"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 1258

– О, пожелания у него были весьма конкретные, – расхохотался князь тьмы. – Ялтабаот вежливо интересовался способом, которым меня можно убить. Зачитал выдержки из Апокалипсиса (да я их наизусть уже знаю!) – «Дьявол, Зверь и Лжепророк будут брошены в озеро огненное и мучиться там во веки веков», то есть бесконечно. Этот добрый самаритянин любезно согласился положить конец моим мучениям, если только я открою секрет своей смерти.

Паук подавился собственным ядом. Если бы не Апокалипсис, он бы точно умер, однако тарантул испытал лишь неприятные минуты интоксикации.

– Ага, – ехидно заметил он, сплюнув яд. – Возрадуемся, дорогой папа. Значит, способ умертвить вас они не нашли… и этим расписались в своем бессилии!

Дьявол торжествующе забарабанил хвостом о вазу.

– Да это мне с самого начала было ясно, – цинично усмехнулся князь тьмы. – Если меня даже Бог не может убить, почему у него-то это получится? Я сам не знаю, как умереть. Видишь, даже конец света и тот не дает мне смерти. Лестно осознавать, что зло не умирает никогда, но были, были такие периоды – я малодушно подумывал о самоубийстве. Как же они надоели, эти тупые грешники, ты даже не представляешь! И ладно еще, когда Адские Врата принимают убийц, насильников, воров и других приличных людей. Но в последние полста лет гламур валом повалил – куча богемы снюхалась от «кокса». А что ты так на меня смотришь? Да, и зло подвержено депрессии, оно изначально мрачное. Но оказалось, что убить себя я не могу. Вскоре после воскрешения Иисус спустился в Ад, все там разрушил, Адама и Еву с собой забрал. Приезжаю из отпуска, и что я вижу? Прямо по стихам Державина – где стол был яств, там гроб стоит. Котлы опрокинуты, костры потухли, реки из огня превратились в горький дым. То, что своими рогами строил, – все погибло. Себя не помню – вылез наверх, зашел в Гефсиманский сад, выпил чашу святой воды. И хоть бы что. Желудок только расстроил.

Тарантул облегченно вздохнул.

– Свинья сказала, что они предъявили Небесам ультиматум, для этого и забрали пиар-директора, – продолжил Люцифер. – Однако, как видишь, назад он не вернулся. В общем, заварушка там еще та. Не скрою, мне приятно – я считался полностью отыгранной картой, а теперь снова в центре внимания.

– И что вы будете делать дальше? – полюбопытствовал паук.

– Да ничего, – ответил Дьявол. – Тупо ждать, чем все это закончится.

…Свинья не сразу вернулась в зал. Она задержалась в коридоре, где с трудом справилась с приступом ярости, упершись лбом в мраморную стену. Убить, уничтожить, втоптать в грязь эту блядь с рогами! Выскочка! Тварь! Да кто он вообще такой?! Мировое зло много лет как поделило Землю на секторы, когда явился он и заграбастал все души под себя. Но нельзя показывать свою слабость этому щенку, считающему себя воплощением вселенского зла. Свинья – и есть настоящее зло еще из тех времен, когда Земля только была создана и у каждого из праотцов добра имелся свой двойник в мире тьмы, «злое зеркало»[523]. Хорошо, пусть Люцифер остается в заложниках. Свинья и без него справится. Утопит посланцев Небес в крови.

Существо с мордой Свиньи вошло в овальную комнату. Светящиеся во тьме глаза силуэтов были устремлены на него. Хель еле заметно кивнула – подбородком, задавая ему вопрос, ответ на который ждали здесь все.

– Фомори мертв, – глухо сказала Свинья. – Это был наш последний шанс. Только что я пытался говорить с рогатым – как и думалось, неудачно. Я готов для последнего средства. Принесите сюда, я сам стану орудием…

Силуэт с четками в виде черепов встал из-за стола. Коротким, гортанным голосом он отдал приказание.

Свинья поняла, что после ее ухода все надлежащим образом приготовились, ибо догадались – ЗАЧЕМ она ушла. Последнее средство УЖЕ находилось в соседней комнате.

Четыре фигуры в доспехах и железных масках, изображающих оскал льва, персидские «бессмертные» царя Дария, на своих плечах внесли в зал саркофаг из белого камня. Крышка была украшена скульптурой – змея свернулась на шее волка, и тот грыз ее хребет. Четверо стражей осторожно опустили саркофаг на пол и встали рядом, шатаясь, как пьяные. Через секунду они осыпались вниз пеплом, доспехи жалобно зазвенели.

Обладатель черепов поднял руки: крышка взлетела, разбившись об потолок и осыпав присутствующих градом мелких осколков.

– Возьми, – коротко сказало существо с четками Свинье и склонилось ниц.

Внутри саркофага что-то шевелилось и извивалось, подобно змее. Взглянув туда, Ялтабаот увидел ожидаемое – меч из метеорита, скованный старейшими демонами Земли. Каждый из них, в том числе и те, кто стоял сейчас с ним в овальной комнате, вложил в это оружие самое дорогое – часть своей души.

Темно-зеленое лезвие было живым – оно дергалось, вертелось, билось о каменные стенки саркофага, растекалось на капли, будто состояло из расплавленного металла. У рукояти меча высечены магические знаки, обозначавшие герб каждого из сделавших его богов. Там был и символ Ялтабаота… с клювом.

Он протянул открытую ладонь – лезвие скользнуло к нему, как собака за лакомством хозяина. Цветы в комнате пожухли, обвяли от сильнейшего радиоактивного излучения, испускаемого мечом, – метеорит вполне мог заменить собой небольшую атомную бомбу. Металл ласково обвил запястье Свиньи множеством браслетов, втиснулся в плоть так, что она стала белой, капли просачивались сквозь кожу, проникали в вены, дробили кости ладоней.

Закусив губу, Ялтабаот закричал.

Это был крик не только боли – разочарования, злобы и ненависти. И счастья – предвкушения последней битвы. Не было в нем только страха – но никто из силуэтов этого и не ждал.

Металл полностью впитался в правую руку Свиньи – они стали с мечом единым целым, живым организмом, один теперь не мог жить без другого. Пальцы вытянулись и сложились вместе, превратившись в плоское острие.

Он отвел руку в сторону, любуясь тем, во что она превратилась. Меч Душ. Тот, которым можно убить любого из этой комнаты, не говоря уж про демона с ангелом. Это реально последнее средство. Если владелец меча, в чье тело он влился, погибнет, то умрут и все присутствующие – отдавшие для его создания часть души. Теперь на кону последняя ставка тех древних богов, чьи могилы невольно вскрыл Апокалипсис…

Ялтабаот смотрел на силуэты и чувствовал благоговение. Они поклонились ему. Он поклонился им. По щеке хель скатилась слеза – из темной крови.

– Ты знаешь, где их искать? – спросила она, дыша трупной плесенью.

Он отрицательно покачал головой:

– Ангел и демон скоро сами придут сюда. Мы должны быть готовы.

…Морда Свиньи стала изменяться. Куски кожи и шерсти начали плавать, крутясь рядом друг с другом – возвращаясь к первоначальному облику.

Глава V

Конь бледный (Институт космических исследований)

Агарес смотрел на Смерть. Смерть смотрела на Агареса.

– Вашу мать, когда ж вы уже закончитесь… – с огорчением произнес демон.

Всадник улыбнулся ему – с четырех углов потолка на стены потоками полилась черная венозная кровь.

Схватив за руку обалдевшую Ольгу, Агарес потащил ее прочь из кабинета – бегом. У выхода он едва не сбил с ног Аваддона – в руке ангела был зажат потрепанный мобильник Полины.

– Двадцать минут? – скептическим тоном спросил Аваддон, оглядывая полуодетую девушку. – А ты успел… спринтер, можно сказать.

– Сваливаем! – кратко бросил Агарес, показав на дверной проем.

Аваддон уже и сам это понял – бетон оплела пульсирующая черная гниль, сквозь плиты пола пробились мертвые ветви с шипами. Смерть не шла – она летела к ним, едва касаясь поверхности.

Оценив обстановку, ангел опрокинул Полину на пол. Всадник пронесся прямо над ними, задев обоих полой балахона. Не успевая затормозить, Смерть врезалась головой в стену. Институт сотрясло взрывом – стена осыпалась пылью, исчезла.