Рассвет страсти - Холлидей Сильвия - Страница 65

Однако Аллегру это волновало меньше всего. Одежда рано или поздно высохнет сама по себе. И она со страхом спросила:

– А как нас найдут?

– Для начала они обшарят то место, где мы свалились за борт, – ласково обнимая ее за плечи, сказал Грей. – Потом осмотрят окрестности. Джагат Рам видел меня минут за пять до падения. И я не сомневаюсь, что он убедит капитана Смита вернуться назад, чтобы искать нас. И потом, насколько мне известно, где-то поблизости должна находиться деревня. Мы с Эллсмером взберемся на скалы и осмотримся.

– Я пойду с вами, – заявила она.

– Без туфель ты никуда не уйдешь. – Он взглянул на ее ноги в одних чулках.

– Да, но…

– Может, хватит упрямиться? – взорвался Грей. – Ты и шагу ступить не успеешь, как поранишься на скалах. Безмозглое создание!

Аллегра оскорбленно уставилась на Грея. Может, он научился быть трезвым, зато определенно не научился хорошим манерам!

– Спокойнее, Ридли, – вмешался Уикхэм. – Не будьте чересчур строгим с леди. – И он улыбнулся Аллегре: – Неподалеку отсюда я видел пещеру. Там по крайней мере сухо. И не так дует ветер. – Том протянул ей коробку с огнивом: – А если вам удастся раздобыть хоть пару веток…

Она долго следила, как мужчины карабкаются на скалы, стараясь высмотреть путь к вершине, потом двинулась вдоль берега к открытой Уикхэмом пещере. Она оказалась совсем маленькой, не больше десяти футов в глубину. Наверное, Грею придется наклониться, если он захочет войти внутрь. Стены были довольно неровные, а в дальнем углу угадывалась глубокая расселина.

Аллегра хотела было поскорее сорвать с себя мокрое ледяное платье, но передумала. Все-таки под тканью, пусть и мокрой, задержится хотя бы немного тепла. А если снять нижнюю юбку, то и платье высохнет чуть-чуть быстрее. Девушка так и сделала, после чего Постаралась расположиться на песчаном полу как можно удобнее. Слава Богу, здесь по крайней мере было сухо, и от одной этой мысли становилось теплее. Она прислонилась спиной к скале и вздохнула, стараясь не думать о том, что не успела сегодня ни позавтракать, ни пообедать. И сидит здесь одна-одинешенька, голодная, холодная, да вдобавок мокрая. Пожалуй, стоило попытаться заснуть до прихода мужчин.

Внезапно Аллегра выпрямилась. Да что с ней сегодня на самом деле?! Вот же, у входа в пещеру, торчит тощий пучок тростника. А она пялится на него без толку уже четверть часа! Пусть тощий – зато сухой. Вот и еще пучок – у задней стенки! Если постараться и набрать охапку – можно развести костер. Чуть подальше, у кромки воды, валялся плавник. Он, конечно, мокрый, но займется, если положить его в пламя.

Аллегра вскочила. На берегу могут быть и другие пещеры, такие же сухие. И она направилась к задней стене, чтобы сорвать росший там тростник. Здесь было совсем темно. Девушка долго щурилась, прежде чем различила за расселиной коридор примерно пяти футов в поперечнике. В его конце откуда-то сочился дневной свет. Значит, есть еще один выход, на скалы? Ей везло все больше и больше. Ведь там запросто можно найти еще тростник, а то и пару кустов камнеломки, не вымоченных дождем. Придерживаясь рукой за стену, Аллегра бросилась вперед, в глубь коридора.

Вот уж воистину везение: через несколько шагов она пребольно ушибла босую ногу о камень. Пришлось наклониться, шипя от боли, чтобы скинуть проклятый булыжник с дороги. Боже милостивый! Испуганно вскричав, Аллегра ошалело замигала, не веря своим глазам. Ибо не далее как в шаге от нее пол коридора исчезал. Его не было – и все. Трясущимися руками бедняжка ощупала трещину, пересекавшую туннель от стены до стены. Она кинула туда камень и с похолодевшим от ужаса сердцем услышала наконец всплеск воды – очень, очень далеко.

Ну и местечко! Хватит, дальше она не сделает и шагу без факела! Незадачливая разведчица вернулась во внешнюю пещеру, больше не желая осваивать территорию в одиночку, без мужчин. К счастью, ждать пришлось недолго. Послышались крики, стук камней, и Аллегра поспешила выскочить навстречу. Неподалеку на песке растянулся Уикхэм, вокруг которого валялись ветки и сучья; Его штаны стали белыми от ползания по скалам, а руки и колени были сплошь исцарапаны. Через минуту над ним возник Грей. Он сердито уставился на своего спутника с высоты утеса, сжимая еще одну охапку дров. Не спеша, палку за палкой, он побросал сучья на песок. А потом ловко спустился и встал рядом с Уикхэмом.

– Ну надо же быть таким дураком! – возмутился Ридли. – Почему ты не сбросил сначала сучья?

Уикхэм обезоруживающе улыбнулся и потер саднившие руки:

– В детстве, бывало, не проходило и дня, чтобы я вернулся домой без единой царапины. – Он встал на четвереньки и попытался выпрямиться, но с болезненной гримасой произнес: – А эту вот ногу я подворачивал никак не реже раза в месяц.

– Черт побери, парень, ты хоть идти-то сможешь?

– Не сказать, чтобы я совсем не мог, но… – Уикхэм осторожно сделал шаг и пожал плечами: – Нет, лучше все же переждать день-другой. Так всегда приходилось делать.

Опираясь на Грея, Том кое-как доковылял до пещеры и рухнул на песок. Из кармана молодой человек достал скомканный галстук.

– Вот, леди Макуорт, – промолвил он, протянув узелок Аллегре. – Думаю, вас это порадует.

В свертке оказалась пригоршня крыжовника да пара каких-то сморщенных фруктов, скорее всего диких яблок, уже тронутых первыми заморозками.

Аллегра удивилась:

– Вы так добры! А вам самому что-то осталось?

– Мы с Ридли можем потерпеть. У меня есть идея насчет ужина.

– Ужина?.. – Она хмуро глянула на Грея. – Что это значит? Мы застряли надолго?

– Без обуви ты не уйдешь далеко. Да к тому же Эллсмер, судя по всему, не уйдет теперь вообще никуда! Тем более что из-за тумана мы ничего не увидели даже с вершины гребня. Придется залезть туда снова, как только туман рассеется.

– Прошу. – Аллегра протянула мужчинам добычу Уикхэма. – Все равно одна я есть не стану. Я возьму крыжовник. А вы поделите остальное. – И хотя мужчины никак не хотели соглашаться, ей удалось настоять на своем: – Мы теперь товарищи по несчастью. А что до привычки переносить голод, уверяю вас, она у меня гораздо сильнее.

Все трое не спеша прожевали свою долю, наслаждаясь каждой крошкой еды. От яблок не осталось ничего – даже черешков, а Аллегра мигом расправилась с крыжовником.

– Вот это был обед! – Уикхэм, как всегда, не терял чувства юмора. – Ну а сейчас, леди Макуорт, позвольте мне воздать сторицей за вашу доброту. – Он мигом расшнуровал ботинки и протянул их Аллегре: – Пока не заживет моя нога, вряд ли мне понадобится обувь.

Она поперхнулась, ошарашенная этим широким жестом.

– Но они… они немного велики… – пробормотала Аллегра.

– Не страшно. – Том разорвал на полосы галстук и протянул ей импровизированные шнурки: – Вот, подвяжите их к ногам. Далеко в них, конечно, не уйдешь, но зато вы не поранитесь о скалы.

– А ваш… ваш галстук… – Она все еще не желала смириться с бескорыстной добротой человека, которого поклялась ненавидеть до конца дней.

– Из него я все равно собирался сделать пращу.

Пожимая плечами, Том отодрал от галстука еще кусок.

– Пращу?!

– Одно из немногих доступных мне искусств. Вы, наверное, заметили, что жизнь на физическом уровне представляет для меня череду испытаний?

С трудом удержавшись от улыбки, Аллегра переглянулась с Греем. Господь свидетель, этот малый сказал чистую правду!

– Улыбайтесь, улыбайтесь, я к этому привык, – проницательно заметил Уикхэм. – Тем не менее я мастерски управляюсь с пращой. Моя матушка – достойная и мудрая женщина – научила меня этому еще в детстве.

– А что же станет для вас целью?

– Кажется, я уже говорил, что часто бывал в Ярмуте ребенком. Я знаю о совершенно удивительном явлении природы, случавшемся именно здесь и именно в это время года. Как раз когда начинают свой зимний перелет все ласточки, проводившие лето в Англии. Они сбиваются в огромные стаи на морских берегах, откуда летят в Голландию и дальше, в теплые страны. Ни одной живой душе неведомо, отчего им так милы здешние скалы. Наверное, это одно из многих непостижимых загадок Творца. Но если с моря дует сильный ветер – вот как сейчас, – они бывают вынуждены дожидаться его смены или хотя бы затишья, ибо используют для облегчения полета движение воздушных струй. Пока мы с Ридли ходили на разведку, заметили огромные стаи там, наверху, на скалах. Ближе к вечеру их соберется еще больше, и если умело выбрать место для засады и вспомнить то, чему учила меня матушка, мы можем считать себя обеспеченными превосходным ужином! – И он храбро захромал вдоль берега, наполняя карманы подходящего размера камнями.