Расследования & Путешествия - Устинова Татьяна - Страница 8

– Я знаю это, – опустил голову равви.

– Скажите, что у вас пошло не так? – неожиданно спросила Эльза. – В чем промахнулись? Вы создали рецепт глины на основе крови троих человек, прочитали нужные молитвы, в этом я не сомневаюсь, поскольку он ожил, но что вы сделали не так? Почему он набросился на вас? Ведь он убил вашего ученика. – Она кивнула на труп молодого человека. – Почему Голем решил уничтожить своих создателей?

– Понятия не имею, уважаемая пани, – покачал головой равви. – Нам казалось, мы близки к совершенству, уже коснулись…

– Бога? – договорил за него Крымов.

– Его силы и мудрости, его дара, который когда-то получил наш предшественник – Иегуда бен Бецалель. Но он создал своего Голема, верного слугу и друга, а мы – бездушное чудовище, способное только убивать.

– По легенде, Иегуде бен Бецалелю помогал сам Господь, – сказал Андрей. – Он создал Голема, чтобы тот защищал от недругов гетто. В этом была практическая цель. А зачем вам понадобился Голем?

Раввин посмотрел на него, но ничего не ответил. А разволновавшийся Крымов не смог не задать еще один вопрос.

– Неужели искушение создать живое существо, подобно Богу, так велико? – нахмурился детектив. – Если честно?

– Очень велико, – неожиданно вдохновенно произнес равви.

– Да любая женщина может родить хоть пять мужиков, хоть десять, в отличие от Голема они будут и говорить, и мыслить, и даже любить вас. Может быть, станут гениями. Зачем же вам это нужно?

Равви прислонил двустволку к стене, сел на ближайший стул и усмехнулся:

– Вы не понимаете, уважаемый пан. Женщины рожают подобных себе – обычных людей. А это – сверхъестественное существо. Голем Льва Бецалеля обладал гигантской силой, его не брали сталь и огонь. При всей своей мощи он мог передвигаться с быстротой животного, чтобы везде поспеть и обезопасить гонимых иудеев. Творение Голема – это создание чуда, а не подобного себе. Я мечтал об этом тридцать три года, с шестнадцати лет. С тех самых пор, как услышал легенду от своего учителя равви Иехиля бен Нахмана с Кутна Горы. Он сам юношей участвовал в создании Голема и со своим учителем оживил его. Тот стал человеком и ушел в мир.

– Они отпустили в мир Голема?

– Мой учитель думал, что тот вернется, но он ушел навсегда. Позже они узнали, что его сбил поезд. Голем встал на пути и сам подставил себя под удар.

– Но зачем?

– Он был уродлив, нем и не смог справиться с этим.

– Может быть, он хотел, чтобы его полюбили? – спросила Эльза. – Но ему отказали в этом чувстве?

– Может быть, – пожал плечами равви. – Я не знаю. Но знаю другое: с каждым столетием каждый из нас, кто лепит Голема, вдыхает в него жизнь, надеется на то, что он создаст нечто более совершенное. И многим это удается, добрая пани. Но лучшее – впереди.

– И все-таки вы соревнуетесь с Богом, – заключил Крымов. – Хотите того или нет, но вами, равви, и подобными вам движет гордыня.

– Вы правы, – вдруг откликнулся ученик, поднимая голову, и глянул на случайных гостей этого дома. – Святая гордыня! И я посвящу всю жизнь созданию совершенного Голема, который станет моим другом и слугой, для которого не будет преград ни в чем.

– Тяжелый случай, – констатировал Крымов. – Ну что, милая, уходим? – обернулся он к Эльзе. – Оставим этих господ разбираться с их эго, товарищами по партии и правосудием?

– Уходим, – согласилась она.

Как же упоительно было вдохнуть аромат свежей весенней ночи после подвального спертого воздуха, напитанного смертью. Они подошли к мотоциклу, когда на телефон Эльзы пришло сообщение. Она читала внимательно, вновь становясь собранной и серьезной.

– Что там? – спросил Крымов.

– Новая подсказка. Посмотри на это фото. – Она повернула к нему экран. – Тебе этот дом ничего не напоминает?

Величественный строгий особняк, окруженный садом, показался очень знакомым. Он словно видел его совсем недавно, но где? И сада такого не было, и стоял этот дом в центре города, среди других, куда более новых построек, как вырванный из глубокого Средневековья артефакт. Знакомые очертания, расположение окон и дверей…

– Стоп, это же копия Староновой синагоги на Парижской улице, да?

– Ага, – кивнула девушка. – Именно – копия. Только этот дом на Кутна-Горе и принадлежит он старинной еврейской семье, в которой каждый мужчина становится раввином. Их фамилия – Иехиэль.

– И такой у нас есть. Первый во второй тройке подозреваемых, что живет в предместьях, верно?

– Верно. Нынешний равви – Шломо бен Иехиэль. Мне рекомендовано лететь туда немедленно. По дороге я получу новую информацию. Но все нужно сделать этой ночью. А точнее – прямо сейчас.

– Сколько же отсюда до Кутна-Горы? – вопросил Крымов и достал айфон. – Ну-ка. – Он заглянул в Интернет. – Почти семьдесят километров. Что скажешь?

– За час долетим, – ответила Эльза. – С ветерком – минут за сорок.

– Тогда полетели, – сказал Крымов.

Эльза надела шлем, перекинула ногу через седло. Андрей уселся сзади, крепко прихватил ее за талию.

– А кто дает эти указания тебе? Типа с ветерком? Кто твой куратор?

– Не скажу, – просто ответила Эльза и нажала на газ.

Мотоцикл взревел и сорвался с места – их ждали загородная трасса, звезды и луна, в эту ночь пронзительно яркая до преступной бесстыдной наготы.

6

Когда-то городок Кутна-Гора был богатейшей провинцией Чехии, потому что именно тут открыли и разрабатывали знаменитые серебряные рудники, сделавшие Чехию несметно богатой. Город уступал по богатству только одной величественной королевской Праге, а по красоте храмов вполне мог соперничать.

Они ворвались в спящую Кутна-Гору шумно, разрушая благоговейную тишину, с вызовом пронеслись по узким темным улочкам и вылетели на другом конце города. Еще пара километров, и они у цели: мощеная дорога, богатые частные дома, сосны и ухоженные сады. Только один сад так разросся, что за ним и дома почти не было видно, одна зубчатая крыша, точь-в-точь как у Староновой синагоги в Праге.

Они остановились в указанном месте, тут на телефон Эльзы и пришло новое сообщение. Отважная спутница Андрея получила подробный инструктаж: куда подъехать, как перебраться через двухметровый каменный забор с чугунным навершием, также пришел план дома с указанием, в какой зале могло происходить «таинство».

Андрей тоже времени не терял: полез в Интернет и стал искать информацию о хозяине дома, недалеко от которого в ночной тени деревьев они остановились.

– Слушай, – уже через пару минут сказал он. – Этот дом построил магнат семнадцатого века, разбогатевший на добыче серебра, некто Иезекиль бен Иехиэль, сын Ицхака. Как я понимаю, предок нынешнего раввина. Но вот что интересно и загадочно: у него якобы был удивительный слуга, палочка-выручалочка, обладавший сверхъестественным чутьем на богатство. Оно словно притягивало его. Этот слуга обладал огромной силой, говорить не мог, только мычал…

Крымов вопросительно посмотрел на Эльзу.

– Дальше, – кивнула она.

– Все думали, что у него отрезан язык. Именно так говорил о своем слуге Иезекиль бен Иехиэль. Слуга ходил, простерев перед собой руки, а когда останавливался и начинал то ли мычать, то ли стонать, там и находили залежи серебра.

– Это был не простой слуга, – сказала Эльза.

– Да, милая, это был Голем. А Иезекиль бен Иехиэль оказался сыном того самого Ицхака, помощника и зятя Льва бен Бецалеля, который вместе со своим тестем оживил его. Только этого Голема, который был заточен на поиск серебра, создал и оживил Иезекиль бен Иехиэль. Воротила купил огромные земли, построил этот самый дом, похожий как две капли воды на Староновую синагогу, стал знаменитым пражским магнатом. Но однажды его слуга вышел из-под контроля, случилась какая-то история с юной служанкой, на этом все и закончилось. Как видно, опасаясь непредсказуемого помощника и слуги, помня о бунте первого монстра, Иезекиль бен Иехиэль вытащил шем из его рта. И еще, первый Голем, созданный Бецалелем, защищал иудейский квартал от посягательств врагов, а второй – искал серебро.