Похвали меня - Кейт Сара - Страница 11

Правило 8:

Можно быть слишком вызывающе одетой,

даже если вы работаете в секс-клубе

– Готово? – Эмерсон возвышается, стоя за моей спиной, пока я заполняю сотую страницу чертовски скучных бумаг.

– Неужели и впрямь необходимо ставить мою подпись на каждой странице этого пакета? – шучу я и улыбаюсь. Он же хмуро глядит на меня сверху вниз, никак не реагируя на мою шутку.

– К сожалению, да. А теперь собирай вещи, я отвезу тебя в клуб. Хочу провести экскурсию и познакомить со всеми.

Я расправляю плечи. Со всеми? В клуб? Я думала, что это будет работа в одном месте. То есть я знала о том, что клуб строится, но особо не ожидала, что попаду туда. И познакомиться с любителями извращений? Мои ладони тут же начинают потеть, и я бросаю взгляд на свою одежду.

Теперь мне понятно: выбирая одежду для новой административной работы, вы должны остановиться на самом строгом, самом деловом наряде. Но по какой-то причине, собираясь сегодня утром, я была не в духе. Нет, не скажу, что прозрачную блузку и черный лифчик я надела случайно, но я все еще была настолько зациклена на нашей первой встрече в его офисе, что машинально пошла на что-то более… рискованное, чем обычно.

Я хотела… не знаю, наверно, произвести на него впечатление. Нет, впечатление – не то слово.

Завести его? Фи, только не это.

Сделать ему приятно? Да-да, именно так. Мне хотелось надеть что-то такое, что понравилось бы не только мне, но и ему. Если честно, не знаю, как к этому относиться, но это то, что есть.

– Прямо сейчас?

– Да, прямо сейчас. Ну, давай же. Я поведу машину.

Он поворачивается на каблуках и хватает синюю куртку. Следую за ним через дом к гаражу и, пока он идет впереди, бесстыдно пялюсь на его широкие плечи. Они великолепно смотрятся в облегающей хлопчатобумажной рубашке. Она светло-серая, с тонким дамасским узором.

Затем мой взгляд скользит ниже. Темно-серые брюки плотно обхватывают ягодицы и мускулистые бедра Эмерсона. Я вижу сходство в телосложении между ним и Бо. Тот тоже крупный, но я никогда не видела, чтобы брюки сидели на нем так соблазнительно.

Когда мы подходим к гаражу, он открывает дверь и впускает меня внутрь. Это просторное помещение, способное вместить четыре машины, но у Эмерсона здесь стоит только одна. Черная и дорогая. Автомобиль подает звуковой сигнал, и я вздрагиваю при мысли о том, что он вот-вот увидит мою машину.

Еще мгновение, и взору Эмерсона предстает мой потрепанный седан «Субару» с клейкой лентой, намотанной на зеркало заднего вида. Его глаза на миг задерживаются на этой позорной конструкции.

– Я неплохо вожу машину, – оправдываюсь я. – Просто мы с младшей сестрой играли в учебную пожарную тревогу на красный свет, и я слишком увлеклась.

Он хмурит брови и с любопытством смотрит на меня.

– Учебная пожарная тревога на красный свет?

– Да. Это когда вы останавливаетесь на красный свет, и кто-то кричит «пожарная тревога», и все должны выйти, обежать вокруг машины и вернуться на свои места, прежде чем загорится зеленый. Так вот, один раз я выскочила и в спешке сбила собственное зеркало. Оно отлетело в сторону, и мне пришлось залезть под грузовик, чтобы его достать.

Морщинка на лбу Эмерсона делается глубже и резче.

– Звучит довольно опасно.

– Это да, зато весело.

Ну почему он даже не улыбнется? Он вечно такой задумчивый. Его глубокие темно-зеленые глаза смотрят на меня без капли юмора. Мне тотчас становится не по себе.

– Никогда в такое не играл, – отвечает он, открывая дверь со стороны водителя.

– Мне кажется, вы просто играете в другие игры.

Он вопросительно смотрит на меня. Я буквально вжимаюсь в сиденье, лишь бы избежать его взгляда. Но когда он садится рядом со мной, клянусь, я на один краткий миг замечаю на его лице намек на улыбку.

Поездка проходит в молчании. Когда мы подъезжаем, оказывается, что это вовсе не новое здание, а старый кирпичный склад, который, похоже, находится на реконструкции. И находится он почти в центре города. Окна и двери закрыты картоном, стены в строительных лесах, снаружи припаркованы грузовики. Прямо над дверью логотип компании, блестящий круг из черного железа с буквами КРИ.

Эмерсон паркует машину на другой стороне улицы, подальше от грязи и мусора строительной площадки. Пытаюсь опустить юбку на пару дюймов ниже и скрещиваю руки на груди, чтобы прикрыть ими лифчик.

Глупо, глупо, глупо.

Как только мы захлопываем дверцы машины, из здания выходит высокий блондин в пыльных джинсах и обтягивающей фланелевой рубашке и направляется в нашу сторону. На голове у него каска, еще две он несет в руках. Кроме того, он как будто чем-то недоволен, но стоит ему поднять голову и посмотреть мне в глаза, как выражение его лица внезапно меняется. Губы расползаются в улыбке, голубые глаза скользят по моему телу. Когда же он поворачивает голову, я замечаю хвостик белокурых волос, торчащий из-под каски. Ловлю себя на том, что в упор смотрю на точеные скулы и пухлые розовые губы. Да он настоящий красавчик!

– Эй, привет! – говорит он, глядя на меня обезоруживающим взглядом.

Эмерсон прочищает горло, чем возвращает внимание к себе.

– Дрейк, это мой новый секретарь, Шарлотта Андервуд. Шарлотта, это наш генеральный подрядчик Дрейк Нильсен.

– Новый секретарь, – многозначительно говорит Дрейк, растягивая слова, и, взяв мою руку, подносит ее к губам. Есть что-то странное в том, как он произносит слово «секретарь», но я слишком загипнотизирована его вниманием, чтобы понять, в чем дело.

– Дрейк! – рявкает Эмерсон таким тоном, словно собирается устроить ему головомойку.

Дрейк даже бровью не ведет, наоборот, едва заметно подмигивает мне. Наконец до меня доходит, потому что мозг начинает тормозить. Этот древнегреческий бог смотрит на меня так, как будто мы собираемся трахаться. Дрейк наверняка считает, что я одна из специальных секретарш Эмерсона.

И знаете что? Не скажу, что мне это неприятно.

Я почти не хочу, чтобы Эмерсон поправлял его, но, конечно же, именно это он и делает.

– Она моя настоящая секретарша, Дрейк. Брось.

На лице подрядчика появляется намек на разочарование. Должно быть, есть некое неписаное правило, согласно которому люди, которые знают толк в извращениях и участвуют в них, могут вести себя друг с другом по-особому. Но для остальных они вынуждены менять свое поведение. Как будто мы маглы [6], а они волшебники.

И в данный момент мне не нравится быть маглом.

– Да, – отвечаю я и поджимаю губы, делая несчастное лицо, как будто и вправду до глубины души этим расстроена. – Скучная секретарша.

Грубая рука Дрейка скользит по моей, как будто он пытается меня околдовать.

– Мы попробуем это изменить.

Внезапно более мягкая ладонь хватает меня за талию и резко отдергивает от подрядчика.

– Довольно. Нас ждет работа.

Дрейк со смехом следует за нами.

– Не забудьте ваши каски.

Загораживая меня своим телом от Дрейка, Эмерсон бесцеремонно выхватывает их из его рук. Однако подрядчик не следует за нами внутрь. Вместо этого он начинает выкрикивать приказы бригаде рабочих на строительных лесах снаружи.

Прижимая меня к себе, Эмерсон шепчет мне на ухо:

– Держись от него подальше. Он не знает границ.

– В чем его извращение? – интересуюсь я.

Эмерсон в упор смотрит на меня. Его рука все еще обнимает меня за талию, и, прежде чем мы доходим до двери, он останавливает меня.

– Ты не можешь просто ходить и спрашивать у людей, какие у них любимые извращения.

– Но вы сказали…

Он стоит невероятно близко и нависает надо мной.

– Я знаю, что сказал. Я просто не хочу, чтобы ты… – он, не договорив, умолкает.

– Чтобы я что?

– Ты просто моя секретарша, хорошо? А еще бывшая подружка моего сына, помнишь? Я не хочу, чтобы ты ввязывалась в это дело. Так что не спрашивай людей об их извращениях и не заигрывай с мужчинами.