Драконья академия. Ведьма (не) против целителя (СИ) - Райт Дамина - Страница 40

— Что вы на это скажете, Эйнеке из рода Ари? — судя по льдистому взгляду Имралы, она ждала, когда подтвердится сказанное нами, и в таком случае, Эйнеке ничего хорошего не ждало. Я успела снять с её рук антимагические оковы, но бежать негодяйке было уже поздно.

— Они всё лгут! — обреченно выпалила она.

Имрала вздохнула, выпрямляясь в своём кресле.

— Ну что ж, скоро выясним, кто лжёт, а кто нет. Я один раз предупреждала вас, Эйнеке из рода Ари, но, похоже, вы решили последовать за своей сестрой. Вы даёте мне разрешение расспросить вас, одновременно проверяя вашу голову?

Загнанная в угол Эйнеке была вынуждена согласиться. Она понимала, к чему это приведёт, однако надеялась, что Имрала покопается и в моих мыслях, а там вылезут тёмные и злобные планы. Всё, что приписывала мне Ари. После чего из академии исключат нас обеих.

— Кэр, ничего не опасайтесь, — шёпотом сказал мне Альтен после того, как супруга альгахри закончила расспрашивать Эйнеке и выжидательно посмотрела на нас. — Я рядом, и с самой первой встречи готов был помочь, что бы я тогда ни болтал, — он ободряюще сжал мою руку, а не будь мы в кабинете Ваэльс-Имралы, то обменялись бы поцелуями.

— Вы всегда были и останетесь моим светлым хранителем, — и я улыбнулась ему.

Глава 13

— Значит, это и есть твой зелёный дракон, хозяйка?

Это были первые слова, которые мы с Альтеном услышали от Замка-Артефакта, приземлившись неподалёку от него и приняв человеческую форму. На пороге открытой двери стояла мышь-смотрительница, и я помахала ей рукой, обрадованная: похоже, ничего страшного за моё отсутствие не произошло. Сейчас я увижу дядю, поговорю с ним, и он мне всё объяснит…

— Я и есть, — Альтен поклонился с некоей шутливой торжественностью. — Приветствую тебя, знаменитый Замок-Артефакт.

— Заходи, заходи, — услышав такое любезное приветствие, Замок, до сих пор недовольный — это явственно сквозило в его голосе, — смягчился. — Рад видеть, что вы с хозяйкой вместе!

Я рассмеялась:

— А уж как мы с Альтеном рады!

Но моё веселье мгновенно исчезло, когда Эллейн, которую я взяла на руки и приласкала, сообщила:

— Ваш дядя ушёл через картину, сказав, что вернётся нескоро. Мы пытались разузнать, куда он направляется, но ответа не получили, госпожа Кэрхильд. А ещё он взял с собой формулы управления демонами…

— Что?! Неужели собирается применять их на ком-то?!

— …И оставил вам письмо.

Я заторопилась внутрь Замка с мышью на руках, Альтен быстрыми шагами следовал за мной.

— Почему вы его не остановили?!

— Дааль сказал, что он не планировал трогать твоего возлюбленного, — раздался надо мной голос Замка, — даже поклялся в этом. Уверял, что не задумал ничего дурного. С чего бы мы стали его останавливать? Ну, забрал он свои пергаменты и ушёл, это преступление, что ли?

На это отозвался Альтен:

— Когда свершится преступление, будет уже поздно, уважаемый Замок.

Артефакт не стал отвечать, а мы взбежали по лестнице вверх и устремились в мастерскую, где стояли картины. Если дядя скрылся через портал, то достаточно будет приложить ключ к нужному полотну, и мы с Альтеном тоже пройдём. Впрочем, в глубине души я подозревала, что не всё так просто.

— Здесь нет ключа! — спустив Эллейн на пол, я оглядела всю комнату. — Дядя и его с собой взял?

— Да, — мрачно откликнулся Замок, — тут я виноват. Не следил за каждым его движением, а когда заметил, было уже поздно. Вон картина, только видите, от неё остался пустой холст в раме! Дааль сделал картину одноразовым порталом.

Я потрогала холст и вдруг вспомнила кое-что ещё.

— Дяде же запретили летать где-либо, кроме владений Хэг и окрестностей нашего Замка! А в замок своего рода он с этими формулами не сунется! Ну, что ж такое, зачем он всё это делает?!

Альтен обнял меня, поглаживая и целуя в висок; вполголоса произнёс:

— Мы найдём его, Кэрхильд, или хотя бы попробуем найти. Нужна подсказка…

— А письмо? — Не в силах успокоиться, я освободилась из его объятий. — Он же оставил письмо! Эллейн!

Мышь исчезла и вскоре появилась со свитком пергамента в лапках. Он был запечатан.

— Держите, Кэр, а я скоро приду, — Альтен взял у иллюзии письмо и протянул мне. Сам же с позволения Замка пошёл осматривать комнаты, а в особенности — Синюю Библиотеку. Чутьё дракона из альга Вайридерис и правда могло натолкнуть его на какую-нибудь подсказку.

Я вскрыла печать антимагией и, держа письмо трясущимися руками, нажала на заглавную букву. Послание зазвучало на секретном языке:

«Кэрхильд, моя милая девочка!

Я знаю, что ты ещё вернёшься, и не только за своей сумкой. И хотел сказать тебе то, что не успел: я не стал бы напускать демонов на Дейр-Альтена. Видишь ли, его смерть не избавила бы тебя от боли. Наоборот, ты ожесточилась бы ещё сильнее. Не забывай о своём тёмном даре! Он побудил бы тебя искать утешение в мести.

Мне хорошо известно, каково это. Когда-то я сам любил драконессу, которая была в паре с другим драконом. И когда она умерла, то унесла частицу моей души с собой. Со временем боль притупилась, а сейчас её, кажется, и вовсе нет. Но с тех пор прошло сорок пять лет. Почти полвека. Я не допустил бы и мысли о том, что ты, Кэрхильд, испытаешь то же самое! Ты слишком дорога мне.

Я уверен, что и Альтен страдает от боли в сердце. И если у него хватит решимости отказаться от брака с Тимнией, всё будет хорошо. В любом случае, я узнаю об этом. Напрасно я на тебя налетел, нужно было сначала всё объяснить! Сам виноват. Нельзя поддаваться эмоциям. И я не должен был лезть в твои мысли. Надеюсь, ты простишь меня за это…

Удачи, Кэрхильд. Не жди меня, я долго не вернусь. Увы, не могу рассказать тебе насчёт формул, всё это слишком опасно. Но что бы ни случилось, что бы ты плохого ни услышала обо мне в будущем, помни, что я люблю тебя от всего сердца, как любил бы родную дочь. И всегда на твоей стороне».

Внизу письма было добавлено на драконьем языке:

«Передаю Замку-Артефакту, его дочери-Библиотеке и мыши-смотрительнице своё почтение».

— Ну, хоть не забыл о нас, — проворчал Замок, а Эллейн грустно пискнула.

Когда мой целитель вернулся, я сидела за столом, перечитывая письмо дяди и перебирая в памяти самые дорогие воспоминания о нём. От слёз я почти ничего не видела перед собой, и в ответ на встревоженное: «Что? Что такое, Кэр?» сдавленным голосом отозвалась:

— Я не была магическим экспериментом. Магическим экспериментам такие письма не пишут.

Как выяснилось, подсказок Альтен не нашёл. Синяя Библиотека сообщила, что даже перо чёрного руха, ценное свидетельство, которое Ания отдала дяде, куда-то пропало. Мой дракон сел рядом со мной за стол, выслушал письмо и перевод его с секретного языка. Успокаивающе сжал мою руку, поцелуями осушил слёзы.

— Дядя как будто прощается со мной, — грустно сказала я, и Альтен кивнул:

— Что-то неладно, но я не могу определить, исходит ли опасность от вашего дяди, или она подкрадывается к нему самому. Вы знаете, Кэр, я развивал свои умения, как мог, ещё до того, как поступить в академию. Но всё же я не провидец, как мой благородный дед…

Я вздрогнула и устремила на собеседника полный надежды взгляд:

— А что, если мы напишем вашему деду, Альтен? Спросим… видит ли он в грядущем какую-то опасность? Но, конечно, про формулы говорить не станем!

— Вы уверены, Кэр? — Альтен серьёзно и даже строго посмотрел на меня. — Согласитесь, ситуация более чем подозрительная. Да, благородный Хэг-Дааль искренне любит вас, — кажется, он использовал слово «благородный» лишь из уважения ко мне, — это чувствуется по его письму, по его голосу. Но… Он пропал, у него в руках формулы управления демонами, и он по-настоящему опасен. Кэр… Если мой дед скажет о видениях, в которых Дааль из рода Хэг призовет нечисть, и от его действий пострадают невинные люди или драконы… Вы освободите меня от данной вам клятвы, — эти слова не были вопросом, они прозвучали утверждением.