"Фантастика 2024-66". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Ландсберг Галина - Страница 1206

— Ты тоже одет не так, как остальные.

— Меня и так все знают, — пожал парень плечами. — Знают… и не очень-то жалуют.

Это объясняет почему он единственный из всех решил заговорить с нами. Белые вороны видят друг друга издалека, да?

Он выдержал паузу и добавил:

— Но с одеждой могу помочь.

Почему бы и нет? Если это позволит не собирать на себе все местные взгляды, то пусть так. К тому же, если люди Медведевых или ещё каких аристо всё-таки припрутся сюда, будет легче смешаться с толпой.

— Было бы неплохо, — отозвался я.

Парень сделал жест двигаться за ним и повёл нас куда-то между рядов палаток, вглубь табора.

— Данко, — представился он. — Данко Волков.

— Никс, — на мгновение задумавшись, отозвался я. — А это Илана. Так… почему тебя здесь не любят?

Данко пожал плечами.

— В нашем роду не принято, знаешь, получать высшее образование, идти работать, вообще заниматься чем-то, не относящимся к роду. Считается, что это… противоречит романипэ, и всё такое.

Он поглядел на меня.

— Мне почему-то показалось, что в этом мы похожи. Потому я и заговорил.

— Похожи? — я задумался на пару секунд. — Наверное, да. Кажется, у нас обоих есть определенные проблемы с семейными традициями. Особенно с мусорной их частью.

— Традиции не мусор! — возмутилась Илана.

— Традиции — как привычка, — пожал я плечами. — Привычка может быть полезной или вредной. А может просто устареть.

— Вот! — поддержал меня Данко. — Да, мы точно понимаем друг друга.

Пожалуй, что так.

— И всё-таки ты здесь, — заметил я. — Там, где тебя не любят и не понимают.

— Семья, — Данко вздохнул. — Куда деться?

Да уж, да уж. Куда деться от семьи — этот вопрос всегда меня занимал, причём за прошедшие сутки семья Распутиных показала, что может быть не менее настырной, чем мои родные папаша и братец.

— Семья — это важно, — торопливо согласилась Илана. Не то, чтобы ей было дело до Данко, просто не хотелось выглядеть куклой Барби, всё время молчащей — вот и ухватилась за понятную тему. — Вы ведь все здесь… ну, вроде семья?

— Здесь? — Данко поднял бровь. — Нет, почему? Тут собрались десятки родов помельче, как всегда на праздник…

Ага, вот мы и начали подбираться к сути.

— Праздник? — Илана огляделась. Видимо, в её представлении это не очень походило на праздник.

— День Рождения барона Драгомира, — пояснил Данко, даже не удивившись. — Так вы тут совсем случайно?

— Вроде того, — согласился я. — Знакомые знакомых кое-чьих знакомых. Если ты не против, нам бы не помешал… небольшой ликбез.

Илана согласно закивала.

— Ну, барона Драгомира-то вы знаете, должно быть… — протянул он без особой уверенности в голосе. — Самый сильный из баронов рома, и самый… как бы это…

Он обвёл всё вокруг руками.

— Амбициозный, что ли.

Ага. Когда вежливые люди говорят «амбициозный» — это, как правило, означает «наглый, жадный и беспринципный».

— Взять хотя бы этот праздник. Каждый год занимает парк, устраивает это торжество — просто потому, что знает, с ним не будут связываться. Говорит, это из-за того, что его предок когда-то помог самому Императору, так что теперь Распутины его должники.

Ну-ну.

— Каждый год?.. — покосилась Илана. — Не помню, чтобы в прошлом или позапрошлом здесь был целый… фестиваль.

— Всё было скромнее, — пояснил Данко. — На этот раз явилось втрое больше народу.

— Это ещё почему? — заинтересовался я.

— Состязание, — Данко вздохнул. — Среди всех молодых парней. А победитель станет мужем Роксоланы, его дочери. Ну, и его зятем, следовательно.

Как-то… уж больно мечтательно зазвучал его голос в этот момент. И отчего мне кажется, что он сюда явился вовсе не из-за семьи? Судя по всему, победить в этом состязании он и не надеется, но хочет… что? Хотя бы поглядеть?

Медведева как-то странно глянула на Данко, потом на меня, но ничего не сказала.

Данко, тем временем, откинул полог пустого шатра.

— Здесь одежды много, — щедро махнул он рукой. — Выбирайте, а то у нас здесь выделяться из толпы — плохая примета… уж я-то знаю.

Илана несмело застыла на пороге, но я решительно кивнул — и первым шагнул внутрь шатра.

***

Что ж, это смотрелось… экстравагантно. Красная рубашка, широкополая шляпа. Илана кое-как шла, путаясь в длинной юбке, но хотя бы её русые волосы не так привлекали внимание, закрытые косынкой.

Когда мы втроём месте с Данко вышли обратно в центру табора, действо у шара ещё продолжалось. Я указал на него рукой.

— Я так понимаю, это и есть состязание, его первая часть?

— Ага, — согласился Данко с печальным вздохом.

Я хмыкнул. Конечно, мой изначальный план был куда проще: не привлекая внимания, переждать, пока стихнут поиски, а затем так же тихо уйти. Но… происходящее медленно будило во мне интерес.

— А ты ещё не подходил? — уточнил я.

Данко только покривился.

— Толку? Какой во мне дух романипэ? Авторитета у меня тут нет, силы… тоже не появится.

Я покосился на шар. Угу, конечно. Во всей Галактике Дар работает как Дар, и только тут — подключается от вашего романипэ. Вроде умный человек, а такую чушь несёт.

— Лучшим мне не стать, — продолжал он. — А даже если я стану средним… никто не согласится отдать за меня дочь. Я говорю даже не о бароне Драгомире, а… вообще, обо всех.

Похоже, что этот праздник — одновременно и большие смотрины. Победителю состязания достанется топ-приз, но и остальные не останутся без достойных партий. То и дело по всему лагерю сновали важного вида цыганские папаши с дочерьми под боком, поглядывая на потенциальных кандидатов в женихи и злобно прожигая взглядом конкуренток. Понятно, к чему такой ажиотаж.

— Во мне романипэ ещё меньше, чем в тебе, — заметил я. — Но даже не подойти… не возникает чувства, что упустил свой шанс?

— А он у меня есть, этот шанс?

— Если не подойдёшь — так и не узнаешь, был ли.

Нас прервал какой-то шум — недалеко, у края табора. Крики и повышенные тона, всё такое. Покосившись на звук, я поднял бровь. А вот и гости.

Трое типов в чёрных костюмах пытались пройти внутрь, но пёстрые хозяева решительно и скандально не пускали их. Ну, да. Мы с Иланой, пусть и явно не местные на вид, но не выглядим как три спецагента.

— А… ладно, — Данко махнул рукой. — Ты прав, Никс. Нужно попробовать.

— Отличное решение, — заметил я, уводя Илану поближе к шару — и подальше оттуда, где она могла бы увидеть «агентов». Мало ли, вдруг передумает.

От шара как раз отходил очередной паренёк, судя по расстроенному лицу — бездарный, как доска. Мы встали в очередь, и я заметил, что на Данко действительно кидаются… слегка презрительные взгляды.

Следующий претендент возложил руку на шар. Лёгкое гудение, свечение зелёного цвета — и гадалка объявляет результат.

— Ай, не хорошо, не плохо, всего понемногу! Сильным не быть, главным не быть, но и слабым тоже не бывать!

Ага, переводя на человеческий язык — где-то между C- и D-Рангами по местному счёту, сила, подходящая хорошему бойцу, но не командиру.

Друзья ободряюще похлопывали парня по плечу; Данко, стоявший следующим, уже собирался шагнуть в шару…

— Ха, — хмыкнул какой-то двухметровый тип, бесцеремонно отодвигая его в сторону. — Волков. Не думал, что ты решишься вообще сюда прийти. Сидел бы в своём универе, как гаджо.

Я спокойно глядел на сцену.

— Сейчас моя очередь, Златан, — заявил Данко.

— Потерпишь, — Златан легко толкнул его в грудь. — Я, что ли, буду ждать всяких тут… Моя сила, во всяком случае, будет силой рода, а не растратится попусту.

Данко постоял пару секунд… и отошёл назад ко мне. Толпа заюлюлюкала с шакальей интонацией; Златан явно был их любимчиком.

— Стерпишь вот так просто? — заметил я.

— А… что я мог сделать? — растерянно пробормотал Данко.

Я пожал плечами. Всё-таки в первую секунду он не дрогнул, отступил уже потом.

Парень неплохой. Задатки есть. Не хватает только… уверенности в себе.