Крик горностая - Кретова Варвара - Страница 10

– Мое почтение.

Склонившись, он дотронулся кончиками пальцев до ладони Аделии и поднес к губам, галантно припав к руке. Анна развела руки:

– Вот в этом весь Тигран, только видит хорошенькую девушку, сразу включает ловеласа…

Игорь, наблюдавший за сценой с порога спальни, громко рассмеялся:

– Хорошенькая девушка давно и прочно замужем за весьма ревнивым товарищем. Так что осторожнее, Тигран… – он протянул руку и вопросительно посмотрел на брюнета в ожидании отчества.

Тот поднял взгляд, протестующе тряхнул головой:

– Просто «Тигран», никаких отчеств. Иначе я совсем себя старцем начну чувствовать… – Пожав протянутую детективом руку, снова повернулся к Аделии, посмотрел снизу-вверх: – В самом деле?

– В самом деле замужем или в самом деле за ревнивцем? – Аделия убрала руку в карман. Внимание брюнета показалось навязчивым и немного бестактным.

Тигран пожал плечами, в одно мгновение почувствовав, что зашел на опасную территорию. Отстранился и заговорил уже более официально:

– Что ж, если я не вовремя, то поеду домой.

Анна вопросительно посмотрела на Игоря и Аделию. Романыч заторопился:

– Нет-нет, мы уже уходим. Подхватив одежду с вешалки, он заторопился к выходу. Его напарник к этому моменту уже упаковал оборудование, смотал шнуры и проволоку, застегнул сумку. Отреагировав на знак начальника, с готовностью защелкнул чемоданчик и выпрямился. Аделия протянула Анне руку:

– До встречи.

Анна кивнула:

– Надеюсь, все получится.

Глава 6. Откровенный разговор

Когда гости скрылись за дверью и Анна закрыла ее на ключ, Тигран спросил:

– Не хочешь рассказать, что тут происходит?

Он выглядел озадаченно.

– Произошло, – Анна направилась в кухню, ловко обойдя мужчину и не коснувшись его. – Я наняла детективов… Чай будешь? Еще теплый…

Молодая женщина прошла к столу, задумчиво погладила фарфоровый бок заварочного чайника.

– Зачем? – Тигран проследовал за ней и замер на пороге.

Женщина с недоумением оглянулась на него.

– Что зачем? Чай пить зачем?

Тигран помрачнел. Темные, как чернослив, глаза стали холодными и злыми:

– Не делай из меня дурака. Я не о чае, а о детективах. Зачем ты наняла этих?

– Потому что есть мнение, что кто-то хочет свести меня с ума. Я надеюсь выяснить, так ли это. И если так, то кто мой враг.

Она разлила ароматный напиток по кружкам, села за стол. Тигран все это время смотрел на нее так, будто только что увидел.

– Свести с ума? Тебя? – повторил. – С какой стати?

Анна подняла на него взгляд. В нем, словно мелкий предновогодний снег, оседало нечто колкое:

– С той стати, что кто-то же приходит ко мне в образе Ильи, а призраков не бывает – это все знают.

Мужчина фыркнул. Пройдя к столу, оседлал табурет. Придвинул к себе чашку и отпил – чашка выглядела хрупкой и неуместной в его руках. Долго молчал, будто переваривая услышанное. Пожал плечами.

– Не знаю, Ани.

Когда они были вдвоем, он часто называл ее «Ани». От этого становилось тепло на душе, будто приходил к тебе ласковый котенок, укладывался на грудь и урчал, щуря глазки и играя золотистой шерсткой. Это обращение сохранилось из тех далеких времен, когда Анна была счастлива, юна и мечтала о большом и настоящем чувстве. Тогда в ее жизни все было «еще впереди». Сейчас от обращения Тиграна горчило: несбывшимися надеждами, несложившимся счастьем, упущенными возможностями.

– Не знаю, Ани, – голос Тиграна вернул ее в реальность, в небольшую, но уютную и обставленную по последнему слову техники кухню, под желтый абажур итальянского производства. – Я боюсь, что ты себя загоняешь. Я понимаю, тебе тяжело. Илья… Он рядом с тобой и… наверняка ему очень больно видеть, что ты с собой делаешь.

Он положил свою руку поверх руки Анны, легонько сжал. Анна наблюдала, как смуглые мужские пальцы чуть поглаживают кожу на ее запястье.

– А что я с собой делаю? – женщина перевела взгляд на Тиграна, посмотрела с вызовом.

– Медленно себя убиваешь.

Анна высвободила руки и, устало проведя по волосам, вздохнула. Тигран откашлялся, почувствовав, что затронул слишком болезненное.

– Ладно, я понял, мне не стоит в это соваться. Как скажешь, – он примирительно поднял руки. – Ты взрослая девочка, я это слышал не раз, так что, в самом деле, наверное, лезу не в свое дело и выгляжу весьма навязчиво… Так зачем приезжали детективы? Вернее – что сделали?

Он сделал большой глоток чая. Повернулся, чтобы достать из холодильника хлеб и колбасу. Привстав, потянул за ручку верхний ящик стола, достал из него нож. Толкнул указательным пальцем, чтобы закрылась. Он действовал уверенно – знал, что где находится, чувствовал себя своим. Да он и был своим. С чего Анна взбеленилась, она и сама не понимала. Но иногда на нее находило. Может, причиной тому – ее стервозность и мягкий, безотказный нрав Тиграна. А может – его давняя в нее влюбленность. Конечно, она переросла в дружбу, но то и дело провоцировала Анну «проверять красные линии».

– Установили камеры, – Анна, наблюдая за тем, как Тигран нарезает колбасу и укладывает толстые кружки на хлеб, неопределенно показала за дверь, в коридор, – в холле, в зале, на выходе из спальни.

Тигран присвистнул:

– Ничего себе, серьезные ребята… – он вернулся к своей чашке и одним глотком допил чай, почти остывший и нестерпимо приторный. Откусил бутерброд. – Не боишься, что сольют персональные данные или твои интимные фотки?

Поймав удивление в глазах подруги, хохотнул:

– Нет, а что? Мало ли какие прохвосты окажутся. Может, скажешь их координаты, я проверю контору?

– Я уже все проверила, – отрезала Анна. – Не надо никого проверять и глупости говорить, Тигран… – Она вздохнула, покрутила в руках кружку с уже остывшим чаем. – Не сердись, мне твоя веселость кажется неуместной.

Мужчина прищурился:

– А кто тебе сказал, что я веселюсь? – Он поставил локти на стол. – Я пытаюсь немного расшевелить тебя, это правда. Потому что мне страшно оставлять тебя в таком состоянии, а ты не захочешь, чтобы я остался у тебя на ночь, верно?

– Конечно…

– Ну вот… – Он отправил последний бутерброд в рот. – Ладно, я поеду, Карен опять будет орать, что я не проконтролировал отгрузки.

Анна была рада перевести разговор на другую тему:

– По-моему, он к тебе цепляется.

Тигран отмахнулся:

– Да ну его… В какой-то степени я могу его понять – отец на него давит, постоянно и во всем контролирует. Тут у кого угодно нервы начнут сдавать…

Он виновато улыбнулся. Взяв руку Анны в свою, поднес к губам, подарив легкий, как дуновение весеннего ветра, поцелуй. Анна улыбнулась: с Кареном, братом Тиграна, у них давняя вражда, в которую Анна устала вникать, а к небрежному отношению к семейным конфликтам старого друга уже привыкла:

– Когда же ты это прекратишь?

– Что именно?

– Быть таким завидным кавалером.

Тигран выпрямился, в глазах на мгновение мелькнула грусть, уступив место привычной теплоте южной ночи.

– Мне нравится, что ты все еще думаешь обо мне, как о кавалере, а не как о старом Казанове. Проводишь меня?

Анна кивнула, поднимаясь. Уже в дверях Тигран обернулся:

– А эти, детективы твои, они будут под окнами караулить?

Женщина пожала плечами:

– Не знаю, Тигран. Думаю, что да.

Мужчина удивился:

– Зачем?

– Ты опять начинаешь?

– Слушай, это все может быть вытягиванием денег, ты не находишь? – он сердился, крылья носа затрепетали, взгляд стал колючим. – Я понимаю, что ты сейчас опять скажешь, что я лезу не в свое дело. Но я твой друг и обещал Илье за тобой приглядывать. А это все, – он сделал выразительный широкий жест, окинув всю обстановку и предположительные места установки камер наблюдения, – похоже на какое-то мошенничество. Нашли женщину в состоянии душевного волнения, накрутили ее, убедили, что ее окружают враги, а теперь будут выкачивать из тебе деньги: на камеры, за дежурства под окнами… Ты думаешь, это все дешево?