Доступ запрещен (СИ) - Серебрянская Виктория - Страница 60

Мысли путались, думать было чрезвычайно сложно. Вернее, невозможно было думать, что капитан ведет какую-то свою странную игру. С чего бы ему вдруг озвучивать нам ложную цель полета? Какая разница? Все равно же мы все узнаем, когда прибудем на место. Если только…

Я даже губу прикусила от посетившей меня мысли. Но в этот момент свободно болтавшиеся в пространстве нити моего дара вдруг словно обожгло поднявшейся на мостике суматохой и резким всплеском пси-активности членов команды. Это обладатели чипов почти одновременно активировали их.

Я судорожно вздохнула:

— Нас обнаружили.

— Этого следовало ожидать, — кивнул согласно Айминь. — Мне нужно уйти. Ирреро еще вчера обдумывал возможность моей изоляции под любым благовидным предлогом. А сегодня я так глупо предоставил железный предлог ему сам. — Он внимательно посмотрел мне в глаза: — Если хочешь продолжить разговор, тебе придется мне довериться. Пойдешь со мной?

Я заколебалась. С одной стороны, отчаянно хотелось разобраться в происходящем. Почему-то понять, что происходит на «Цереросе» было для меня жизненно важно. С другой – в ушах все еще звучали злые слова капитана про то, что Айминь хитер, как лис и будет меня убеждать в своих чувствах. И это капитан еще не знал, что я сама далеко не ровно дышу в сторону альдебаранца.

— Марго, — несколько нервно позвал Айминь, оглядываясь в сторону мостика. Оттуда слышался какой-то странный шум. — Тебе придется решить прямо сейчас: доверяешь ли ты мне настолько, чтобы поверить и довериться? Или я ухожу. Извини, времени ждать больше нет.

И я решилась. Прикусила на миг губу и выпалила:

— Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос. Ранее ты говорил, что обращаться к женщине сокращенной формой имени альдебаранцы имеют право лишь в том случае, если собираются пожениться. Так почему ты сейчас начал говорить мне «Марго»? Поправь меня, если я ошибаюсь, но матримониальных планов по отношению ко мне у тебя по-прежнему нет.

Айминь вздохнул:

— В этой жизни за все нужно платить. А за ошибки, как чужие, так и свои, вообще по двойному тарифу. Я сожалею, что в моей жизни все так сложилось и что я был настолько слаб и зависим. Для меня уже поздно что-либо менять. Но я все равно попытаюсь исправить то, что еще можно. И по счетам заплачу все, что потребует от меня судьба. Для меня важно лишь то, чтобы ты осталась жива, чтобы уцелела в этом безумном предприятии.

Парящие в пси-поле нити моего дара подсказали, что Айминь мне не врет. Или, правильнее будет сказать, верит в то, что мне говорит. А внутренний голос настойчиво шептал, что если я сейчас уйду, не поверю Айминю, оставлю его, то потом буду кусать локти, упустив возможность выслушать его, разобраться в происходящем.

Шум со стороны капитанского мостика нарастал, мешая сосредоточиться и подумать. Прикусив губу, я нервно скосила туда глаза, поймав такой же порывистый взгляд Айминя.

— Ладно. Что ты сейчас будешь делать? Куда пойдешь? — Я слушала собственные слова будто со стороны и едва удерживалась от желания самой себе закрыть ладонью рот. — Оса действительно очень быстро вычислит тебя, да и меня тоже, в любом помещении корабля. С искусственным интеллектом сражаться на равных невозможно.

Айминь хмыкнул в ответ:

— Возможно, если знаешь кое-какие секреты. ИсКины не всесильны. Но уходить нужно прямо сейчас. Еще пара секунд – и для меня станет поздно. Что ты решила?

Как же сложно иногда бывает принять решение! Как угадать, прав ты или неправ? Как не допустить ошибку?

Подавив острое желание облизнуть пересохшие губы и потянуть этим пару секунд, я медленно кивнула:

— Ладно. Надеюсь, я не пожалею, что доверилась тебе. Я с тобой.

Айминь улыбнулся так, будто выиграл внезапно джекпот. Или получил самый лучший в своей жизни, долгожданный подарок. Схватил меня за запястье и потянул за собой:

— Идем! У нас осталось совсем мало времени, чтобы достичь безопасного места и поговорить. Потом ты все решишь сама. Захочешь уйти – удерживать не стану. Мне просто важно, чтобы ты понимала, на что ты идешь, чтобы тобой не пользовались вслепую. — Свободной рукой он что-то вытащил из кармана брюк и предупредил: — Сейчас будет очень неприятно. Но это позволит нам скрыться о всевидящей Осы.

Едва Айминь это договорил, как на меня обрушилось отвратительное ощущение: как будто меня с головой засунули в мешок, сплетенный из гудящей и вибрирующей энергии. Мгновенно накатила дурнота. И единственной моей заботой стало удержаться на ногах и не потерять сознание. Куда уж там смотреть, куда тащит меня альдебаранец!

***

Наверное, я все-таки ненадолго отключилась. Потому что реальность ворвалась в мое сознание вместе со встревоженными словами Айминя:

— …Марго! Марго, очнись!

Альдебаранец осторожно похлопывал меня по щеке. А потом коснулся основания шеи чуть справа и сзади, и резко нажал. Меня пронзило ощущение, что в тело вогнали длинную и не очень острую иглу. Но когда боль отступила, я почувствовала, то вновь полностью владею собой и в состоянии связно думать.

Глаза распахнулись сами собой, и я несколько недоуменно огляделась. Слабое освещение вроде ночного мало что позволяло разглядеть, но то, что я находилась в какой-то тесной кладовке, понятно было сразу. Последним связным воспоминанием было то, что у лифтов Айминь включил какой-то прибор. А потом в памяти зияла дыра величиной с земной спутник.

— Марго… — В словах альдебаранца звучала неподдельная тревога, почти ужас. — Как ты? Вернуть тебя в медотсек?

Я прислушалась к своим ощущениям и уверенно мотнула головой:

— Не надо. Я уже почти в норме. А где мы? И что это ты включал? Ощущение, что меня вырубили электрошокером.

Альдебаранец на глазах обмяк от облегчения и длинно выдохнул:

— Прости. Даже не подозревал, что на тебя это так негативно подействует. А мы сейчас на третьей грузовой палубе, у запасного ангара. Я… — Он вдруг полоснул меня странным острым взглядом так, что у меня волосы зашевелились на затылке. — Это хорошо, что ты мне поверила и пошла сейчас за мной. Я здесь уже все подготовил, посмотришь в спокойной обстановке. Чтобы потом, в критической ситуации не терять драгоценное время на изучение возможностей.

Сказать, что я удивилась – значит ничего не сказать. По-моему, у меня от удивления даже отвисла челюсть. Я уставилась на Айминя во все глаза, судорожно гадая: он влюбленный в меня предатель, или у него психическое заболевание?

Айминь покачал головой и горько усмехнулся:

— Я не болен, если ты сейчас думаешь про это. Просто точно знаю, куда мы летим и зачем. И не хочу для тебя такой участи. Мне легче подставиться самому, тем более что ничего серьезного со мной не случится, чем вовлечь в ловушку тебя. — Альдебаранец вдруг закрыл глаза и с мучительной гримасой на лице продолжил: — Ты спрашивала кто я и что происходит. Но кто я, ты знаешь. Клянусь Первой Звездой, я не солгал ни в чем, ни словом. Ни тебе, ни руководству Академии. Я действительно аспирант и псионик. Это просто… Просто жизнь так сложилась!

Если в первый момент я смущенно опустила голову, стыдясь того, что Айминь так точно угадал мои мысли, то с нарастанием отчаяния в голосе альдебаранца я уже смотрела на него во все глаза. И услышанное просто не помещалось у меня в голове! Так жизнь сложилась?! Самое странное оправдание предательству, какое только мне приходилось слышать в этой жизни, в том числе и в фильмах и постановках. А в том, что Айминь, к сожалению, предал Альянс, я уже почти не сомневалась.

Айминь между тем продолжал выплескивать в пространство свое отчаяние, крепко сжимая кулаки:

— Семья для каждого альдебаранца – это самое святое! Его личный храм, заповедная территория. Для каждого встреча с его парой — вселенский праздник. И я не исключение! Я тоже с трепетом ждал того момента, когда найду, встречу свою единственную, веду ее в наш общий дом полноправной хозяйкой… Вот только судьба распорядилась иначе… Праздник превратился в бесконечную, пожизненную пытку. К тому же подставился я не сам, из-за меня влипли и мои друзья…