Моров. Том 3 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 49

В любом случае, если взрыв случился, и в нем кто-то погиб, по Скворцову я плакать точно не стану. Айшет мне тоже было не жаль — когда связываешься с сотрудником Службы Имперской Безопасности, это всегда риск. А уж если он еще и копает под своих — то и опасность в разы выше.

Ждать, что ко мне прямо сейчас заявится представитель законников, было глупо. Так что я допил чай и, раздевшись, отправился принимать душ. Спокойно привел себя в порядок и улегся в постель. Нервничать и переживать? Лучше просто выспаться. А понадобится — так меня разбудят.

Утром мне подали по-настоящему королевский завтрак из шести блюд сразу. И я был вынужден забрать свои слова назад. Камеры все-таки отличались, по крайней мере, кухней.

Молчаливый работник вышел, оставив еду на столе, а я налил из горячего кофейника густого ароматного напитка и, сделав первый глоток, с наслаждением прикрыл глаза. Определенно, здесь даже сорт зерен выбран иной, да и приготовили их лучше, чем в камере Службы Имперской Безопасности.

Отставив чашку в сторону, я взялся за приборы, но не успел притронуться к еде, как замок в двери загремел. Шестеро бойцов, уже знакомых мне по визиту великого князя, ловко протиснулись в помещение. Один нацепил мне браслеты на запястья, лишая магии, остальные рассредоточились по помещению. Я поднялся из-за стола, готовясь встречать их господина.

Виктор Константинович вошел в камеру с улыбкой на губах. Руки будущий император держал за спиной.

— Оставьте нас, — велел он. — Иван Владимирович не будет делать глупостей.

Охрана великого князя тут же испарилась, как по волшебству. Отличные ребята, мне бы таких в дружину, я бы точно не стал оставлять их пылиться в особняке, а брал с собой.

— Приятного аппетита, Иван Владимирович, — продолжая улыбаться, пожелал мне будущий государь.

— Спасибо, ваше высочество, — кивнул я. — Не желаете присоединиться?

Он окинул внимательным взглядом мой стол, после чего решительно придвинул себе кресло к противоположной стороне. Налив себе кофе, великий князь разместился с удобством, но тарелки от себя отодвинул.

— Наслаждайтесь, Иван Владимирович, — произнес Виктор Константинович. — Я вашими стараниями сегодня почти не спал, и есть мне не хочется. А вот кофе я выпью.

Я не стал делать вид, будто не понял, что он имеет в виду. Все-таки я лично направил Венедикту Кирилловичу сообщение о том, что со мной происходит. А в умении Солнцева устраивать фееричное шоу я уже убедился после допроса Сухарева.

— Рад стараться, ваше высочество, — отсалютовав великому князю чашкой с кофе, произнес я.

А себе поставил заметку на память — обязательно проверить, что там вытворил Венедикт Кириллович. Уверен, ушлый родственник воспользовался ситуацией, чтобы о его роде говорили как можно дольше. А значит, мой конфликт с Николаем Александровичем не должен погаснуть в первое же утро.

Это не пару тысяч трупов по столице гонять. Великий князь, влезающий в дела дворянина — это настолько серьезная проблема, что про меня-то быстро забудут, а вот правящему роду придется открещиваться от обвинений хорошо если несколько месяцев. И то — не понятно, чем закончится, ведь рассудить спор могут лишь дворянское собрание и император. Единогласно.

А так формально монарха не существует, вопрос будут обсуждать до новой коронации.

— Вас больше не тронут, Иван Владимирович, — заговорил Виктор Константинович, откинувшись на спинку стула с чашкой в руке. — И ученицу вашу — тоже. Мы дали слово не лезть, мы и не будем. А что Скворцов черту перешел — ну так, он уже расплатился сполна, его прах теперь в баночку из-под пива уместится. А нам служебную квартиру ремонтировать придется. Опять же — за казенные средства.

— Алексей Александрович был свято уверен, что Николай Александрович — его дед, — заметил я.

Великий князь пожал плечами.

— Тогда он дурак, если говорил кому-либо о своей уверенности, — заявил он, возвращая чашку на столешницу. — Александровичи и так враждуют между собой за место следующего главы, а еще и бастарда включать в список конкурентов?..

— То есть, виновника вы не нашли, — кивнул я, уловив суть его слов.

Подковерная возня в младшей семье правящего рода меня не волновала. В конце концов, я тоже не собираюсь влезать в дела чужого рода. Без меня облеченные властью разберутся. У меня своих забот полно, чтобы еще и среди потенциальных императоров порядок наводить.

— Следствие идет, — ответил Виктор Константинович. — Но я к вам не по этой причине зашел. Ваша девочка из гарема выжила чудом…

Я нахмурился. Конечно, интересная подробность, но мне-то она к чему? Стало быть, у великого князя появилась какая-то очередная идея закрутить интригу. А исполнять ее придется мне?

— Она, во-первых, не моя, а подданная Российской Империи. Во-вторых, я за нее, конечно, искренне рад, но надеюсь, что мы больше не встретимся, ваше высочество, — честно произнес я.

— Встретиться? — усмехнулся великий князь. — А вы шутник, Иван Владимирович! Девочка, воспитанная за границей, втерлась в доверие к начальнику отдела внутренней безопасности! И нет, не смотрите на меня такими глазами, Скворцов не настолько глупцом был, чтобы не распознать медовую ловушку. Однако смотрим на результат: бастард, который трепался о своем происхождении, мертв. Дворянин, с которым у правящего рода налаживались отношения, обозлен. И единственная, кто причастен к делу и может выступить на суде — девочка из гарема, которую означенный дворянин буквально освободил.

Что ж, если исходить из такого видения ситуации, недолго осталось Айшет Наджаровой быть подданной Российской Империи. Во всяком случае, живой подданной.

— Хотите сказать, что ее Акрам на это уговорил? — уточнил я.

— Принцу это не с руки, — отмахнулся Виктор Константинович. — А вот кое-кому из наших благородных семейств очень даже пришлось бы по сердцу. Сами понимаете, так насолить и нам, и Моровым, может быть крайне выгодно. Не в прямую, а в долгосрочной перспективе. Интриги сильных мира сего, Иван Владимирович, это игры протяженностью в десятки лет. И случившееся с вами и со Скворцовым, это всего лишь одна крохотная ступенька в чьем-то коварном плане.

Я кивнул, демонстрируя, что понял.

Понятно, что не спроста великий князь мне все это объяснял. Он уже сделал ставку на то, что Моровы будут на его стороне. Став императором, он получит власть, это само собой разумеется, однако при этом ему потребуются и союзники. А я пока что слишком молод, чтобы допускать меня в свою команду, но вполне гожусь для того, чтобы начать вводить меня в курс дела.

— Кстати, — сделав вид, будто только что вспомнил, произнес Виктор Константинович. — Мне стали поступать просьбы походатайствовать насчет вашей женитьбы.

Я вскинул брови, и великий князь рассмеялся.

— Я не собираюсь давить, но посмотреть предлагаю, — пояснил он. — Скажу прямо, у меня есть и свой интерес. Люди там полезные, и дочери у них хорошие. Глядишь, пообщаетесь, и все у вас сложится. Моровы приемов не устраивали, и начинать не нужно, но если встретитесь на нейтральной территории, почему бы и не познакомиться?

Меня не заинтересовали потенциальные невесты, а вот тот факт, что некие фамилии уже смекнули, что к чему и тащат будущему государю варианты — стоило учитывать. Виктор Константинович, конечно, тайны из своего положения будущего императора не делал.

Но ко мне не шли с предложениями, а к великому князю отправились. Видимо, мое нежелание обзаводиться невестой общество все же уловило. А так мне даже давали некоторую свободу выбора — я ведь могу от всех отказаться, даже если Виктор Константинович станет император, он не вправе мне указывать.

— Я, разумеется, прислушаюсь к вашему совету, ваше высочество, — произнес я. — И взгляну на претенденток.

— Мой секретарь пришлет вам список, — объявил свою волю будущий монарх и поднялся на ноги. — Не провожайте, Иван Владимирович. И прошу вас задержаться здесь до обеда. Хотелось бы, чтобы вы осмотрели мою дочь. Мало ли как идет восстановление.