Константа (СИ) - Соболев Андрей - Страница 82

– Не-е-ет, Кать, ты не понимаешь, это конец. Для меня всё кончено. Я должен был изменить мир, стать для него всем, а стал никем, мелким обманщиком в глазах государства. Я думал, что впервые в жизни обрёл настоящего друга, единомышленника, а оказалось, что пригрел на груди очередную змею, которая впоследствии уничтожила мою жизнь и мечту.

Новиков напрягся, прикусил губу и посмотрел на своё отражение в лезвии ножа.

– И что ты собираешься делать? – со страхом спросила Катя, поглядывая на кровожадный блеск металла, отражающийся в глазах мужа.

– Ничего, – неожиданно ответил он, потом достал из-под стола новую бутылку пива, откупорил крышку при помощи этого ножа и отложил его в сторону. – Буду сидеть тут и пить дальше.

Он сделал очередной глоток, а Катя с облегчением выдохнула.

– Не знаю, я уверена, что Лёша не мог так с тобой поступить, – добавила она.

– Не мог? Да откуда тебе знать, он уже давно не тот невинный мальчуган из твоей группы. И вообще, с каких пор ты на его стороне?

– Я на стороне правды! – отрезала она. – Я проработала с ним в институте не меньше твоего и знаю, что Лёша не такой человек. Тем более, он всегда заботился о тебе, переживал за твоё состояние, говорил, что эта машина опасна и может причинить тебе вред.

Катя резко замолчала и плотно сомкнула губы, испугавшись, что сболтнула лишнего, но было уже поздно. Её слова слились в ещё один клинок, вонзившейся в спину Евгения.

– Подожди, что?! – с возмущением проревел он. – Ты общалась с ним после ухода?

Он нахмурился и пристально всмотрелся в убегающий взгляд жены.

– Да, я помогла ему после вашей драки. Что такого? А ещё он однажды притащил тебя домой в полной отключке, и мы немного поговорили.

– И ты скрыла это от меня?! – продолжал обвинять он на повышенных тонах.

Новиков зарычал от негодования и ударил кулаком по столешнице, из-за чего с неё тут же слетела стойка со столовыми приборами, со звоном рассыпая ложки и вилки по всему полу.

– Женечка, пожалуйста, успокойся. Ты пугаешь меня. Здесь у тебя нет врагов, мы всегда были на твоей стороне.

– «Мы»? – Новиков заводился всё сильнее, ощущая, как алкоголь только подливает масла в огонь его праведного гнева. – У вас уже есть какие-то «мы»? И как часто вы обсуждали меня за спиной?

– Это неважно! – сорвалась Катя и на её глазах заблестели слёзы. – Перестань цепляться к словам. Никто и никогда не желал тебе зла, ты сам его навлекаешь своим мерзким характером.

В тот же миг глаза Евгения округлились, и в них вспыхнула ясная догадка. Он будто вырвался из векового заблуждения.

– Я, кажется, понял, – сдавленным голосом выдавил он, потом вцепился в голову и завыл сквозь полусомкнутые зубы: – Чёрт возьми, какой же я был дурак. Это ты! Это всё ты!

Энергичным взмахом руки он указал на жену, отчего она заметно вздрогнула и от страха привстала из-за стола.

– Вы спелись с ним, – без остановки кричал Евгений, краснея и наливаясь гневом. – Это ты сказала ему, что машина готова, это из-за тебя меня вышвырнули из проекта!

– Что ты несёшь?! – возмутилась Катя, пускаясь в слёзы.

– Даже не отрицай! Как ещё он мог узнать?

– Откуда я знаю, с кем он ещё общается? – безбожно врала она, всё дальше загоняя себя в угол.

Её взгляд в страхе метался по кухне, выдавая панические мысли.

– Каким же я был слепцом, – продолжать укорять себя Евгений. – Так вот, где ты пропадала вечерами. Почему я сразу не догадался? Ты… ты предала меня. Вы все меня предали!

– Всё, хватит, я больше не намерена выслушивать этот бред! – огрызнулась она в ответ. – Это уже переходит все границы, я ухожу!

Катя резко сорвалась с места и хотела покинуть кухню, но выход перегородил Евгений и схватил её за запястье, пожирая при этом озверевшим взглядом.

– И куда ты собралась? – Он одёрнул её к себе.

– А ты как думаешь? – злобно фыркнула она ему в лицо.

– О-о-о нет, – ядовито протянул Евгений. – Он отнял у меня всё, и я не позволю ему отнять ещё и жену!

– Отпусти меня! – крикнула она, пытаясь вырваться из захвата.

– Никуда ты не пойдёшь.

Его разум растворился в потоке гнева, слился с ним, а глаза окутала пелена безрассудной ярости. Новиков всё сильнее сдавливал её запястье, пока она пыталась вырваться и убежать с кухни.

– Что ты делаешь?! Прекрати! Мне же больно!

Катя что есть силы дёрнулась в направлении выхода, пока муж тянул её обратно. В какой-то момент ей всё-таки удалось освободить руку, но нога в махровых тапочках предательски заскользила по гладкому полу кухни, поехала вперёд, а Катя опрокинулась назад. Она падала. И в краткий миг своего последнего вздоха ей показалось, что она увидела всю свою непрожитую жизнь: ребёнка, что с теплотой и нежностью качает на руках, счастливый блеск в глазах Алексея и его безмерно добрую улыбку, их общий дом и долгую жизнь, наполненную любовью и заботой. Это был безумно краткий, но такой насыщенный миг эйфории, прежде чем суровая реальность явила всю свою предательскую сущность из неудачных обстоятельств. Казалось, пройди ещё шаг, проскользни немного дальше – и мечты могли обернуться явью, но на их пути встал кухонный стол с ужасно острыми углами. Падая на пол, Катя с грохотом ударилась виском об один из них и сразу же потеряла сознание.

Сердце Евгения на мгновение замерло, а дыхание спёрло. Сквозь шум в голове от захлестнувшего его гнева он не сразу смог понять, что произошло. Он стоял и смотрел, как подёргивается в конвульсиях тело его жены, как из рассечённого виска безостановочно струится кровь, растекаясь в багровое пятно рядом с её головой.

– Катя? – позвал он растерянно, и в этот момент осознание острым копьём пронзило его насквозь, пробивая даже пелену из алкогольного дурмана. – Катя!

Евгений завопил что было сил, бросился к жене, приподнял её голову, но было уже поздно. Катя не подавала признаков жизни. Плохо осознавая свои действия, он пытался зажать рану рукой, но кровь тут же просочилась сквозь пальцы, обагряя его руки и колени. Он со страхом взирал на следы своих деяний, медленно стекающих по ладоням, звал жену всё громче, надрывно кричал, просил Вселенную прекратить этот кошмар. Но она осталась глуха к его мольбам, непреклонно демонстрируя весь ужас его несдержанных поступков.

Когда осознание реальности с болезненным ударом ворвалось в разум Евгения, он бросился в комнату, нашёл свой мобильный телефон и, пока возвращался на кухню, пытался набрать номер экстренной службы, но кровь с пальцев размазывалась по сенсорному экрану, и тот отказывался адекватно работать. Острый приступ отчаяния охватил Евгения. Он ругался, проклинал весь мир, а из глаз брызнули первые слёзы. Новиков подошёл к телу своей жены, вытер экран о штаны и вновь набрал номер скорой помощи. Пока в трубке звучали первые гудки, он прикоснулся к шее Кати, страстно желая почувствовать биение пульса под своими пальцами, но ответом была мёртвая тишина. Он опять и опять ощупывал её шею в истеричной надежде найти спасительный ритм.

– Скорая помощь, здравствуйте, слушаю вас, – раздался томный женский голос из трубки.

Евгений вновь впал в ступор, слушая только жужжание тысячи панических мыслей в своей голове.

– Алло, что у вас случилось? – повторил голос.

Новиков сбросил звонок и с яростью отшвырнул телефон в коридор, потом уселся на пол рядом с Катей, приподнял её бездыханное тело и крепко прижал к себе. С каждой секундой он рыдал всё сильнее, ощущая, как его сердце разрывается на части, как стремительно ускользает смысл всей его дальнейшей жизни. Он прислонился щекой к голове Кати и стал слабо раскачиваться на месте, будто убаюкивая свою жену.

– Я не хотел… Я не хотел… Так не должно было случиться, – повторял он тихо, как мантру, всё крепче вплетаясь пальцами в её волосы.

Так он просидел некоторое время, постепенно сходя с ума от горя, пока в его голове не вспыхнула внезапная искра надежды, безумная идея, затмившая своим светом остальные мысли.