"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 1259

Всадник поднялся, небрежно стряхнув штукатурку с черного рукава. Костлявый палец указал на Агареса.

– Здесь нет люков. Вам все равно не уйти.

– На улицу, бегом! – благим матом заорал демон.

Он снова дернул Ольгу за руку, и та беззвучно повиновалась – как кукла.

Смерть, однако, влегкую разгадала его маневр – взвившись к торчащим проводам, она опустилась у выхода из фойе, стремительно спикировав на манер ястреба. Пол сплошняком заплели ветви терновника – потолок шевелился, наливаясь гнилой кровью и жирными тельцами тысяч могильных червей.

Демон отступил назад, затравленно оглядываясь… бежать было некуда. Краем глаза он заметил: Аваддон, отпустив Полину, рванул из-за пояса «серп скорби», от рукояти вспышками сыпались голубые искры.

«Вот идиот-то, – с сочувствием подумал Агарес. – Это ж Смерть. Ну, получится ее жестоко порезать, лужа гноя, конечно, натечет. Но она не убивается. Смерть не может прийти за самой собой: в этом вся проблема».

– И дана ему власть, – улыбнулась Смерть. – Умерщвлять мечом и голодом.

Аваддон, однако, не стал на нее нападать – он метнулся в дверной проем – туда, откуда только что выбежал демон. Спустя долю секунды из кабинета послышался стук копыт.

Смерть глупо открыла рот, зависнув в десяти метрах от Агареса.

– Только двинься, – спокойно сообщил ангел. – И мерину – кранты.

Он держал под уздцы коня бледного.

Тот, покорно вытягивая костлявую шею, хрустел колючками – с безысходностью жертвы на бойне. Под горло коня было аккуратно подставлено лезвие «серпа скорби».

– Я отрежу ему голову, – честно предупредил Аваддон.

– И что? – осторожно осведомилась Смерть. Она не умела быстро разрешать критические ситуации. Люди всегда доставались Смерти покорными и никогда с нею не боролись. С этими же двумя следовало держать ухо востро: они не скупились на сюрпризы.

– А увидишь, – с прежним спокойствием заявил ангел. – Ты у нас всадник Апокалипсиса или кто? Я знаю, ты не очень любишь эту лошадь. Но, по плану, в финале Страшного Суда четверо всадников должны встретиться. И что же – трое будут верхом, а ты один – грустный пешеход с косой? Ах, прости, у тебя меч. Так вот, пешеходов Апокалипсиса в Откровении не предусмотрено, и даже не знаю, как ты выпутаешься. Конь бледный в единственном экземпляре, замену тебе никто не предоставит. Подумай об этом как следует.

Нити крови на потолке застыли, налившись льдом, – вестибюль покрыли морозные узоры, сверху, вытягиваясь, повисли прозрачные сосульки. Смерть и верно пыталась думать, но это не получалось. Она вообще отвыкла принимать серьезные решения. Войны и эпидемии XXI века разбаловали ее – как охотника, которому лесная дичь сама наперебой лезет в рот.

Всадник опустил голову, мрачное лицо ушло в тень капюшона.

– Если тронешь лошадь, я убью ее. – Рукав указал на дрожащую Полину.

– Да ради Бога, – равнодушно кивает Аваддон, не обращая внимания на удар тока, потрясший Агареса. – Вопервых, я знаю даму лишь час, а во-вторых, очевидно – эту красотку на Страшном Суде все равно скоро будут судить за блядство. Так тебе охота остаться без мерина? Никаких проблем, но ты, между прочим, за него еще и материально ответственен. Хорошо, что ты сразу узнал «серп скорби», – существа, имеющие отношение к загробному миру, должным образом учат матчасть, особенно про оружие, что отправляет в Небытие. Отпусти нас и через час снова начинай охоту. Я привяжу лошадь в центре города. Клянусь Господом! (Тихий стон из угла).

Смерть колебалась. Отпускать дичь, запертую в бетонной ловушке, было не в ее правилах. Однако лошадь в Апокалипсис действительно нужна, а уйти этим двоим и верно некуда – пространство для маневра ограничено одним городом. И хотя в Москве даже соседи не встречаются годами, она уверена, что найдет их. Только тогда Смерть уже будет умнее – либо оставит коня позади, либо нападет внезапно, без театральных эффектов. Всаднику и самому было неудобно признаться, насколько он любит буффонаду и шоу-постановки. Это только с виду его балахон – мрачное, оборванное одеяние, а на самом-то деле он его сорок лет продумывал, ниточки, где надо, специально зубами трепал. Даже специальный одеколон «Морталь», чьей эссенцией надушено одеяние, не всякий с кондачка изобретет. Сок могильных червей, плесень рук скелетов, прах сожженных инквизицией еретиков, загустевшая кровь казненных, плюс аромат чумных крыс… Стрезву сложно и представить себе этот букет.

– У меня на вас заказ, – неуверенно прошелестела Смерть.

– Смени пластинку, – посоветовал ангел. – Кто-то использует тебя в своих личных интересах, как мальчика. Но ты такой идиот, что даже не в состоянии об этом задуматься. Посмотри на меня. Мысль не приходит в череп? Я же спокойно упоминаю имя Господне (треск в углу помещения и тихий мат), значит, я не падший ангел. Но нет, ты ухватился за работу с восторгом узбекского гастарбайтера – потому что люди больше не умирают. Я найду того, кто послал тебя, и вам обоим не поздоровится, обещаю. А теперь – отойди назад. Назад, я сказал!

Смерть неохотно повиновалась.

Аваддон, обняв шею лошади, как стан подруги, медленно двинулся к выходу. Он пятился спиной, глядя на Смерть. Полина, а за ней демон Агарес и Ольга также пошли на выход – осторожными, мелкими шагами.

Всадник не сводил с них глаз – с потолка сыпались черви, лестницы между этажами обратились в груды разложившихся мертвых тел. Запах «Морталя» чувствовался и на улице.

Под жадными взглядами людоедов, сидящих вокруг костров, Агарес любезно помог Ольге натянуть лиф платья – обратно на обнаженную грудь – и сам облачился в футболку с логотипом Demonlord.

Аваддон продолжал смотреть на подъезд, но Смерть не делала никаких попыток выйти.

Приблизившись к ангелу, Полина от души залепила ему сочную оплеуху.

– Мудак с крыльями, – заявила она. – Значит, меня надо судить за блядство?

На черной щеке Аваддона выступили белые отпечатки пальцев.

Демон ехидно хихикнул и несколько раз хлопнул в ладоши, выражая восторг.

– Ох, не успел маску надеть, – пожалел ангел. – Женщины – прелесть. Да, вот эту фразу ты запомнила. А то, что я тебя спас от Смерти, – нет? Это ж четвертый всадник Апокалипсиса, девочка. Нас сожрет и вас не пожалеет.

– Тебя сюда в гости не звали! – отрезала Полина и отвернулась.

Агарес между тем сосредоточенно отвязывал верблюда. Подойдя сзади, Ольга погладила демона по белым волосам – бережно, чисто по-женски.

– Спасибо, – прошептала она, целуя его в затылок.

– Не за что, – не оборачиваясь, ответил тот.

Подтянувшись, демон деловито вспрыгнул на спину верблюду и разместился между двух горбов.

Аваддон забрался в седло коня бледного. Лошадь издала тихое ржание – за неимением крови и шипов, она жевала стебельки травы. Татуированные людоеды с удивлением рассматривали странное животное, представляя, каково оно на вкус.

Ольга похлопала верблюда по боку. Запрокинув голову, она смотрела на Агареса снизу вверх, и в ее расширенных зрачках играли отблески огня. Девушка выглядела очень серьезной.

– Ты еще вернешься? – спросила она.

– Не обещаю, – честно ответил демон.

Махнув ей рукой, он направил верблюда вдоль черной улицы, тротуар освещали всполохи огня.

Рядом скакал Аваддон – точнее, плыл над асфальтом. В воздухе крутились огненные искры. Конь бледный оказался настоящей находкой – он не пугался лавы и легко перепрыгивал через проломы в стенах, преодолевая холмы обгоревших развалин.

Всадники уже отскакали на приличное расстояние, когда ангел смерил демона взглядом.

– Говорил же тебе, – плюнул Аваддон. – Будут проблемы, так нет, демону только девочек за сиськи подержать. И я, как дурак, на твои разводки повелся. Хорошо еще, что сообразил взять мерина в заложники. И давай не отпирайся: дескать, ты ей грудной массажик делал, пытаясь в чувство привести.

Агарес натянул поводья верблюда. Аваддону тоже пришлось остановиться.