освобождению у себя в королевстве, раньше не водилось. Да и знания не так чтобы позволяли легко продумать процесс синтеза начинки для бабахающих штуковин.

Однако — к счастью для молодых людей, крайне разочарованных отсутствием позитивных перемен после смены курса и начала войны, и оттого вдвойне легко увлёкшихся новой привлекательной идеей всеобщего равенства — недавно всё изменилось. Деньги и подробные инструкции появились вместе с загадочным эмиссаром из штаба Революционной Армии, протянувшим руку помощи единомышленникам.

Революция не должна останавливаться на смене одних сидящих на троне жоп на другие! Её пламя должно сжечь весь старый, пропитанный гнилью миропорядок, дабы освободить место новому, более правильному и праведному! Смерть паразитам-дворянам и их прихвостням! Слава Истинной Революции!

…Покрывало едкого химического дыма укрыло место разгоревшегося боя, пряча от взглядов трупы, умирающих и просто контуженных. Где-то в отдалении слышались свистки и приближающийся топот сапогов полицейского подкрепления. Оглушённые, пострадавшие от неаккуратно использованного собственного оружия повстанцы, покачиваясь, отступали через тайный ход. Они выиграли битву, однако пламя настоящего противостояния лишь начало разгораться — и эта стычка являлась всего лишь одной из множества искр.

В столице Северного королевства десятки таких огоньков вспыхивали, гасли, а иногда перерастали в полноценное пламя. Кто-то пылал яростью и возмущением на предателей, будь то «решившиеся на покушения прихвостни Империи» или «нарушившие все договорённости и устроившие масштабную провокацию жадные ублюдки из нового правительства». Кто-то горел верой в свою правоту и надеждой на будущее, кто-то искал — и находил! — следы агентуры конкурентов, кто-то грезил о «новом мире».

А кто-то всеми силами пытался погасить начинающийся пожар и от всей души проклинал посеявших его искры идиотов…