Ревизор: возвращение в СССР 21 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 50

После Лубянки отправился в Верховный Совет, оставил записки для Межуева у помощницы Пархоменко и поднялся на четвёртый этаж к Воронцову, оставил ему второй экземпляр записок. Потом спустился в Комитет по миру и сообщил всем, что вышла статья в «Труде» по тому самому письму. Говорить, что у меня есть этот номер газеты, не стал, зная, что его тут же утащат под предлогом «посмотреть» и велики шансы, что я больше его не увижу.

К четырём часам меня ждут с лекцией на заводе «Юный техник» возле метро Курской. Ехать туда ещё рано. Решил заглянуть на Приборостроительный завод, узнать, что там с моими тростями. А то что-то Карнабеда не звонит.

От метро набрал из автомата Сатчана, предупредил, что статья про поисковые отряды вышла и объяснил, что сегодня форс-мажорная ситуация, не попадаю на автобазу, хоть пристрелите меня.

— Завтра с утра буду кровь из носу, — пообещал я, попрощался и поехал к Васе.

Карнабеда меня встретил радостным возгласом.

— А я уже думаю, куда ты пропал? — заявил он.

— В смысле? — поразился я. — Я звонка твоего жду, что всё готово.

— Я ж тебе сказал, там делать нечего, хоть на следующий день приходи.

— Правда? В одно ухо влетело, в другое вылетело, мозги не задело.

— Ну, бывает, — рассмеялся он. — Смотри!

Он достал из-под верстака готовые тросточки. Правда, металл не окрашен, но это дело десятое. Главное, что всё регулируется и даже ручку деревянную он придумал, как насадить, чтобы держалась.

— Ну, Вася! Ну, Кулибин! — похвалил я его и полез за кошельком.

— С тебя ещё чирик, — положил он передо мной папку. — Я тебя ждал, ждал и отнёс их в БРИЗ. Леонтич уже чертежи сделал, я с ним расплатился.

— Вот, спасибо! — не поверил я своему счастью. А то уже перед Фирдаусом неудобно. В выходные придёт на лекцию, как раз, и отдам.

Заплатил Карнабеде тридцатку, он мне столько времени сэкономил, и, счастливый, поехал на лекцию.

Глава 21

Москва. Пролетарский райком.

Получив от Ивлева сигнал о выходе статьи про поисковые отряды, Сатчан сразу достал свои собственные наброски в развитие этой темы и поспешил к Бортко через канцелярию, где взял сегодняшний номер «Труда».

— Михаил Жанович, разрешите? — влетел он к нему в кабинет. — Помните, я рассказывал вам, что прикидываю план мероприятий по поиску воинских захоронений Великой Отечественной? А сегодня в «Труде» статья про это вышла, взгляните! Это наш Ивлев написал. Мы с ним эту тему обсуждали…

Бортко по диагонали пробежал глазами статью.

— Дай-ка на твой план взглянуть, — взял он в руки несколько рукописных листов и принялся изучать. Через несколько минут сказал:

— Вот, видишь? Ты сам пишешь, что требуется координация работы разных ведомств. Вообще, вопрос-то важный, но это не на нашем с тобой уровне надо решать. Давай, я с Захаровым посоветуюсь. Может, подскажет, с чего начать. Отпечатай мне свои наброски… Газету тоже оставь.

— Хорошо, хорошо! Сейчас всё сделаю, — радостно пообещал Сатчан и выскочил из кабинета первого секретаря райкома партии.

Он был полон энтузиазма. Редко когда дело, которое приятно делать, имеет еще и серьезные карьерные перспективы…

Москва. Автобаза № 14 Моспромтранса.

Проверка из Главмосавтотранса пришла на базу совершенно неожиданно. Представитель Моспромтранса на удивлённый взгляд начальника базы Яковлева только плечами пожал, мол, сам не ожидал, что так внезапно погонят на проверку.

Улучив момент, Яковлев перекинулся с этим своим знакомым чиновником Моспромтранса парой слов о причинах проверки. Тот выдал ему версию, что выбрали их, скорее всего, по результатам работы. Четырнадцатая автобаза всегда в отстающих была. Видимо, терпение у кого-то наверху лопнуло… И так взглянул, что начальник базы ясно ощутил, как под ним закачалось кресло.

Столько говорили с Ганиным, что нечего связываться с этими новшествами, — думал Яковлев. — Планировали дать денег этому молодому, чтобы молчал о том, что ничего так и не поменяли в работе автобазы. А теперь, хочешь — не хочешь, придётся что-то делать. Иначе, не ровен час, снимут!..

Мос ква. Гагаринский райком КПСС. Кабинет второго секретаря райкома.

В конце рабочего дня Самедов ушёл с работы пораньше и отправился в райком.

— Выторговал я себе в МГУ две недели на перевод, Герман Владленович, — сказал он второму секретарю и посмотрел на него в ожидании каких-либо предложений. А на душе было тревожно — опасался, что свои решили его попросту слить. И перевестись в приличное место не получится… Предложения будут, разве что, из Урюпинска. Особенно обидно было осознавать, что сам виноват. Обленился, заигрался в игры с этой Региной, с Костенко… Но тем приятнее было услышать слова собеседника:

— Есть место в Комиссии по вопросам приема, выхода и лишения гражданства, — ответил Володин. — Так что, будешь работать в Президиуме Верховного Совета на Старой площади. Даже завидую тебе. Но помни, что придется отработать, потому как это, фактически, повышение!

Самедов просиял. Все верно, Старая площадь всяко лучше МГУ. А комиссию и поменять можно будет со временем на более престижную.

На заводе «Юный техник» меня встретил местный комсорг, представившийся Борисом, и провел сразу в актовый зал. Лекция на тему здорового образа жизни была мною уже не раз прочитана с небольшими вариациями с учётом местного контингента.

В этот раз, присмотревшись к залу, решил после общих слов остановиться более подробно на охране здоровья женщин. У них тут женщины составляли подавляющее большинство, и средний возраст тридцать плюс. Самое время им подумать о себе любимых…

После обязательной программы, где я сравнивал доступность медицины у нас и в капстранах, перешли на конкретные вопросы охраны здоровья трудящихся женщин. Нормы подъёма тяжестей и прочей охраны труда. А потом перешли на домашний труд.

— У кого дома есть стиральная машина? — спросил я. Женщины стали поднимать руки, оглядываясь на зал. — А теперь поднимите руки, у кого есть дорогая меховая шапка? — тут практически все подняли руки. — И в связи с этим у меня вопрос: почему вы свой труд, свое время и силы оценили дешевле меховой шапки? Почему такому нужному в хозяйстве агрегату вы предпочли меховую шапку?

Вот тут у нас спор и завязался. Пошла обратная связь от зала. В целом, хорошо пообщались. Где-то посмеялись, где-то что-то переосмыслили, надеюсь.

Ко мне в конце профорг их подошла, так благодарила. Наверное, тоже вместо стиральной машины шапку купила. Она вместе с комсоргом провела для меня экскурсию по предприятию. У меня культурный шок, сказать по правде, чуть не случился. Они тут выпускали детали для детского конструктора «Транзисторный радиоприёмник». То есть, подразумевалось, что из набора деталей ребёнок сам должен собрать радиоприёмник. Меня гордость взяла за отечество. Вот, так! У нас не только гранаты метать детей учили. Дали мне в подарок, не жалеючи, аж четыре набора. Два моим пойдут, когда вырастут, да по одному Инкиному Саньке и Родьке.

Они ещё и модели самолётов здесь отливали. Миги. Спросил, насколько их модели соответствуют настоящим образцам нашей техники. Они долго смеялись. Оказалось, что пресс-форма американская и к нашим настоящим МИГам отношения вообще никакого не имеет.

— Вот так, значит, — разочарованно посмотрел я на них.

— Ну, а как вы думали, товарищ лектор, это же военная тайна.

Ну, ладно, МИГи, не МИГи, взял пару моделей, когда предложили. Бьют — беги, дают — бери. Буду с пацанами клеить, как подрастут.

Москва. Лубянка.

Зампред КГБ, обдумывая перед уходом с работы итоги разговора с Ивлевым, пришел к мысли, что раз этот молодой и талантливый парень так легко продуцирует нестандартные идеи, то его надо поставить на прослушку. А то, мало ли, какие-то из своих идей он не сочтёт интересными и не станет о них докладывать. А они могут оказаться вполне себе полезными для Комитета… С гениями очень сложно, они могут выдать что-то, что для них кажется ерундой, и даже и не понять, что это что-то передовое и полезное. Так что телефон точно надо слушать, и, наверное, есть смысл поставить жучки и по всей квартире…