Русалочка с Черешневой улицы (СИ) - Андерсенн Кейт - Страница 51

Господи, что она мелет. Дело в нервах всего наполовину, а еще больше — в винах, которые она сегодня потребляет не глядя, а поела лишь символически.

— А вы родом отсюда? — побыстрее задала она встречный светский вопрос.

Незнакомка морщила лоб — наверное, не выдержала пулеметной дроби старого доброго славянского.

— Вы очень хорошо говорите по-русски, — улыбнулась Даша, пытаясь спасти ситуацию, в которую вовсе не хотела попадать.

— Я… учила. В детстве, — улыбнулась незнакомка.

— Я не помню, как вас зовут?

— Бернадетт, — махнула милостиво рукой смуглянка в изумрудном. — Зовите просто Бернадетт.

Вообще, даже "просто Бернадетт" — это вовсе не просто. Выговорить.

— Приятно, — улыбнулась Даша. — Как сказать по-испански "приятно познакомиться"?

— "Энкантадо", — с готовностью сверкнула зубами и Бернадетт. — Так вы первый раз в Альгамбра?

— И в Гранада, — в тон ей отвечала Стрельцова.

А вообще интересно, что этой Бернадетт надо, будто она просто так подошла?.. Словно услышав мысли Даши, Бернадетт улыбнулась во все тридцать два и как ни в чем ни бывало предложила:

— Хотите познакомиться с… король?

Даша даже поперхнулась.

— Я?.! Нет, спасибо!

— Думаю, король и… королева тоже говорят по-русски. Чуть-чуть. Пойдем, это хорошо для международные отношений.

Даша все хмыкала и качала головой. Куда там хорошо для международных отношений. Чем меньше ее замечают, тем для этих отношений лучше.

— Здесь не только я умею по-русски. Я так думаю, — доверительно сообщила Бернадетт.

Даша подняла брови. Надо же! Бернадетт рассмеялась.

— И всем интересно смотреть на жену Тео.

— Тео?.. — не сообразила Стрельцова.

— Ну, ваш муж…

— А… у нас мы зовем его… Федя.

И внутренне прыснула. Федя Темный, ну именно так. Стоп… эта дама его знает и зовет по имени, но не знает, что сеньор Сомбре — не испанец?..

— А… вы с ним знакомы, получается? С… Тео?..

Бернадетт энергично закивала.

— Кто не знает Тео Сомбре. Он важный предприниматель, красивый одинокий мужчина, часто приезжает. Еще купил титул недавно. Маркиз Сомбре. Каждая девушка хочет быть на месте вас. Дария. Красивое имя.

— Маркиз? — выдавила Даша.

Серьезно?..

— Ой, вы не знали?

Даша потянулась почесать лоб и едва не разрушила укладку. Цокнула языком, срочно пригладила локон.

— Ну… он… не успел сказать, наверно.

Вот взбучку она ему задаст, этому дракону недоделанному. Надо хоть предупреждать, что она не только жена, но и… маркиза. Спокойно, прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо.

— Ох, это весь Тео в этом. Такой скромный.

О да. Весь до кончиков ногтей. Скромняга ты наш.

— Сегодня здесь закрытый праздник в память королевы Изабеллы. Высший свет. Вы маркизы, поэтому вам сюда и можно приехать. Но, конечно, Тео больше приехал к мой отец, чем на праздник.

— К вашему отцу? А кто он?

— Ну… ученый, историк, все капелька… И недавно при дворе, — пожала Бернадетт плечами небрежно. — А Тео он зачем нужен, очень. Не знаю.

И, кажется, она хотела бы, чтобы Тео была нужна она, а не отец. И чтобы это она была маркизой. А не русалочка в красном платье из китайского полиэстра. Ё-моё, ну идиот этот Дерек! Какая из нее маркиза?..

— Наверное, у вас не одна общая история, — улыбнулась Даша — а вдруг свезет и узнает чего?..

— Я была на церемоние… когда ему давали титул. И прихожу в бар, когда он приезжает. Его бар. Ну, вы знаете, я думаю.

О, значит, второй из восьми баров у ом" Брэ в Гранаде. Нехило.

— Мы любим выпить, поговорить… мы хорошие друзья, — улыбнулась Бернадетт хитро и загадочно. — Хотите еще вина?

Ахах, так это не "все девушки" завидуют "Дарие". А вот эта конкретная.

— Молодцы, — похлопала Даша испанку по открытому плечу и рассмеялась. — А давайте.

— Что?.. — хлопнула глазами прекрасная Бернадетт.

— Вино. Бернадетт, признайте, вам же он нравится! — весело подмигнула Даша.

— К-кто?..

— Ну… — она хотела сказать "упырь", но вовремя поймала себя, — Тео.

И тогда вспомнила, что она его жена и как бы такие открытия не должны ее веселить.

— Но… — Бернадетт эта реакция сбила с толку.

Да такое кого угодно собьет с толку. Дашу вот тоже сбило. Что теперь-то?..

— Это видно невооруженным глазом, — пожала Даша плечами. — Мне жаль.

Бернадетт нахохлилась и отодвинулась. Наверное, она хотела показать свое превосходство, заставить ревновать, выдумать что-то или рассказать правду, но разве могла она догадываться, что Даше все равно?..

— Вы… странная, Дария, — сникла изумрудная испанка.

Даша снова пожала плечом, для разнообразия одним. И правда, жаль бедную.

— Что есть, то есть. Бернадетт, я хочу проследить за Тео. Составите компанию?

Бернадетт, наверное, и не подозревала что ее еще есть куда удивлять.

— Самой боязно немного… По замку, — Даша покосилась в ночь за аркой окна и поежилась. — У него ведь богатая история?.. А без Тео мне… скучно. Да и хочу знать, какие у него дела с вашим отцом. Он молчит, партизан… В общем, предлагаю вам приключение.

Это вино, наверное. Может, на Бернадетт тоже подействовало именно оно, потому что она согласилась. Или пулеметная болтовня филолога.

* * *

Вообще-то, когда вы идете по галереям, наполовину открытых всем ветрам, где-то там, судя по словам Бернадетт и Гугл картам, склоны Сьерра-Невада, вон — отливают даже в слабом звездном свете снежными верхушками, а в сводах — паутины бязей, то как-то… не по себе.

Словно сам влипаешь в какую-то паутину.

Еще и по правую сторону легко постукивает шпильками сеньора в блестящем изумрудном платьем, что влюблена в того, кто назвался твоим мужем, а вообще-то тебе и не нужен, и имеет все мотивы от тебя избавиться… И рассказывает, что прием проходил в Золотой комнате, именно из-за того потолкового мудехара она так называется, и вообще это все — дворец Комарес, некогда официальная резиденция эмиров.

— А отец там, в башне Комарес, — ткнула Бернадетт в наконец какое-то пятно света — оранжевое окошко.

А впереди — открытое пространство, и… вода.

— Миртовый дворик, — объявила Бернадетт и потянула вдоль чего-то вроде акведука. — Не упади. Здесь узкая дорога.

В самом деле. А она еще поможет, да? Упасть.

— Говорят, точно в башне Комарес Боабдиль решил отдать Гранаду христиан. А еще, кажется, там же Изабелла и Филипп принимали Колумба, — сказала сеньора. — Очень важное место. Отец там делал лаборатория. Осторожно, Дария.

И невозмутимо пошла вперед. Даша держалась на безопасном расстоянии и ловила уханье сердца в ушах. Но фонтаны шумели, а Бернадетт уже нырнула в темноту входа в башню.

Да, еще пришлось поплутать, прежде чем девушки услышали голоса. Они даже дверь не открывали, и в гулкий коридор просачивалась дорожка теплого света.

Говорили по-испански. Бернадетт сосредоточенно нахмурила брови, вслушиваясь.

— Переведешь? — тихим шепотом попросила Даша.

Бернадетт пожала плечами неопределенно. И вдруг прикрыла рот ладошкой, словно услышала нечто невероятное.

* * *

Часть 2. Глава 12. Тайны мудехара

Я — корона на челе моих врат:

зависть — на Запад, во мне Восток.

…прикажи мне, чтоб я побыстрее

уступил дорогу победе, как только она позовёт.

Отрывок из стихотворения на Башне Пленницы в Альгамбре.

* * *

В общем, недотепа Бернадетт не удержала аха. И их услышали. Голоса прервались, случились тихие настороженные шаги. Даша отчаянно замахала Бернадетт руками, но та вдруг коварно её толкнула — в момент, когда менее всего забылось ждать подставы — , и Даша в своем полиэстровом красном платье свалилась прямо в полосу света.

Эпично так. Под ноги настороженно высунувшему нос ом" Брэ.

— Русалочка? — искренне удивился он тенью где-то вверху.