"Фантастика 2024-81". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Григорьянц Георгий Рубенович - Страница 69

– Ты любишь свою страну?

– Да, государь!

– Так почему же продолжал выполнять преступные приказы своей сумасшедшей царицы, которая навсегда заточена в крепости?

– Страх за свою семью, страх за себя! Она – порождение темных сил, но я поклялся служить ей.

– Ты всего лишь мелкое ничтожество.

Сетос резко поднял голову и прямо посмотрел в глаза царю:

– Я люблю свою Сирию!

– Так помоги ей, дай показания, которые разоблачат преступную царицу!

– Я все скажу, государь! – Сетоса трясло от волнения. – У царицы Селены агенты во всех странах, она плетет заговоры, нанимает за большие деньги убийц. Она невероятно богата, а деньги ее хранятся в банках Сирии и Египта. Она не жалеет средств на самые изощренные покушения на тебя: отравления, змеи, сирийский огонь, магия и многое другое, а помогает ей человек из твоего окружения.

– Что?! – Тигран был поражен. – Все это деяния одной женщины? Невероятно!!

– Да, государь, это так.

– И что еще хочешь поведать, чтобы выторговать себе жизнь?

– Государь, я знаю, что прощения мне нет, но все равно раскрою тебе тайну Селены. Всю жизнь она ищет Таблицу судеб, которая может влиять на судьбу любого человека, любого государства, позволяет притязать на мировое господство. Царица Селена знает, что один из обломков Таблицы у тебя, поэтому хочет разрушить в Птолемаиде самый почитаемый храм богини судеб Ташмету. Если это случится, Таблица может не заговорить. Поспеши, государь, пока Храм не разрушен!

– Это мне известно, – сказал Тигран. – Все?

– Нет! – Сетос снял с шеи амулет на шнурке – агатовую гемму с изображением оленя, на спине которого сидел орел. – Это личный знак царицы Селены. Он откроет тебе двери Храма и доступ к счетам царицы в банках.

– С пособниками‑банкирами нам, Меружан, придется разобраться отдельно, – сказал Тигран и кивнул одному из телохранителей.

Тот взял у Сетоса амулет.

– Какая роль во злодеяниях царицы была отведена ее дочери Беренике?

Сетос поднял удивленные глаза и быстро сказал:

– Береника – чистая и добрая девушка. Мать, конечно, использовала дочь в своих целях, но я оберегал ее, как мог.

– Что ж, – Тигран обратился к Меружану, – царицу Селену будем судить, и суд установит ущерб, нанесенный двум государствам этой женщиной. Что касается тебя, Сетос, жизнь тебе сохраню. Дашь показания против царицы в суде, а затем отправишься в ссылку.

Царь Великой Армении развернулся и ушел, сопровождаемый свитой, а Сетос, еще не веря в свое спасение, стоял с тяжелыми кандалами на руках посреди тюрьмы, изумленный и потрясенный милостью царя.

Глава 40

Тигран‑младший уже начал осваиваться в Парфии. За несколько дней пребывания сдружился с Ородом и показал заинтересованность освоить премудрости ведения парфянского боя.

– Стремительно атаковать и уничтожать противника и есть наш военный секрет, – учил Ород, когда они вышли на лужок у дворца поупражняться на мечах.

Начиная сражение, парфяне пускали легкую кавалерию, вооруженную небольшими луками, которая осыпала неприятеля стрелами, а затем шли тяжеловооруженные всадники, защищенные пластинчатыми панцирями из железа, с очень длинными копьями.

Тигран-младший усваивал азы парфянской тактики и рассказывал о своих впечатлениях:

– Ород, твой отец подарил мне коня белой масти, выносливого и быстроходного, понимающего с полуслова. Я восхищен!

Они, облаченные в туники, выполняли последовательно упражнения с мечами на атаку и защиту.

– Грядут сражения! – делая выпад, кричал Ород.

Царство Парфия было в зените развития. Конфликты неизбежны: столкновения у западных границ, чтобы сдержать натиск римлян, война с Великой Арменией, чтобы вернуть утраченные земли, борьба с кочевниками, чтобы прекратить их набеги.

К Ороду подошел слуга и что-то шепнул на ухо.

– Мне нужно идти, – сказал парфянский царевич и, передав меч слуге, покинул площадку для тренировок.

Тигран-младший стал самостоятельно упражняться с мечом, чтобы укрепить руку и плечо, и тут его внимание привлекло нечто поразительное: девушка, проходившая мимо, несомненно, была царевной, о чем говорило ее богатое одеяние. Она шла в окружении нескольких подруг, краем глаза наблюдая за ним. Тигран‑младший настолько был сражен ее красотой, что начал терять голову, и ему почудилось, что распустился сказочный цветок. Стройная, утонченная, с голубыми глазами, в ярко-зеленой тунике с вышивкой и золотым поясом, большим количеством украшений из золота, серебра и камней.

Тигран-младший, вложив меч в ножны, восторженно смотрел на девушку. Он почувствовал в ней такой же эмоциональный накал, как и у себя. Мимикой и жестами она явно привлекала его внимание. Состроив глазки, остановилась и о чем‑то стала притворно говорить подруге, но на самом деле приманивала его. Увидев, что мужчина восхищенно смотрит, сделала холодное выражение лица, явно понимая, что внимание привлечено и в мозгу царевича бьется лишь одна мысль – обладать, завоевать! Задача обаять и пленить выполнена, и вот мужчина идет к ней.

– Твоя улыбка делает день еще ярче. Как тебе удается? – услышала она его слова, а он, улыбнувшись, продолжал: – Я Тигран, царевич Великой Армении, гость твоего отца.

На его щеках выступил румянец, что свидетельствовало: она ему нравится. Посмотрев, оценила: перед ней красавиц – стройный, высокий, огромные карие глаза, длинные вьющиеся темно‑каштановые волосы, утонченные черты лица, туника и шаровары из тонкой ткани, на боку меч.

– Я Родогуна, дочь царя Фраата. Многие сравнивают меня с богиней Анахитой и говорят: когда я улыбаюсь, исходит свет, как от богини. – Теперь она пыталась разжечь к себе интерес интеллектом.

– Ты пришла полюбоваться цветами и птицами в саду? – спросил Тигран, чтобы не ответ услышать – чтобы разговор не угас.

– Я гуляю здесь каждое утро.

– Твои глаза, как два синих озера, в них можно утонуть, – сказал Тигран-младший.

Она рассмеялась:

– Если будешь расточать комплименты, я готова слушать долго. – Она явно давала понять, что он ей нравится. Нежно и осторожно спросила: – Ты к нам ненадолго?

– Ты так стреляла глазками, что меня ранила. Разве я могу ускакать от этих чудесных пшеничных волос, прекрасной маленькой груди и пушистых ресниц. Остаюсь навсегда!

Она улыбнулась, окончательно очаровав юношу, и, смотря прямо ему в глаза, как бы говорила: я желанна, я красива.

– Ты женат, Тигран?

– Нет, свободен. Со мной здесь подруга, Береника, царевна Сирии, она спасла мне жизнь, и очень преданна.

Он смотрел на нее во все глаза. Ее волосы пшеничного цвета уложены в аккуратную прическу на греческий манер с пробором в центре, головной убор – высокая шапочка – украшен монетками и подвесками, а поверх него надета прозрачная накидка, на шее золотое ожерелье с крупными рубинами, на руках серебряные браслеты с зернью. Пухлые алые губки приоткрылись, глаза, обведенные черными линиями, затуманились, щеки зарумянились, а голос прозвучал сладостно:

– Ты мастерски владеешь мечом, умный и сильный. Ты мне нравишься.

Этими словами она окончательно сразила понравившегося ей молодого человека. Поправив волосы, Родогуна посмотрела на своих спутниц, как бы говоря: женское обаяние, наигранная наивность, тонкий расчет, и вот я уже управляю чувствами царевича.

Он, ловя ее взгляд, сказал:

– Ты очень привлекательная девушка.

Почувствовав, что юноша становится слишком назойливым, Родогуна, бросила на него томный взгляд и сказала:

– Мы скоро увидимся, Тигран. – И удалилась, звеня при движении украшениями и обдав его незабываемым ароматом благовоний. Пусть останется интрига!

С балкона дворца на эту сцену смотрела Береника, которую охватило гнетущее и неприятное чувство ревности. Она уже ненавидела Родогуну, которая пытается увести ее мужчину. Негативные чувства – злость, обида, раздражение – охватили девушку. Она резко развернулась и ушла в свою комнату.