Энциклопедия «Литература и язык» (с иллюстрациями) - Издательство Росмэн - Страница 235

Всю русскую словесность до конца 17 в. следует рассматривать в рамках дорефлекторного традиционализма (С. С. Аверинцев), согласно которому центральной категорией литературного произведения является герой, по отношению к которому и определяются все остальные категории литературного текста и литературной жизни. Жанр – это выбор героя: в житии героем должен был быть непременно святой, в былине – богатырь, в воинской повести – военачальник, князь, в хождении – паломник или землепроходец. Роль автора в таком литературном каноне была явно вспомогательной, поэтому большинство произведений древней литературы и народной словесности были анонимными.

Эпоха 17–18 вв. была периодом литературной реформы. На его протяжении методы и степень усвоения западноевропейских литературных форм менялись, но сам процесс усвоения продолжался непрерывно. Первоначально ведущую роль в нём играют выходцы из Южной Руси: Симеон Полоцкий, Стефан Яворский, Феофан Прокопович. В южных регионах литературное возрождение началось на сто лет раньше, появилось немало людей с литературным образованием. Немалое влияние оказали и реформы патриарха Никона, знаменовавшие победу критики и сомнения над верой в собственную непогрешимость; кроме того, реформа способствовала литературному общению с южными и западными регионами. Симеон Полоцкий возобновил на Руси традицию светской поэзии. Хотя стихосложение польского образца и не соответствовало нормам русского языка, но оно придавало речи меткость и изящество, давно уже позабытые. Симеон Полоцкий также возобновил традицию религиозной проповеди и стал автором первых русских учебников. Ученики Симеона Полоцкого: Сильвестр Медведев и Карион Истомин – не достигли высот учителя, но продолжили развитие торжественной поэзии на Руси. Художественная публицистика в литературе этого периода представлена книгами Котошихина и Юрия Крижанича, в которых подвергалась сомнению теория «третьего Рима» и решались важные для русской культуры вопросы. Эти авторы уже окончательно принадлежат светской литературе, в их сочинениях центральное место занимает требование просвещения, развития образования и науки. Светская письменность постепенно отделяется от духовной, и развитие литературы в следующие эпохи связано именно с этим новым направлением, ориентированным на Западную Европу. Духовная же литература долгое время сохраняет направление, определённое школой Симеона Полоцкого.

На рубеже 17 и 18 вв. происходит смена литературного канона. На место дорефлекторного традиционализма приходит рефлекторный традиционализм, в рамках которого главенствует уже не герой, а автор, вступающий в соревнование со сложившейся традицией. Соревнование это происходит в рамках известных жанров, герой которых стабилен и постоянен, но значение литературной деятельности определяется тем, насколько новое произведение нового автора будет оригинальнее, самобытнее уже написанных на тот же сюжет, о том же герое, в рамках того же жанра. Жанр, таким образом, осмысляется как точка зрения автора на своего героя, как авторская установка, овнешняющая героя. Едва ли не первым подобным произведением в русской литературе стало главное сочинение политически консервативного идеолога и одновременно авангардно мыслящего писателя – старообрядца протопопа Аввакума Петрова «Житие протопопа Аввакума, им самим написанное» (1676). Как явствует из названия, житие написано самим героем, до смерти (значит, и до канонизации) и изображает события сугубо мирские, хотя и принадлежащие истории Церкви. Этот литературный канон будет господствовать в русской литературе до середины 19 в.

Непосредственное усвоение европейского литературного материала совершается в 18 в., особенно после создания Санкт-Петербургской академии наук в 1726 г. Наука и литература Запада систематически проникают в Россию. Появляются переводы, а затем и подражания иностранным текстам. Первоначально использовались формы силлабической поэзии (А. Д. Кантемир), но со временем проявляется интерес и к тоническому стихосложению как более соответствующему потребностям русского языка. В. К. Тредиаковский дал образцы новых стихотворных форм (оды, песни, эпиграммы, поэмы). Но по-настоящему усвоил эти формы в русской литературе М. В. Ломоносов, утвердивший и силлабо-тоническое стихосложение, и лирическую, эпическую и дидактическую поэзию во всём их жанровом многообразии. Ломоносов реформировал и русскую прозу, создававшуюся до него на неупорядоченной смеси разговорного русского и церковно-славянского языка. Огромную роль в литературном развитии сыграл А. П. Сумароков, многочисленные опыты которого во всех родах литературы привлекли внимание широкой аудитории к изящной словесности.

Во второй половине 18 в. достижения М. В. Ломоносова были развиты новыми, уже собственно литературными дарованиями. Г. Р. Державин оказался первым автором по-настоящему художественных поэтических произведений. Само распространение его поэтических шедевров уже помогало воспитывать эстетический вкус, а в кружке, сформировавшемся вокруг него и Н. А. Львова, категория вкуса стала определять ценность художественного произведения. Д. И. Фонвизин внёс в русскую литературу идеи и формы прозападнической ориентации. В том же направлении развивалось и литературное творчество Екатерины II. Западные идеи эпохи Просвещения оригинально и самостоятельно разработали применительно к условиям русской общественной жизни Н. И. Новиков и А. Н. Радищев. Критика современной русской действительности в их произведениях привела к обострению отношений литературы и власти (ссылка Н. И. Новикова, арест А. Н. Радищева, молчание Д. И. Фонвизина). Одновременно совершалось осмысление художественных форм рационалистических литератур классицизма и Просвещения. М. М. Херасков развил на русской почве жанр эпической поэмы, И. А. Богданович – пасторали, В. И. Майков – ироикомической поэмы, И. А. Хемницер – басни, Я. Б. Княжнин – трагедии. Также на русской почве прижились и другие жанры западной литературы: комедия, комическая опера, сатира, философский трактат, жанры журнальной полемики. Русские образцы создавались на западный манер, однако литература ещё не стала по-настоящему массовой, поэтому на рубеже 18–19 вв. она по-прежнему обращалась к опыту Запада.

Этап в развитии русской литературы, приходящийся на рубеж 18–19 вв., именуется карамзинским, поскольку именно Н. М. Карамзин завершил усвоение западного литературного материала, преобразовав литературный язык, сблизив книжную и разговорную речь. «Письма русского путешественника» Н. М. Карамзина вызвали продолжительный спор о старом и новом слоге, который шёл между двух крайностей: между традиционной концепцией русского языка А. С. Шишкова (в конечном счете – изоляционизм русской литературы и культуры в целом) и реформистской концепцией карамзинистов (унификация на европейский манер русской художественной культуры). В результате длительной борьбы произошёл синтез обеих стихий в творчестве А. С. Пушкина, хотя внешне складывалось впечатление, что победу одержали новаторы. В числе сторонников Карамзина – многие члены кружка «Арзамас» (В. Л. Пушкин, К. Н. Батюшков, П. А. Вяземский), а также И. И. Дмитриев, Н. И. Гнедич и др. В этот период появляется профессиональная критика и история русской литературы; здесь первым создателем системы выступил А. Ф. Мерзляков. Народные песни Мерзлякова были попыткой усвоить в литературе мотивы народной поэзии; сходная цель была достигнута в баснях И. А. Крылова. Усвоение достижений западной культуры стало заслугой В. А. Жуковского. Культ Средневековья, рыцарской чести и поклонения женщине открыл русской литературе новую сферу – сферу романтизма. Эпоха преобразования русской письменности закончилась, и началась эпоха самостоятельного творчества и литературного движения уже без оглядки на европейский опыт.