Записки из бронзового века (СИ) - Отсюдов Мефодий - Страница 41

Как говорится, всё по феншую.

Мои пацаны, помимо сопровождения меня, ещё функцию носильщиков выполняли – тащили мои барабаны. А по официальной версии – усиленно тренировались стойко переносить все тяготы и лишения службы, на которую я их с разрешения вождя подписал.

Пацаны, узнав про путешествие и, что они теперь почти что официально на государственной службе первой в мире частной военной компании числятся, чуть ли не до неба прыгали. Наивные! Они и не подозревали, какая судьба и какие испытания им уготованы мной и судьбой. Я, к слову, об этом пока ещё не думал, так что, топал в неведении, импровизируя на ходу.

На третий день пути созерцание однообразного ландшафта лично мне уже осточертело. Нет, это снова была не классическая степь, а что-то до боли знакомое. Но где я это видел и как это называется, вспомнить не мог.

Если знаете, что это такое, подскажите. А если словами описать – возвышенности и холмики, поросшие деревьями, нам часто встречались. Пару небольших рек форсировали вброд. Озера, поросшие камышом, видели. Вокруг часто зверьё всякое пробегало – лошади, олени, сайгаки, лисы, пару ежей видел. Дятла-дебила заприметил разок. Что он дебил я без подсказок понял, ибо нормальный долбоклюй в степи не обитает!

Но особенно много моих любимых байбаков и зайцев было.

Такие вот пейзажи – холст на масле.

А вот как погоду характеризовать – сомнений не было! Жара стояла неимоверная. Но в этом, лично я, шамана винил. Он сам накануне нашего отбытия по моей просьбе особый ритуал на хорошую погоду и удачу совершил.

– Большое камлание духам понравилось, они уже не так сильно сердятся и в пути вас непогода не настигнет, – уверял толмач, придя в себя после сложных переговоров с нашими невидимыми наставниками и защитниками.

Я, конечно, скептически ухмыльнулся, а оно вон как вышло…

Только нормальные люди, к коим я и себя отношу, под хорошей погодой подразумевают повышенную облачность и легкий прохладный ветерок, а не палящее солнце и жару за тридцать.

И вроде бы, когда в путешествие выдвигались, и тучки на небе были, и ветерок нужный дул. А чем дальше от ритуального холма отходили, так облаков всё меньше и меньше становилось, а воздух суше и суше.

Вот и не верь после этого в духов да шаманизм.

Топали мы, если я правильно в сторонах света разобрался, на северо-восток. Темп держали бодрый. Когда мне виды наскучили, я от нечего делать шаги пробовал считать, а потом это в километры переводить. По моим прикидкам за день мы по сорок километров как минимум отмахивали. И это в первые пару дней, пока, как выразился главнюк, ноги к ходьбе только привыкают.

Дальше – больше.

На пятый день мне надоело вообще всё, и я докопался до нашего Сусанина с целью проверить, знает ли он местность и дорогу.

– Туда (на восток) пойдём – в большую реку упрёмся, а на том берегу враги. Туда (северо-восток) – тоже эта же большая река. Она оттуда (с севера) течёт, – просветил меня наш Сусанин, он же главнюк, он же вождь. – Где-то там и там (тут я со сторонами света вообще не разобрался, ибо вождь рукой болтал из стороны в сторону) большая река изгиб делает и там она ещё маленькая и её можно перейти, не потревожив ВодОв. В большой реке их вообще много! Харам к ней подходить! Только когда Бабай лютует.

– Ага, – согласился я, примерно прикинув маршрут в голове. Как говорится, Америку для меня главнюк не открыл, я со школы помнил, что реки с севера на юг текут и начинаются они с ручейка. – Вождь, а идём то мы куда? Какая конечная точка нашего путешествия? Чем та местность примечательная, где наши соседи живут?

– Там в нескольких днях пути высокие камни есть, прикинь, они до самого неба достают. Там духи с неба на землю спускаются, чтобы поохотится. Там зверей очень много. И всякого колдунства тоже хватает, – удивился вождь моей некомпетентности в этом вопросе.

– А ты говоришь, там, – я махнул в сторону севера, – большая река совсем маленькая?

–Ага, – похвалил главнюк мою память.

–А враги там её не форсируют? А то перейдут втихаря и пока мы тут на расслабоне, надают нам по мордасам и сусалам.

– Нет, – скрипнул зубами вождь. Там, где большая река ещё маленькая, наши соседи живут. Мы, как раз, к ним в гости идём! Они не пропустят врага. Они там не одно поколение живут и не одно племя врагов об них зубы поломало.

– Ну-ну. Свежо предание, да верится с трудом, – хмыкнул я.

– Чего? – обозлился главнюк, воспринявший мой сарказм на свой счёт.

– Не, не! Нормально всё, говорю. Иду я себе, никого не трогаю. Облака считаю, километры наматываю и новые тексты камлальных песен придумываю, – моментально слился я. Ибо нафига мне с вождём то ссориться не пойми в какой местности. Я без него теперь дорогу в племя точно не найду.

Нанесённую мне обиду я, по древней традиции на своих подчинённых выместить решил. Пусть привыкают к начальственной дурости.

– Привал через каждый километр. Отжимаемся по тридцать раз, оправляемся, догоняем вождя, опять засекаем километр и так пока мне надоест, – проявил я начальственную выдумку.

На первом нашем привале, правда, чуть драка не случилась. А всё вождь! Взял и на ровном месте бучу поднял, типа, мы совсем от рук отбились и без его разрешения покинули строй.

Я его еле-еле утихомирил, напомнив и про элитных воинов, и про тренировки, и про подготовку.

– А теперь значит, заднюю включаешь? – прищурившись, попытался подловить я вождя. – Пока врага нет, двигайтесь так, будто мы с вами в строю идём. А на такие наши привалы внимания не обращай. Мы будем вас нагонять. Как – наши проблемы.

– А завтра не догоните, – раскритиковал мою идею вождь. – Мы спешим, а такой темп не всякий воин выдержит. Лучше равномерно идти, чем рывками.

– Ноу пейн, ноу гейм, – воздев указательный палец к небу, провозгласил я. – Как переводится – не знаю, но звучит прикольно. А если не догоним, то, какие же тогда у меня, тьфу ты, у тебя, вождь, элитные воины? А они должны стать вообще бест оф зе бест.

От непонятных слов и моего напора главнюк совсем завис. На короткие русские слова он уже адекватно реагировал, а вот с английским полная засада была. Пугали его заморские словечки.

А я этим, порой, бессовестно пользовался.

Вот и сейчас разок побаловался. А вождь, постояв пару минут, шевеля губами и размахивая руками, не нашёл ничего лучше, чем дать отмашку свите и двинуть скорым маршем в заданном направлении.

Одним словом, настоящий лидер у нас был.

Мы тоже не лыком шиты были, слово держали. Отжались пятнадцать раз, отдышались, повалялись на травке и бодрым маршем двинули вслед за отрядом.

Соплеменников догнали быстро, тут основная проблема оказалась в том, чтобы барабаны мои не разбить. Но вводной инструкции с вплетением пары матерных выражений хватило за глаза.

Пацаны мои барабаны берегли хлеще чем мать ребёнка.

Так мы и двигали до самого вечера – отжимаемся, отдыхаем, догоняем, идём и потом опять всё по кругу. По такому же сценарию прошёл и следующий день и ещё один. Неладное я заподозрил на одиннадцатые сутки нашего путешествия. По моим прикидкам мы уже должны были по берегу в сторону истока этой загадочной большой реки двигать, а большой водой и не пахло.

Шли мы уже по дремучему лесу. Благо тут тропинки были, зверьём протоптанные. Или может, кто другой постарался.

– И какого рожна? Когда я к этим абырвалгам шёл такого не было, – постоянно бухтел я, отмахиваясь от полчищ комаров и других кровососущих тварей. – Тут тропинки, значит, а у меня – непроходимые дебри и колючий кустарник.

Пацаны тоже культурный шок испытывали. Они то таких зарослей отродясь не видели. Да и я, если уж по-честному, всё чаще ронял челюсть на дорогу, увидев необъятный дуб или высоченную сосну.

До попаданства в этот мир я тягой к турпоходам не отличался. Это тут этим поневоле заболел и научился запад от востока отличать, понял, как узнать, где север, а где юг. И этот небольшой багаж знаний, наложенный на виртуальную карту из двадцать первого века, что хранилась в моей голове, уже вовсю сигнализировал о расхождении с первоначальным планом нашего маршрута.