Энциклопедия «Литература и язык» (с иллюстрациями) - Издательство Росмэн - Страница 238

В 1870-е гг. разнообразные течения и идеологии сменяются единым направлением – народничеством. Это новое направление стремится к универсальности, пытается охватить на почве позитивизма все стороны гуманитарного знания. В области литературной критики опыт подобного синтеза предпринимают Н. К. Михайловский, А. М. Скабичевский, П. Л. Лавров. Первый из них сыграл в объединении наибольшую роль. Художественная литература продолжает предшествующий период, новые авторы развивают ранее заданные темы. Так, ведущим поэтом эпохи становится С. Я. Надсон, самостоятельно преобразовавший «некрасовское» лирическое настроение. Вместе с тем намечается кризис предшествующих литературных приёмов и тенденций. Выдвижение на первый план естественных наук привело к тому, что многие писатели отвергли значительную часть литературного и культурного наследства и стремились пересмотреть главное наследие 1840–60-х гг. – социальный детерминизм. Обусловленность характера человека внешними силами они признавали, но главной обуславливающей силой считали не социальную среду, а «физиологию» человека – непосредственные, ближайшие условия его жизни и собственно физиологию как таковую. Так появился натурализм, который на русской почве не был вполне последователен, хотя романы и повести П. Д. Боборыкина пользовались большим успехом.

В 1880 г. литературное движение достигло пика в связи с торжествами по случаю открытия памятника Пушкину, в которых участвовали практически все значительные авторы. Однако именно в 1880-х гг. кризис охватывает всю литературу. Тургенев пишет мистические повести; Л. Толстой отказывается от своего прежнего творчества и переходит к социально ангажированной литературе, а «толстовцы» пытаются реализовать проповеди Л. Толстого на практике. Молодые писатели открыто исповедуют пессимизм, мистицизм и называют себя декадентами. Брошюра Д. С. Мережковского «О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы» (1893), требовавшая «расширения художественной впечатлительности», утверждавшая «мистическое содержание» искусства, стала эстетическим манифестом русского декадентства. Постепенно определяется новая литературная эпоха, которую – в противовес пушкинскому «золотому веку» (и в продолжение его) – принято было называть «серебряным веком». На рубеже веков развиваются различные эстетические направления, основная идея которых – возвращение литературе функций искусства, отказ от представлений об искусстве как о чём-то вторичном, как о зеркале действительности.

Традиционное разделение литературы этой эпохи на модернистскую и реалистическую отвечало не реалиям литературного процесса, а политическим требованиям советской эпохи. Кроме того, интенсифицировавшийся процесс литературного развития не даёт оснований для последовательно-стадиальной периодизации: многие этапы накладываются друг на друга, а в творчестве одного и того же автора можно видеть смену приёмов, отражающую разные этапы литературного процесса.

Творчество А. П. Чехова было в известном смысле итогом 19 в., оно, завершая его темы и сюжеты, суммировало приёмы социальной типологии. Вместе с тем Чехов постоянно инверсирует все приемы и типы, разработанные 19 в., пересматривает все ценности предыдущих периодов, а в построении своих текстов придерживается того принципа, который наметил Достоевский (при всём отличии от Достоевского). Чехов не даёт оценки ни героям, ни сюжетным коллизиям, ни рецепта лечения выявленного социального недуга, лишь указывая на него. В качестве характеристик творческой манеры Чехова употребляют понятия «драма настроения», импрессионизм, «подводное течение», которые своей расплывчатостью отражают неуверенность критиков и литературоведов в оценке явления. Сюжет играет подчинённую роль в сравнении с деталями и различными формальными элементами. Произведения новых «реалистов»: М. Горького, Л. Н. Андреева, А. В. Амфитеатрова – тяготели к экспрессионизму, к поиску новых средств художественной выразительности (подчас – у символизма). Далёкие от жизнеподобных форм 19 в. художественные модели реальности создают И. А. Бунин, И. С. Шмелёв, Б. К. Зайцев.

Те же процессы происходят и в модернистской литературе. Элементы импрессионизма (Фет) и экспрессионизма получают продолжение и развитие в символизме. Декадентские настроения, «кризисный тип сознания» характерны для старшего поколения символистов: Д. С. Мережковский, Ф. К. Сологуб, З. Н. Гиппиус, К. Д. Бальмонт, В. Я. Брюсов. Младшее поколение символистов, вступивших в литературу на рубеже 19–20 вв.: А. Белый и А. А. Блок, В. И. Иванов, – отличалось бо?льшей сосредоточенностью на собственно литературных, художественных проблемах. Символисты продолжили то «метафизическое» истолкование человека, которое наметил в своих произведениях Достоевский, что особенно заметно проявилось в прозе В. В. Розанова, Сологуба, А. Белого.

Кризис символизма, вполне определившийся к 1910 г., породил два новых направления, в рамках которых были совершены крупнейшие художественные завоевания 20 в. Акмеизм выступил в качестве реформы символизма; в этом направлении развивалась поэзия А. А. Ахматовой, Н. С. Гумилёва, О. Э. Мандельштама. Футуристические группировки (в первую очередь кубофутуризм) с революционными программами; в этом направлении развивалась поэзия В. Хлебникова, В. В. Маяковского, Игоря Северянина, Б. Л. Пастернака и др. Принцип смыслового «сдвига» стал основой футуристического конструирования новой культуры и оказался созвучен революционным требованиям эпохи. Эстетика футуризма стала творческой лабораторией нового теоретического движения в литературоведении – Общества изучения поэтического языка (ОПОЯЗ): Ю. Н. Тынянов, В. Б. Шкловский, Б. М. Эйхенбаум.

Эти два направления, у каждого из которых были свои издательства, альманахи, журналы, были продуктивны и активно работали в русской литературе и после революции. В 1920-х гг. продолжается литературное движение предшествующей эпохи: по-прежнему существуют различные литературные группировки (ЛЕФ, «Перевал», «Cерапионовы братья»), журналы и даже салоны. Однако политическая ситуация в Советской России предопределила иные принципы развития литературного процесса. После 1917 г., с началом эмиграции, формируется «литература русского зарубежья» – творчество авторов, покинувших Россию или начавших писать уже в эмиграции. Но усиливается и государственная тенденция к идеологизации литературы. Власть постепенно регламентирует литературное творчество – сначала через резолюции и постановления, потом через создание Союза советских писателей (1934). До создания Союза организация писателей по классовому принципу была одним из вариантов строения литературной жизни (его поддерживала Российская ассоциация пролетарских писателей, РАПП), теперь же власть делает этот вариант государственной доктриной. Рапповцы громили идеологических противников и направляли «писателей-попутчиков», но со временем и они стали не нужны. В 1932 г. были ликвидированы все литературные группировки, а власть назвала «единственно правильным» литературным методом метод социалистического реализма (фактически это и закрепило в отечественном литературоведении категорию метода, совершенно чуждую реальной литературной жизни). Функция литературы сводится к иллюстрированию «светлого будущего», к созданию идеальной модели социального мира. Социалистический реализм утопичен и потому не имеет ничего общего с классической литературной традицией (Ф. В. Гладков, Н. А. Островский, А. А. Фадеев).

В прозе Б. А. Пильняка, Е. И. Замятина, Ю. К. Олеши в этот период воплощается тяготение к яркой метафоре, стремление в экспрессивной, гротесковой форме представить наиболее значимые вопросы бытия, – традиция, восходящая к прозе А. Белого. Обращение к вопросам, которые невозможно решить государственной регламентацией, было причиной трагической судьбы писателей, не сумевших или не захотевших подчиниться режиму. Наиболее ярко это сказалось в творчестве М. А. Булгакова, одного из писателей, оставшихся на Родине, но лишённых возможности печататься: его произведения (как и многих других авторов), написанные «в стол», создали «потаённую» литературу. С другой стороны, В. В. Маяковский, подчинивший своё творчество «социальному заказу» государства, т. к. увидел в новой власти элемент «футуризма», так же оказался несозвучен эпохе, подвергался жёсткой критике и только посмертно был объявлен величайшим поэтом «современности».