Расследования & Путешествия - Устинова Татьяна - Страница 7

– Что случилось? – спросила Эльза. – Он умер? От заворота кишок?

– А ты еще не поняла?

– Да скажи уже, если ты такой умный. – Она готова была обидеться.

– Он выплюнул свой чертов шем, вот что случилось. Без него он мертв. Но если вложить его обратно, сама понимаешь, что будет.

– Хорошо понимаю, – кивнула Эльза.

– Вот что мы сделаем, – кивнул Крымов, встал и двинулся вниз. – Пошли, ангелок.

– Хочешь найти шем?

– Ага, сейчас, только покопаюсь в потрохах этих трех дураков.

– А что?

– Сейчас увидишь.

– Ты и впрямь такой умный? Или я глупая?

– Я просто хорошо сделал домашнее задание, спасибо моему работодателю. – Крымов осторожно подошел к скрюченному гиганту, вытащил из кожаных ножен, прятавшихся справа на груди, нож, сел на корточки и повернул патлатую голову мертвого дикаря.

– Какой мерзкий, бр-р! – поежилась Эльза.

– Нормальный для Голема, – ответил Крымов.

Он нацелился ножом на его лоб, поднес лезвие и срезал надпись «эмет» со лба мертвого гиганта, чтобы и следа на голове не осталось. Потом встал и отошел на два шага. Вдруг они оба увидели, как с трупом стали происходить невероятные метаморфозы. Кожа стала серой, глаза помутнели, тело стало покрываться трещинами – как это бывает с землей в засушливую погоду. Они становились все шире, а тело – еще чернее. В одну минуту недавно живой гигант превратился в земляной холм в форме скрюченного человека.

– Да-а, – выдохнула Эльза. – Не верю глазам, Андрей, не верю…

– Таких следов оставлять нельзя. – Он отрицательно покачал головой. – Мой куратор мне этого не простит.

Он пнул гигантский земляной холм в форме огромного человека, тот рассыпался на их глазах и стал просто землей.

– Какое у тебя было задание от твоих кураторов? – спросил Крымов. – Уничтожить Голема или доставить заклинания?

– И то и другое, – честно ответила Эльза. – А у тебя?

– В первую очередь – доставить сакральные документы. Хорошо, они оставили их на буфете. Как поступим, милая почти незнакомка?

– Сделаем копии и поделим, – ответила его подруга. – Не убивать же нам друг друга из-за этих проклятущих заклинаний? Глаза бы мои их не видели!

– Это уж точно, – кивнул Крымов. – Еще нужно убрать все следы нашего присутствия и ретироваться через крышу. Я ничего не забыл?

– И все это сделать как можно скорее, – добавила Эльза.

5

Когда они оказались на крыше соседнего дома в ярком свете луны, оба решили перевести дух. То, свидетелями чего они стали, было предназначено не для посторонних глаз. Но даже им, профессионалам, такое нужно было переварить.

– Ты как? – спросил спутницу Крымов.

– Ничего, – с запинкой отозвалась Эльза.

Золотились черепичные крыши Праги в свете яркой весенней луны, блестела прекрасная Влтава. Поднимались в небо разбросанные по городу башни храмов, дворцов и ратушей, шпили домов. Ухоженный европейский город, спавший мирным сном, радовал глаз. А где-то совсем рядом, в разгромленном доме, осталась кровавая баня. Возможно, соседи уже вызвали полицию.

Крымов с удовольствием взглянул на Эльзу – в черном облегающем спортивном костюме она смотрелась кошкой на крыше. С золотой челкой из-под шапочки. Дерзкие тугие косы разметались по плечам. Той кошкой, которая ходит сама по себе? Или той, кто выполняет чьи-то задания?

– Ты же знала, кто я такой, верно? – спросил он.

– Ага, – кивнула она.

– Выходит, знала обо мне больше, чем я о тебе.

Она обернулась к нему, усмехнулась:

– Выходит, что так, умник.

– И я не первая жертва случайно сломанного каблука и твоих хорошеньких ножек?

– Увы, нет. Первой жертвой был мой учитель – и я действовала по собственной инициативе. Набиралась опыта. Второй раз я использовала этот прием, когда знакомилась с одним послом.

– И какой я по счету?

– Третий.

– Надеюсь, сексом ты занималась со мной не по заданию?

– Обижаете, господин Крымов, я же не шлюха! Ты мне понравился.

– Ну слава богу.

Он взял ее за руку, притянул к себе.

– Шапочка тебе идет, особенно к косичкам.

– Знаю, мне все идет. Я же красотка. Лучший козырь для шпионки.

– Какая же ты. – Он покачал головой.

– Да, я такая, – Эльза посмотрела ему в глаза, – хитрая, ловкая, немного циничная лгунья.

– И очень развратная лгунья.

Она вцепилась коготками в его ладонь:

– Умеренно. Чем ты недоволен? Ты мне и впрямь понравился, – призналась она. – Галантный кавалер. Роскошный самец. Загадочный тип. В смысле, рыцарь. Ну, типа того.

– Да, я такой. И не типа, а рыцарь. На все сто процентов.

– Вот и я о том же. И очень нескромный, кстати.

– Какой есть!

– Но я и не поклонница скромных мужчин.

– А вот в это я верю, кстати. – Он сделал ударение на последнем слове.

Андрей крепко обнял ее, поцеловал в губы. Трудно придумать более романтичный поцелуй – на крыше в Праге под ночным весенним небом, когда внизу безумцы оживляют големов и пытаются разрушить мир. А они, ночные волки, пытаются его сберечь. Ну разве не круто?

Эльза ткнулась подбородком ему в плечо.

– Ужасный день. Хуже не придумаешь. – Она помолчала. – Так что, нескромный мужчина, кто у тебя следующий в списке? – И отстранилась: – Есть такой?

– А у тебя есть?

– Да. – Подумав, девушка пожала плечами: – Чего нам теперь друг от друга скрывать? Первой открою карты. Я же в долгу у тебя: заморочила бедняге голову, затащила в постель, можно сказать…

– До постели пока не дошло – все произошло на тумбе.

– А, точно!

– Давай имя, болтушка!

Она назвала. Крымов усмехнулся:

– Он самый. И тоже два ученика.

– Тогда едем? У меня мотоцикл через две улицы.

– Едем, – кивнул Андрей. – Это же на самом краю города?

– Именно так. – Она уже шла по крыше впереди него. – Я там проезжала сегодня – одинокий дом в лесном массиве. Стой! – Она выставила ладонь в его направлении.

Внизу уже завывали сирены полицейских машин, и куда они ехали, догадаться было несложно. Три автомобиля подлетели друг за другом к соседнему дому, где они только что были. Из машин высыпали вооруженные блюстители правопорядка.

– Их ждет большой сюрприз.

– Огромный.

– Будем осторожны, – предупредил Андрей.

– Будем, – согласилась Эльза.

Она оказалась отличной мотоциклисткой. Пролетели по Старому городу и быстро оказались на его окраине, между Палмовкой и Новой Либенской синагогой, где у паркового массива стояли частные особнячки. Дом нашли сразу. Выглядел он безукоризненно, только отчего-то тревожно горел свет в гостиной. Они подкрались и заглянули в окна первого этажа – никого. Но что-то было не так. Перевернутая настольная лампа, опрокинутая ваза. Все выглядело на удивление тихо, как будто громы и молнии уже пронеслись, теперь оставалось пожинать плоды бедствий.

И Крымов, и Эльза вытащили оружие. Дверь оказалась открыта. Они переглянулись и вошли. Он – первым, она прикрывала его. Холл, лестница в подвал…

Они осторожно и бесшумно спустились. Картина им предстала почти знакомая. В середине подвального помещения – стол. Пустой. Рядом лежал убитый молодой человек в фиолетовой мантии иудейского священника – у него была явно свернута шея. Второй, в таком же одеянии, сидел у стены, обхватив голову руками. Судя по всему, он пребывал в глубочайшем шоке. У стола лежала знакомая груда земли в форме человеческого тела, но без головы. Равви, стоявший у дальней стены, держал в руках охотничью двустволку.

– Что случилось? – спросил Крымов.

– Я вовремя успел снести ему голову, – дрожащим голосом проговорил священник лет пятидесяти и кивнул на кучу земли.

– Ясно, – сказал Крымов. – Вместе с шемом во рту и надписью «эмет» на лбу?

– Именно так. Кто вы?

– Я работаю на ваше братство. Господин Давид Коэн бен Кастиэль будет очень вами недоволен, гарантирую. И вас ждет товарищеский суд, как я понимаю.