"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Липарк Михаил - Страница 507

Потому прибытие черного корабля жители Варисфольда ожидали со смесью ужаса и любопытства да шептали, что с проклятого борта явятся не люди вовсе, а мертвецы-драуги! И торговать они будут не древесиной с пушниной, а своими костями!

Кое-кто даже спешно прикупил у странствующих вёльд амулеты для защиты от мертвецов, а скальды-потешники уже сложили новые песни о Кровавой Деве в венце черных звезд и мертвом Ярле, полюбившем ее. Песни эти распевали во всех питейных и горланили на набережной, а мальчишки-разносчики за мелкую монетку шепотом пересказывали новости о Деве из Саленгварда всем, кто имел уши и ту самую монетку.

Так что к началу торговой недели весь Варисфольд только и ждал появления ужасной «Ярости Моря».

Но увы, пока в гавани покачивались лишь мирные и скучные торговые посудины, и это несколько расстраивало горожан.

А вот Альве от всех этих разговоров о Саленгварде хотелось завизжать на всю торговую площадь вместе с набережной!

Отпихнув очередного мальчишку-разносчика и взяв у бойкой лавочницы спелых краснобоких яблок, Альва двинулась прочь от торговых рядов. Она заставила себя думать о приятном и шла, размышляя, в чем встретит вечером своего мужчину, какое платье лучше подчеркнет ее красоту и какие камни добавят блеска прекрасным глазам. Синие или все-таки зеленые?

Она так задумалась, что не заметила ильха, словно выросшего из-под земли.

– Смотри, куда прёшь, – буркнула она недовольно.

Подняла взгляд. И испуганно отпрянула в сторону. Сильная рука не дала ей сбежать, крепко обхватив запястье.

– Вот и увиделись, Альва, – почти нежно произнес тот, о ком она боялась даже думать.

– Пусти… – Альва забилась, но держали ее крепко. И красавица поняла, что на этот раз Перворожденные ей не помогут…

– Эйтри-Янтарь всегда отдает долги, – произнес ильх.

***

Верман выругался. Новый хёггкар оказался плохо залатанной посудиной, а новая команда – неумелыми дураками!

Спасаясь из проклятого города, Верман успел прихватить всего одну кость. Слишком мало для того, что купить достойный его хёггкар! И потому пришлось довольствоваться лишь этой развалиной!

– Эй, там, поворачивайтесь, ленивые задницы! – прикрикнул он на босоногих ильхов, складывающих парус. Те, ответили косыми взглядами и недовольным ворчанием.

Верман приложил к глазам руку, всматриваясь в горизонт. Надо добраться до берегов Гараскона, который уже совсем близко, остановиться у скал, ожидая подношение. Люди болтали, что на днях в городе выловили банду воров, так что к вечеру их наверняка отправят в море с камнями у ног. А Верман – тут как тут. Подберет и обогреет. Хорошие рабы нужны на всех берегах! Глядишь, к весне удастся накопить на ладный хёггкар.

Конечно, он будет не таким, как всем известная «Ярость Моря», до которой Верман так и не добрался.

Но подобного «Ярости» хёггкара нет в водах фьордов.

Верман скрипнул зубами, вспомнив о вожделенной и такой недоступной добыче.

Если бы он сумел найти «Ярость»! Если бы только сумел! Но увы, приходится тащиться на этой посудине, похожей на подыхающего осла!

Словно в ответ на его мысли, Хёггкар с гордым названием «Несокрушимый» вздрогнул и остановился.

– Какого пекла? – заорал Верман.

– Кажется, мы на скалу напоролись…. – крикнули в ответ.

Верман перегнулся через борт, пытаясь рассмотреть, что преградило им путь. И тут «Несокрушимый» мелко задрожал и плюхнулся на бок!

Все еще ругаясь, Верман рухнул в воду. Хотел призвать хёгга, но не успел – его тело обвили со всех сторон щупальца. Обвили и подтянули к жутким рыбьим глазам близко-близко. На брюхе чудовища темнел кривой порез. И Верман слишком поздно понял, что на этот раз кракен его не отпустит.

Эпилог

Командор Этан Грей хлопнул дверцей чёрного автомобиля с непроницаемыми стеклами и, не замечая приветствий сослуживцев, пересек парковку у серого здания госбезопасности. Его провожали косые и удивленные взгляды, но Грей их как всегда проигнорировал.

Он знал, что о нем говорят. Шепчутся в тиши коридоров, озираясь и прикрывая руками рты. Кто-то считал, что командор слишком одержим миром за Туманом, что один раз побывав там, он потерял разум. Что фьорды стали его навязчивой идеей, которая погубит и самого командора, и всех, кто стоит за ним.

Иные шептали, что командор заразился в диких землях неведомой болезнью, и она сводит его с ума, а заодно меняет его тело. Даже в жару Этан Грей теперь не снимал кожаных перчаток, а его тело всегда закрывал жёсткий форменный мундир.

Шептали это, конечно, так тихо и тайно, чтобы слухи не дошли до самого Грея.

И все же он о них знал.

Впрочем, в его ведомстве не было ничего, о чем не знал бы командор.

А может, и во всей Конфедерации.

Сеть шпионов и докладчиков исправно делала свою работу, принося вести – плохие и хорошие.

Три дня назад ему доложили, что Туман у тридцать седьмого наблюдательного пункта пересекли два человека. Мужчина и женщина. А добравшись до поста охраны, мужчина передал код, расшифровать который мог только сам командор.

В ответ тут же был отправлен военный борт, который приземлился на закрытом и тщательно охраняемом аэродроме недалеко от столицы. С которого Клейм – а это, несомненно, был он – сумел улизнуть.

Как он прошел сквозь заслоны охранной системы и живых людей – оставалось неясным. Почему ушел – тоже.

А главное – почему час назад прислал еще один код – на личный номер командора, которого никто не знал.

Грей нахмурился. Отправлять на задание этого агента было невероятным риском. Да и агентом Клейма можно было назвать весьма условно. Командор так и не понял, на кого и ради чего работает этот…субъект. Назвать его человеком у Грея язык не поворачивался. Клейм имел красный гриф, код повышенной опасности и полностью засекреченную биографию. На тонкой папке с его делом стояли две страшные буквы: А и М в черном круге.

Аннигиляция.

Модификация.

Агенты без реальных имен, но со стопроцентной отчётностью по самым сложным, практически невыполнимым делам. Клейм мог отказаться от любого задания, не объясняя своих причин, но уж если брался, то неизбежно их выполнял.

Всегда.

И именно это стало причиной того, что командор отправил за Туман столь непонятного агента.

И вот он вернулся.

С женщиной!

Значит, задание выполнено?

Не мог ведь Клейм приехать назад с Мирандой Коллинз – случайной пешкой этой войны с фьордами?

Нет, Коллинз, наверняка, сгинула где-то за Туманом, как и приказал командор, а в столицу Клейм привез ту, за которой и отправился на фьорды. Вёльду.

Но почему тогда Клейм покинул сопровождающих и исчез с аэродрома? Куда он отправился вместе с пленницей? Почему вернулся? И какого демона он знает личный номер командора Грея?

Балансируя между злостью и радостью, командор быстрым шагом миновал безликие коридоры здания, приказал никому его не беспокоить и толкнул дверь своего кабинета.

Лампы не горели. Комната тонула во мраке. Лишь в распахнутое окно – окно, которое сам Грей никогда не открывал, – втекала желтая река света от горящих внизу фонарей.

На миг показалось, что кабинет пуст, и Грей непроизвольно сжал в кулак левую руку. И привычно – уже привычно – ее не почувствовал. Пока Клейма не было, белая изморозь растеклась по телу командора до самого плеча.

Но потом тени шевельнулись, и он заметил две фигуры, стоящие у окна.

Мужскую и женскую. Они стояли друг напротив друга, не прикасаясь. Но у командора возникло чувство, что он увидел что-то запретное. Что-то слишком личное. То, что не должны видеть чужие глаза.

И разозлившись, командор ударил по включателю. Яркий белый свет залил помещение – такое же серое и безликое, как и все в этом здании.

Мужчина у окна повернулся к командору, и Грей наконец увидел лицо Клейма. Но оно было неуловимо иным, словно на фьорды отправлялся один человек, а вернулась его копия. Похожая, но копия. Грей не мог объяснить, что в Клейме теперь выглядит иначе. Возможно, дело во взгляде. Теперь он не был таким… пустым?