Дракон цвета смерти (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 74

И прежде, чем я успела сообразить, мой язык ляпнул.

— Полетим вместе? Эс Хавьер?

Ответом мне был изумленный взгляд.

— Вместе? Каэтана…

— я понимаю, что мое присутствие на похоронах будет неуместно, — спокойно сказала я. — И в вашу семью не полезу. Но мы со Свартом и Виолой будем вас ждать неподалеку. К примеру. И вам будет спокойнее за друга.

Хавьер посмотрел на меня как-то очень уж пристально.

— Это из жалости, Каэтана?

Я качнула головой.

Вот уж что-что, а жалости эс Хавьер не вызывал. Ни на минуту.

Тигра жалеть не получается, даже когда он ранен. Даже когда едва ползет. Потому что знаешь — это большая, хищная и достаточно коварная кошка. И ты ей на один молочный зуб.

Так и эс Хавьер.

Ему может быть плохо. Но когда он оправится, он сожрет любого. Может быть, не меня. Но любого постороннего человека — точно. И даже сейчас он опасен. Просто так вышло, что я оказалась рядом. А нет? Он бы в жизни передо мной не раскрылся.

Просто так сложились карты.

— Нет. Это не жалость. Это желание помочь, поддержать, но не жалость.

— Тогда я согласен. Мне не нравится, когда меня жалеют.

— обещаю не вытирать вам нос, — не удержалась я. — Хотя вы за мной даже ночной горшок выносили.

— Язва.

— На том стоим.

Ответом мне была улыбка.

— Я поговорю с Орландо. И мы вылетаем послезавтра утром.

— Эммм… эс Чавез пока не в курсе наших особенностей.

— А признаваться вы ему не собираетесь?

— Ну…

— Эсса Лиез собирается за него замуж. Ничего, что в приданое идет драконица?

— Абсолютно. Жених все равно тут работает.

Хавьер фыркнул.

— Каэтана, ваши игры в жуткую тайну проходили, пока вас было два-три человека. Пока не начались занятия. Пока не были посвящены посторонние — столько. А сейчас… сейчас речь идет только о времени, через которое вы попадетесь. И лучше признаться самим, да еще и получить за это какие-то преференции, чем попасться, как воришке, за кражей сладостей из буфета.

— Хавьер!

— ты же меня поняла?

Поняла. Но все равно обидно.

— Хорошо. Я поговорю завтра утром с девочками.

— а я с Орландо. Нет, говорить я ему ничего не буду, такое лчше предъявлять по факту. Но завтра вы ему покажетесь?

— Да.

— Договорились. Идем спать, Каэтана?

Я кивнула.

Да, сспааааать…

Завтра будет нелегкий день.

— Каэтана, я сказала Орландо, что у меня есть секрет, который я пока не могу ему раскрыть. И узнав его, он может получить назад свой браслет и свое слово.

— И что?

— Он спросил у меня только одну вещь.

— Какую? — мне стало интересно. Мы сидели у Марисы в комнате, и ждали девочек, а подруга щебетала, словно весенний скворец, довольная и счастливая.

— он спросил, не измена ли это родине?

— а ты?

— Я сказала, что никогда не изменяла родине. И что это не касается мужчин — я даже ни с кем не целовалась.

— Серьезно?

Мариса кивнула.

— Вполне. Это же Академия, ты сама понимаешь. Дошло бы до Ферреров, а если бы Хулиан разорвал помолвку из-за моего легкомысленного поведения, отец бы мне голову оторвал.

— Тьфу. Радуйся, что не связалась с этими Феррерами.

— Радуюсь.

— Недостаточно. Я тебе точно говорю, если там есть психически больные, там и кровь плохая. Не дай Даннара, вылезло бы в твоих детях иили внуках. Даже с Хулианом.

— А и так могло быть?

Я кивнула.

— Еще как могло.

Не знают тут про генетику, но я и сама все это знаю достаточно условно. Так что…

Рассказывать не буду. Просто — порченная кровь во всей семье. И точка.

В дверь постучали. Явились девушки.

Сдерживаться и щадить чьи-то чувства я не собиралась. И честно обрисовала ситуацию.

Так и так, есть эс Чавез. Мариса за него замуж собирается.

И есь мы все. И я предлагаю довериться ректору.

Нет, не потому, что Мариса им будет вертеть, как пожелает. Тут как бы он еще помолвку не расторг.

Потому, что число посвященных в наш секрет катастрофически растет. И разоблачение — дело времени. Недолгого.

Девочки переглянулись. Подумали.

— Каэтана, ты уверена? — Олинда смотрела мне прямо в глаза.

— Не уверена, — так же честно сказала я. — Понимаешь, моя бы воля, я молчала. И долго, и серьезно. Но… нам никто не даст этого времени. Нас девять человек. Думаешь, нас не заметят у драконов? Не увидят наших вылетов? Не сложат два и два? Наше отсутствие и появление новых драконариев? А если кто-то еще последует за нами? То есть нашему примеру?

Ярина мрачно кивнула.

— Я не ожидала, что так получится. И Майя.

— Вот. А в Академии не одна эсса. Как только люди поймут…. Тут как бы дракониц на части не разорвали.

— Ну, это уж ты преувеличиваешь.

Я махнула рукой.

— Эс Чавез, если захочет, сможет нас пока прикрывать. Если пожелает.

— А если нет?

— тогда лучше все прояснить сразу. И улететь отсюда, пока мы еще можем.

— Куда нам лететь? — тихо спросила Мариса.

— пока — в Эстормах. А дальше будет видно. Главное не дать себя уничтожить физически, да и дракониц тоже стоит поберечь.

— Понятно. Каэтана, тогда… сегодня?

— Да. Девочки, берем с собой вещи, переодеваемся в пещерах — и я скажу, когда надо будет вылетать. Хорошо?

— Хорошо, — кивнула Севилла. — Мне кажется, ты права, Каэ. Тайну должен хранить один человек, иначе она быстро станет известна миру.

— Нас намного больше.

— И я о том же. Пошла я за одеждой. Твою захватить?

— Да, пожалуйста.

Полетная одежда хранилась у нас в одной комнате. В моей, если что.

Хранилась, висела в шкафу, сушилась. Двери в душевую я не запирала, и девочки могли пройти ко мне в любой момент. А вот шкаф мы запирали, и ключи носили с собой.

Не просто так.

Наши комнаты убирают, нашу одежду стирают… проще спрятать все важное в одном месте, чем по всем углам. И целее будет, и меньше шансов что найдут.

— Фати, сходим вместе?

— Да, давай.

Я поежилась.

Сегодня решится многое. Очень многое. И сегодня будет наш первый бой. Только уже не в воздухе, а на земле. Только от этого не менее страшно.

Можно выиграть войну, но проиграть мир. Кому-то — можно. Нам нельзя. И потому мне вдвое страшно…

— Каэтана, ты уверена?

— Вполне.

Драконицы выходили из пещеры. Медленно строились в линию, сначала Виола, потом Эстанс, за ней Медея, остальные по трое в ряд…

Я не видела, кто именно стоит за мной.

Зато отлично видела, кто стоит впереди.

Эс Хавьер и эс Орландо Чавез. Стоят, смотрят… я махнула рукой.

— Девочки, звено — вверх!

Мы взлетали по трое, медленно, не торопясь, чтобы не опозориться. Потом эс Хавьер свистнул в свисток, и первое звено — три человека — начали снижаться.

Взмах рукой.

Мы втроем поливаем огнем площадку — и снова вверх.

И вторая тройка за нами.

И третья….

Вверх и вниз. И снова вверх, и кругами над площадкой, и еще раз полить ее огнем.

И — спуститься.

— … и чего ты мне это показываешь? Что я — драконов не видел?

— драконов ты видел. А вот всадников…

— И что в них нового?

Я спрыгнула с Виолы. Ноги подкашивались, но я нашла в себе силы стоять ровно. А потом, когда эсы подошли вплотную, медленно сняла капюшон с головы. И стянула балаклаву.

Эс Чавез поперхнулся воздухом.

Хавьер молчал.

Орландо выдал что-то, напоминающее малый боцманский загиб.

Рядом сняла шапочку Мариса.

Малый загиб плавно перешел в большой разгиб.

Одна за другой, мы снимали балаклавы.

— Девять штук⁈ Хавьер, скажи мне, что я сплю! — Орландо почти стонал. — ЗА ЧТО⁉

Хавьер только плечами пожал.

А что тут скажешь? Крепись, дружище, их ВСЕГО девять? Так и одной было бы много!

— Мариса⁉

Вопль был такой, словно эс Чавез обнаружил, что ему последние тридцать лет изменяют. И все шестеро детей у его жены от разных мужчин.