Карабинер (СИ) - Форс Элен - Страница 9

Глаза мужчины темнеют, нос с горбинкой подёргивается, на переносице образуется несколько морщинок. Карабинер раздражён.

- Это должно как-то на меня повлиять?

- Да. Вам должно быть жалко меня? – Мой вопрос его веселит. Мужчина не смеётся, но лицо светлеет. Он хватает меня за шиворот и поднимает на ноги. Я случайно тыкаюсь носом ему в грудь, вдыхаю аромат мужского сильного тела. Мне хочется, чтобы мужчина защитил меня, окутал своей властью и выдернул из этого дерьма.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​- Прости, но мне давно уже никого не жаль. Каждый сам отвечает за свои поступки. – Он поворачивает на сто восемьдесят градусов и толкает к двери. Я упираюсь ладонями, слушая дикий стук своего взволнованного сердца. Боюсь до ужаса открыть её и выйти наружу.

- Извините. – бросаю через плечо, не решаясь посмотреть ему в глаза. – Извините, что доставляю Вам проблемы. До свидания.

Хватаюсь за ручку, чтобы открыть дверь и выйти из кабинета, но проклятая дверь не поддаётся, я толкаю её от себя изо всех сил.

- Ну же! – восклицаю отчаянно на русском. – Что же это!

Тёплая ладонь накрывает мою руку, удерживающую ручку. Карабинер заставляет меня остановиться, затихнуть. Ему не нужно ничего говорить. Мужчина внушает взглядом страх и желание подчиняться.

Он плавно тянет на себя и дверь поддаётся. Я краснею, чувствуя себя идиоткой.

- Сантьяго. – хриплый голос над ухом вызывает трепет. Мне нравится манера Карабинера разговаривать, он никогда не кричит и не повышает голос, но каждое сказанное им слово внимательно усваивается. – Отведи девушку в камеру. Её сведения оказались очень полезными.

Бросаю на него полный признательности взгляд, готова расцеловать Карабинера. По крайней мере после нашей встрече срок моего заключения не вырастит в два раза.

Глава 9. Под покровителем.

Мне хотелось провалиться сквозь землю, вычеркнуть это из своих воспоминаний.

Я закуталась в одеяло и легка лицом к стене, щёки пылали от сжирающего стыда. Перед глазами так и стояло насмешливое лицо, когда я упрашивала мужчинe стать моим покровителем. Зейд брезговал такой как я.

По щекам текли слёзы. Не о такой жизни в Италии я мечтала. Нет, совсем не о такой.

Ночью я всё также не могла заснуть, мне постоянно мерещились шаги. Было страшно, что кто-то опять попытается причинить мне физическую боль.

Я устала. Физически и морально. У меня не было сил бороться со всем миром. Я устала на столько, что предлагала себя чужому мужчине. Отчаяние пробило дно.

Если бы у меня была мама, я бы сказала, что хочу к маме… но у меня никогда никого не было.

- Ты опять не спала? – Утром я еле сползла с кровати. Марина смотрела на меня с жалостью. Девушка по сравнению со мной не была ничем обременена. – Я тебе говорила, что, чтобы спать тут спокойно, нужно найти влиятельного ебаря.

- И где найти его? – Спрашиваю девушку на полном серьёзе. – Как будто это просто!

- Ха. Не строй из себя дурочку. Ты хорошенькая, любой мужик с удовольствием захочет позабавиться с такой, как ты. – Марина приглаживает мои волосы не первой свежести и разглядывает лицо с глазами как у панды от бессонных ночей. – Ну правда, нужно немного отмыть тебя.

Не любой захочет. Не любой. Адское пламя начинает сжигать меня заживо.

- Проехали. – Мне не хочется обсуждать моё фиаско даже в собственных мыслях с самой собой, не говоря уже про Марину. – Давай поторопимся.

Очередной день сурка. Зарядка. Завтрак. Общественно полезные работы. Потом обед. И снова работы. Особо не на что было бы жаловаться, если бы мужчины не приставали везде и повсюду. Они вылазили из каждого угла как тараканы вечно голодные и охотные до секса.

- Эй, цыпа, иди-ка сюда. – Подзывает меня мужчина по ту стороны решётки. У меня холодеет всё в груди. Мы были в тюрьме временного содержания, здесь содержались мужчины и женщины. Раздельно, конечно, но мы могли видеться на прогулках. Между нами была тонкая решётка, сомнительная преграда.

- Боже, не смотри на него. Пошли отсюда. – Зашептала Марина напугано и повела меня силой в противоположную сторону. – Я не знаю, как его зовут, но у него татуировка с черепом, он состоит в местной мафии. С такими не шутят, их даже полицейские боятся.

- Я с кем разговариваю, шлюшка? – не унимается лысый, просовывая пальцы в решётку и раскачивая её.

Боже, у меня на лбу тату шлюхи? Почему все обращаются ко мне именно так?

- Приведите её ко мне! Я хочу отодрать её в пухлый зад. Маленькая дрянь, на моём члене ты не будешь такой молчаливой.

- Пошли скорее. – Мы ретировались с улицы. Марину сразу же пригласили на допрос, а я решила вернуться в камеру. Я уже знала, что она ходит ублажать своего покровителя в обед, он работал в участке. Девушка собиралась выйти в ближайшее время на свободу, но интуиция мне подсказывала, что мужчина поиграется с ней и отправит подальше отсюда, найдя новое развлечение.

Как и всегда я не шла по коридору, а бежала сжавшись, надеясь, что никто не обратит на меня внимание.

- Оу. А кто у нас тут идёт? – жирный дежурный преградил мне путь у самой камеры будто ждал здесь именно меня. – Меня ищешь?

- Пропустите меня, пожалуйста. – Прошу его вежливо, глядя в пол. Не хочу провоцировать. Обычно мужчины ждут за что можно зацепиться, им нужен крошечный повод, чтобы напасть на тебя. – Мне нужно в камеру.

- Пошли. Там как раз сейчас никого нет. Покажешь мне, чему тебя Марго научила. -

Все в тюрьме знали про Марго и её девочек, но самой Марго и её подельников тут не было. За деньги они избегали наказания. Разве после этого можно говорить о справедливости?

В такие моменты я начинала жалеть, что вообще пыталась что-то объяснить на допросе.

- Если тронете меня, я отгрызу Вам член. – Моя слабая угроза не могла напугать, только рассмешить. После бессонных ночей выглядела я жалко, но местным было без разницы куда засовывать член.

- Не отгрызёшь. Тебе понравится. – Дежурный протягивает ко мне руку, накрывает ладонью щёку и слегка постукивает, имитируя пощечину. Ему нравится унижать женщин, он получает удовольствие от власти. – Вы все сначала нос воротите, а потом Вас не оттащишь.

- Ты работаешь вообще? Почему я постоянно застаю тебя не за работой? – Меня спасает Сантьяго с папкой в руках. Полицейский проходит мимо нас с двумя конвоирами. Я была так напряжена, что увидела полицейского в последний момент. – Клянусь, скоро напишу на тебя жалобу.

Дежурный фыркает, но отлипает и уходит. Я выдыхаю и бегу в камеру, прячусь под одеяло и молю Бога, чтобы о моём существовании забыли хотя бы завтра. Конечно, я прекрасно понимаю, что долго так не протяну, рано или поздно кто-нибудь зажмёт меня.

Бессилие берёт вверх и я проваливаюсь в глубокий сон. Сплю как убитая до самого утра, пока меня не поднимает с кровати Марина, потому что уже пора вставать. Мы идём на зарядку, во время которой, я постоянно ловлю на себе взгляд лысого бандюгана из итальянской мафии. Не так я себе представляла мафиози. В моей голове все члены мафии были крутыми мужчинами, а этот напоминал уголовника – извращенца. Ничего крутого, просто отбитый наркоша за решёткой.

Выдержав гляделки, я пошла на завтрак, взяла свою порцию каши и села за стол. У меня не было аппетита, пропал вкус к еде, к жизни в целом. Я ковырялась ложкой в тарелке, мечтая умереть. Исчезнуть. В голове блуждали чёрные мысли, от которых мне становилось страшно.

Я расклеилась. Сломалась. И была согласна на всё лишь бы хотя бы разочек вдохнуть свежего воздуха и не пугаться собственной тени.

- Эй, жопастая, я же сказал, что заставлю тебя орать. – лысый бугай резко сел напротив меня, наводя переполох на всех женщин в столовой. Я поняла сразу, что он проплатил, чтобы попасть в женское отделение. Марина рассказывала мне о подобном.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Такие, как Лысый сидят пожизненно, ему нечего терять и вот он развлекается как может в тюрьме временного содержания. Для него это было приключение, чисто для острых ощущений.