За пределом (СИ) - Веселова Янина "Янина" - Страница 30

   - Не провоцируй меня, цветочек, - охрип Магнус.

   - А то что? - ее сегодня несло.

   - Вот что…

   Мир крутанулся еще один раз, и Надюшка снова оказалась сидящей на мужчине.

   - Вот что, - повторил Магнус, приподнимая ее за попку и без ненужных прелюдий проникая внутрь, раздвигая собой влажные складочки. - А потом еще это, - вышел почти до конца и замер.

   - Не поняла, - облизнула внезапно высохшие губы она. - Повтори, - и, понимая чего ждет упрямый как сто ослов Доу, попросила. - Пожалуйста.

   И только тогда он стал двигаться. Сначала мучительно медленно, а потом, уступая стонам и нетерпеливому ерзанию, все быстрее и быстрее. Он врывался в Надюшку именно так как надо, словно знал, чувствовал, ощущал ее потребность. И щедро давал необходимое.

   - Моя. Вся моя, - выдохнул в тот момент, когда непереносимо острое удовольствие снова накрыло Надю, и она почти теряя сознание упала к нему на грудь. - Ненаглядная. Теперь будешь послушной?

   - До самого дома, - пообещала она. - Но насчет коровы мы еще поговорим.

   - Обязательно, - засмеялся он. - А теперь вставай и одевайся, Надин. Мы и так непозволительно задержались.

   - Тиран, - проворчала Надюшка, неохотно слезая с ложа. - Сейчас оденусь, только ополоснусь.

   - Некогда, - словно фокусник доставая откуда-то снизу сумку, сказал Доу. - Дома искупаешься, а сейчас вот, - он протянул жене полотенце.

   - А как же? - та вопросительно уставилась на раскомандовавшегося мужчину.

   - А вот так, - развеселился этот мерзавец, снова превращаясь в себя прежнего, ухватил Надюшку за руку и подтянул к ближе.

   - Эй, прекрати, - покраснела она. - Я сама…

   - Времени нет, - отрезал Магнус, удаляя следы страсти с бедер жены. - Одевайся, - сунул ей в руки привезенную их дома одежду. - Отсюда и нитки не бери.

   - Да, конечно, - все еще испытывая неловкость, согласилась она.

   - Надин, - распорядился Доу минуту спустя. - Напомни мне, что у вас говорят, забирая домового на новое жилье.

   - Домовой-хозяин, поехали с нами в новую хату, будем жить богато, - машинально откликнулась та, а потом прижала кулачок к губам и испуганно посмотрела на мужа. - Так ты не сам меня нашел, тебя Онуфрий привел?

   - Потом поговорим, - ставя посреди грота сапог, процедил Доу. - В дороге. А сейчас, помолчи, цветочек.

   - Да, пожалуйста, - обиделась Надюшка.

   - И воздержись от употребления этого слова, заклинаю, - совершенно серьезно попросил Магнус. - У меня на него встает.

   - Дурак, - прошептала Надя и опять покраснела. - И пошляк.

   - Я все слышал, - закончив звать домового, шепнул в розовое от смущения ушко Доу. - А теперь пошли, - и, крепко сжав ладошку жены в своей руке, пошел прочь из грота.

***

Гроза успела уйти далеко, оставив после себя свежесть и прохладу. Словно грозная, но заботливая мать она умыла весь мир, убрала накопившуюся за зиму грязь и скверну, дав силу на возрождение. Так думала и чувствовала Надюшка, следуя за мужем. А он широко шагал, безошибочно направляясь в сторону опушки. Вот уже и край леса показался, стало слышно, как ударил где-то вдалеке колокол, призывая верующих в храм, и вдруг дорогу Магнусу заступил башахаун. Остановился на краю своего царства. Могущественный величественный и грозный.

   - Не такого я ждал от своих гостей, - прозвучало под пологом леса. И Надя почувствовала, что эти слова обращены к ней.

   - Гостей чтят, - оскалился Магнус. - А ты позарился на мою жену, вор зеленошкурый.

   - Ее приход предсказали звезды, - башахаун словно не услышал ката. - Змееязыкая дева из другого мира - символ счастья. Я ждал ее долгие годы. Я верил. Я…

   - Надин уйдет со мной, - не дослушав, перебил Доу. - Тебе не удалось ее расчеловечить, тварь лесная.

   - И дева пришла, - Блез не обратил внимания на взбешенного Маркуса. - И была она глубоко несчастна. Душа прекрасной Надин плакала кровавыми слезами. И с ней плакал лес. Я не не смог остаться равнодушным, решил помочь.

   - И оставить себе, - рычал Доу.

   - Да! - громыхнул башахаун. - Три раза да! Я сделал бы ее своей царицей, а ты изуродовал и предал ее.

   - Это не так! Слышишь ты, рогатый вор?!

   - Ты смеешь обвинять меня в воровстве? Свел мою дочь из родного дома, забрал зятя, лишил надежды на будущее и имеешь наглость обвинять меня в воровстве?! - грозные рога нацелились на соперника.

   - Ты меня не пугай, - задвинул испуганную Надюшку себе за спину алеенский безумец. - Я пуганый.

   - Папа, папочка, - откуда не возьмись между мужчинами оказалась бледная, но решительная Аполлин. - Я сама ушла! За Онушенькой! Ты же всегда учил, что роднее и ближе мужа нету никого. Вот я и послушалась. А Надин тут ни при чем! Они ничего не знала! Клянусь! И муж ее невиноватый!

    - Знать ничего не хочу, - внезапно успокоился Блез, но с места не двинулся. - Требую с тебя, - он указал на Магнуса, - виру.

   - Какую еще виру?

   - Это выкуп такой, - встав на цыпочки, шепнула мужу на ухо Надюшка.

   - Не лезь, без тебя знаю, - огрызнулся хам подвальный Доу.

   - Не ори на нее! - потребовал башахаун. - Слушай про виру, раз такой грамотный. Три жизни меняю на одну, - он поднял руку, останавливая рыпнувшегося было ката. - Я отпускаю дочку с зятем и Надин с тобой, а ты приводишь мне невесту. Да смотри, чтоб не хуже твоей жены была.

   - Я тебе не сваха, - отрезал Магнус. - Да и нету лучше Надин никого.

   - Тогда все здесь останетесь, - пожал плечами башахаун. - Я своих решений не меняю.

   - Я тоже, - сверкнул глазами Доу.

   - А что такого страшного в том, чтобы стать женой Блеза? - высунулась из-за мужниной спины Надя.

   - Расчеловечиться придется, - на удивление спокойно ответил ей муж. - Духом лесным стать.

   - Как Аполлин? - деловито уточнила она.

   - Да.

   - Что же тут страшного? Поленька лучше всех алеенцев вместе взятых и в сто раз человечнее. А жить в лесу хорошо. Спокойно и радостно.

   - Ты все равно со мной домой вернешься, - побледнел Магнус.

   - Вернусь, куда ж я денусь, - прижалась к его спине Надюшка. - Я только говорю о том, что той, которая станет спутницей Блеза повезет. Счастливой она будет.

   - Может и так, но, цветочек, - Магнус как-то так вздохнул, что стало понятно, насколько он устал и измотан, - как же я могу пообещаться бахауну? Вдруг да не встретится мне такая дева, которую он ждет. Что же тогда делать? Своих дочек отдавать?

   - Пожалел девочек, - чувствительно ткнула в бок мужа Надя. - Душой из-за них изболелся весь. В царицы отпускать не хочешь, а к тетке упек.

   - Надин!

   - Не злись, пожалуйста, - проникновенно попросила она, но, не выдержав, все же хихикнула. - Лучше обговори с Блезом условия нормально: без крика, рыка и взаимных оскорблений, а я тем временем…

   - А ты пока в бричке на опушке посидишь и меня подождешь, - не дослушал муж.

   - Не надо меня постоянно перебивать, Магнус. Пожалуйста, - Надюшка выделила последнее слово.

   - Хотя бы сейчас ты можешь не испытывать моего терпения, любимая? - обманчиво мягко поинтересовался Доу.

   - Как ты меня назвал? - удивленно захлопала глазами та.

   - Я сказал…

   Хохот башахауна заглушил его ответ.

   - Забирай свою жену, человек, - отсмеявшись, махнул в сторону опушки Блез. - Вижу, что разлучать вас нельзя. Устраивай ее и возвращайся для разговора. Спокойного разговора, - хозяин леса пообещал Наде. - Не тревожься. И приходи ко мне в любое время. С обидой или с радостью, неважно. Я приму тебя любую. Молчи, - видя, что Надя собирается что-то сказать. - Молчи, а то передумаю.

   Вряд ли растрогавшуюся до слез девушку испугала бы эта угроза, но Магнус бдил: подхватил Надюшку на руки и чуть не бегом направился к опушке, а добравшись до края леса, поспешил к стоящему на дороге экипажу, в который и усадил супругу.