Ничего, кроме любви (СИ) - Хабарова Леока - Страница 50

— Нет!

То, что казалось вечностью, длилось секунды. Серый чуть присел, ухватил Макса за выворот и опрокинул через себя, а когда Горских оказался на лопатках, впечатал кулак в красное от ожога лицо…

Антон толкнул её так, что Крис пролетела через всю комнату и больно ударилась о шкаф.

Водитель передёрнул затвор, вгоняя в патронник новый патрон, и направил пистолет на Серёгу.

Ты мне нравишься, Крис… Ты мне нравишься… Но против Макса я никогда не попру…

Кристина не знала, что случилось потом. Мир вокруг помутнел, и она упала в обморок, что твоя кисейная барышня…

Голоса, голоса, голоса…

Откуда здесь они?

Кто все эти люди?

Некоторых она угадала.

Вон стоит у дверей коварный майор Дыбенко. Морщит лоб и трёт тяжёлый квадратный подбородок. Рядом сутулый вечно заспанный тип, который забирал их со станции Ипатьевка… Хворов, кажется. А вот и Верочка…

Верочка?

Да, это определённо Верочка. Маленькая блондинистая фурия.

откуда она здесь?

Отчаянно жестикулирует, доказывая что-то майору. Тычет куда-то пальчиком и хмурит пшеничные бровки.

К косяку небрежно привалился Алик…

Но где же…

— С-се-рё…

— Тише, тише… — она ощутила прикосновение шершавой ладони. — Всё хорошо. Я здесь. С тобой.

— Макс… — выдавила Крис. Мысли перепутались, как наушники в кармане. — Макс… он…

— Его уже увезли.

— Как она? — Это подошла Невеличка. В руках лейтенант держала стакан.

Серёга не ответил. Пожал плечами.

Он сидел на затёртом диване, и его колени служили для Кристины отличной подушкой.

— Попей, Кристина. — Верочка присела рядом, и Крис увидела, что в ладошках у неё не простой стакан, а заветная кружка с ошалевшей совой в полосатой чёрно-красной шапочке.

По щекам побежали слёзы. Непрошеные и нежданные, точно ледяной дождь по весне.

Верочка растерялась, заметив её реакцию.

— Что? — округлила она васильковые глаза. — Что не так?

Ответить Крис не могла: рыдания душили её, как совсем недавно Макс душил Сергея.

Зато Серый понял всё и сразу.

— Вер, — сказал он. — Дай я сам, хорошо?

— Хорошо. — Невеличка протянула ему совиную кружку и улыбнулась.

Холодная вода вернула способность соображать. особенно учитывая, что добрую половину Серый пролил ей, Кристине, на лицо.

— Прости, я вытру, — сказал он и отправился на кухню. По всей видимости, за полотенцем. К его приходу Кристина сумела принять вертикальное положение.

Голова нещадно кружилась, но муть отступила, и Крис тупо озиралась по сторонам.

Выцветшие полосатые обои, занавески в цветочек, иконы в углу, видавший виды шкаф, битком набитый пыльными книгами…

Старый дом. Дом, в котором она так спокойно и незаметно жила. Дом, в котором могла бы стать счастливой. Но Чёрный Макс отравил тихую обитель тлетворным дыханием…

Будь он проклят!

Кристина всхлипнула и обхватила себя руками. Закусила губу.

— Он не вернётся. — Серёга опустился рядом. он сумел-таки раздобыть полотенце, и Крис промокнула лицо. — Ты вообще… как?

— Лучше всех.

— Понятно. — он вдруг нахмурился и сжал кулаки. Костяшки были ободраны в кровь.

— Мои уезжают, — сказал Серый и кивнул на дверь. Верочка и Дыбенко у выхода ожесточённо спорили шумным шёпотом. — Пора нам. Но… если ты боишься, я могу остаться. Только скажи.

Крис посмотрела на него, надеясь сохранить в памяти каждую чёрточку грубоватого, словно высеченного из камня, лица, и прошептала:

— Не надо, Серёжа. Я не боюсь.

— Ну… тогда пока. — Серёга поднялся и двинулся к выходу. У самой двери замер, словно размышляя: «Оглянуться? Не оглянуться?».

Он так и не оглянулся.

А у Крис раскололось сердце…

Дольше всех прощание вышло с Верочкой.

Невеличка вцепилась в неё и шмыгала носом.

— Мы приедем, — всхлипывала она. — Мы со Стасом приедем. обязательно приедем. Ты не скучай, Крис, ладно? обещай себя беречь!

Кристина поцеловала медовую макушку и в который раз возблагодарила Бога за то, что Стасику на жизненном пути встретилась эта девчушка.

«На таких, как Верочка, мир держится», — подумала она, позволяя обнять себя в тысячный раз.

Дыбенко ограничился коротким и сухим рукопожатием.

Перед тем, как отнять руку, он наклонился к носу Крис и буркнул:

— Смотри не дёрни никуда. — Блёклые глаза смотрели сурово. — В миг найду и посажу, ясно?

Ответить Крис не успела: Алик сжал её в медвежьих объятиях.

Говорить он ничего не стал. Да этого и не требовалось.

Сонный Хворов ушёл последним, отдав честь. Голову при этом он почему-то накрыл ладонью.

Крис осталась одна.

Она сообразила, что провалялась в отключке достаточно долго: Серёгиным коллегам как раз хватило времени привести здесь всё в полный порядок. В крошечной гостиной не осталось никаких следов кровавой расправы. Только кислотная лужа въелась в дощатый пол, да и её кто-то (скорее всего — Вера) аккуратно прикрыл полосатым ковриком.

Куда делись Вован, Антон и Макс, Кристина не имела ни малейшего представления. Она могла, конечно, спросить кого-нибудь из Дыбенковской команды до отъезда, но не стала.

Зачем?

За окном зарядил дождь. Хороший такой дождь. Прямо ливень. Крис сидела на диване, пялилась в одну точку и слушала, как он молотит по крыше, подоконнику и откосам.

Надо бы поставить чайник, но сил нет.

Он так и не оглянулся…

Не оглянулся…

Надо поставить чайник.

Поставить чайник и выпить коньяку.

Всю бутылку.

Стук в дверь заставил вздрогнуть. Крис вынырнула из вязкой патоки мыслей и, словно зомби, двинулась к двери. Спрашивать «кто там?» не стала. Заметила лишь, что не слишком вежливо ходить в гости так рано: в половину четвёртого утра.

На пороге стоял Серый.

Мокрый насквозь, хоть выжимай. Грудь его часто вздымалась.

Не сказав ни слова, он схватил её и притянул к себе. Накрыл губы горячим поцелуем. Втолкнул язык в рот.

Крис охнула и обвила его шею руками. Закрыла глаза.

Родной…

Любимый…

Мой Серёга…

Она целовала его, как в последний раз, как целуют девушки призывников перед поездом.

Прикосновения обжигали. Серёгины ладони гладили поспешно и жадно, и Крис отзывалась на каждую ласку. Хотелось ещё. Хотелось больше и большего.

Прямо сейчас. Без слов. Без объяснений. На полу.

Серый сбросил мокрую ветровку и стянул футболку через голову. от него пахло потом, дождём и дымом. Крис избавилась от маечки и осталась в лифчике. Ненадолго. Сергей на редкость ловко расстегнул застёжку и припал губами к обнажённой груди.

Кристина ахнула, когда он поймал сосок, и задрожала, когда поцелуи стали спускаться ниже. Момент, когда Серёга расстегнул её скинни[28], Крис упустила. Секунда, и она осталась в одних трусиках, которые уже порядком вымокли.

Ждать дольше она не могла. Рванула пряжку на его ремне и спустила джинсы, прихватив заодно и боксеры.

Вид твердокаменного члена заставил её застонать. А когда Крис чуть сдвинула крайнюю плоть, высвобождая головку, застонал уже Серёга.

Кристина увлекла его на пол. Уложила на спину и села сверху, направляя в себя горячий крепкий орган. Секунду помедлила, привыкая к его размерам, и задала жаркий ритм. Серый гладил её бёдра и чуть слышно постанывал. Когда Кристина склонилась к его губам, ухватил её крепче и начал двигаться в такт, проникая глубже и глубже, а потом вдруг зарычал, перевернул Крис и подмял под себя. В несколько мощных толчков Сергей достиг оргазма. Вскрикнул и повалился на Кристину, опалив дыханием шею…

Чёрт побери, как же сладко!

они лежали на полу потные, среди разбросанной одежды, и тяжело дышали.