Ядовитая Магнолия (СИ) - Морозова Мария - Страница 2

Он отпустил меня и вернулся на свое место.

– Ну же, Арделия. Это не сложно.

Его взгляд уперся мне в район груди, потом переместился чуть выше. Я хотела было смутиться, но песок сыпался, а группа ждала, затаив дыхание. Спасительная догадка пришла в голову в самый последний момент.

– Ключица! – выпалила я.

– Левая или правая?

– Э-э-э… – вытаращилась на него в ужасе.

– Ладно, зачтено, – кивнул Феррант, улыбнувшись.

За парту в третьем ряду я возвращалась в смешанных чувствах. И вроде бы сдала, вот только это можно назвать везением, а не моей собственной заслугой. Интересно, эсс Феррант подсказал мне специально, или у него вышло ненамеренно? Впрочем, какая разница? Главное, не провалилась.

Дальше мне оставалось только смотреть за одногруппниками. Кто-то явно учил и легко справлялся с заданием, кому-то везло схватить очевидное вроде нижней челюсти или бедренной кости, а те, кому не повезло с заковыристыми коленной чашечкой, клиновидной костью или сошником, получили пересдачу.

Ферранта неудачные ответы не особенно расстраивали. Каждую ошибку он разбирал спокойно и без нудных нотаций. Любую тему, даже самую сложную, мог объяснить простым и понятным языком. Всегда поощрял нас задавать вопросы, спорить и доказывать свою точку зрения. И при этом вел занятия так живо и интересно, что я часто ловила себя на желании слушать его хоть целый день. Но почему же мне тогда никак не дается этот предмет? Не понимаю…

Когда прозвенел звонок, я сунула атлас в сумку и поспешила на выход. Но Феррант окликнул, не давая уйти.

– Арделия, задержитесь ненадолго.

Вздохнув, я поплелась к кафедре. Вряд ли я нужна была магу, чтобы похвалить. И мои подозрения подтвердились.

– Я вижу, что у тебя есть трудности с моим предметом.

– Нет, все в порядке, – солгала я.

– Правда?

– Да. Я просто… немного растерялась.

– Хм… – Феррант склонил голову на бок. – Если тебе нужна помощь, обращайся. Через час у второго курса будет открытый практикум по анатомии. Приходи.

– Спасибо, – поблагодарила я. – Но я справлюсь сама.

– Как знаешь, – вздохнул мужчина. – Тогда не буду тебя задерживать.

Попрощавшись, я вылетела из аудитории, словно за мной кто-то гнался. Целительство стояло последней парой, поэтому мне с чистой совестью можно было идти домой. Но домой я не пошла, а отправилась в соседний корпус, на факультет алхимии, к сестре. Гениальный алхимик, она вела там спецкурс по ядам и противоядиям, и я надеялась застать ее на кафедре. Так и вышло. Арсэлла сидела там одна и проверяла какие-то работы.

– Привет, – улыбнулась Сэлл, когда я робко постучалась. – Как контрольная?

– Сдала, – буркнула я.

– А чего так безрадостно?

– Потому что мне просто повезло. – Я не собиралась притворяться и строить из себя самую умную.

Упала на стул возле окна и бросила сумку с конспектами и учебниками на пол. Атлас глухо загрохотал.

– Не понимаю, – выдохнула отчаянно. – Я же одна из лучших студенток курса! Я выучила весь классификатор нечисти и нежити. Я с первого раза сдала магометрический анализ, который многие ходили пересдавать по три раза. Так почему мне не дается целительство?

– Наверное, такое случается, – пожала плечами Сэлл. – Не всегда можно быть лучшим во всем.

– Да, ты права. – Я не могла не согласиться. – Но это же полный крах. На занятиях Ферранта я чувствую себя катастрофически глупой.

– Может дело в отношении к предмету? – предположила Сэлл, откладывая последнюю работу.

– Предмет – как предмет, – я пожала плечами. – У меня все нормально с отношением к нему. И…

Меня прервал стук в дверь. На кафедру влетел тот, кого мы сейчас обсуждали – Майло Феррант собственной персоной. Преподавательская мантия развевалась у него за спиной как плащ, а волосы снова растрепались.

– О, какие люди, – он улыбнулся и подошел к нам. – Привет, Арсэлла.

– Неужели пришел жаловаться на Дели? – хмыкнула та.

– Жаловаться? – непритворно удивился Феррант – С чего бы? Нет, я просто хочу глянуть табеля пятого курса целителей, которые тебе сегодня растительные яды сдавали. Переживаю. Это моя любимая группа.

Сэлл зашуршала бумагами, а я брякнула:

– Преподавателям нельзя заводить любимчиков.

– Нельзя, – согласился Феррант с улыбкой, глядя прямо на меня. – Но если сильно хочется, то можно.

Я отчего-то смешалась и опустила взгляд. Сэлл кашлянула.

– Твоя группа справилась и даже без троек.

– Мои ж заиньки, – умилился Феррант. – Всем бы так. Ладно, побегу, второй курс целителей ждет.

– У них же только через час практикум, – снова не удержалась я.

– А они уже наверняка сидят под дверью анатомички. У второго курса еще не настолько крепкие нервы и желудки, чтобы обедать перед визитом к покойникам.

Он вышел так же стремительно, как и вошел. Я тихонько вздохнула и вдруг наткнулась на взгляд Сэлл. Сестра смотрела на меня как-то странно задумчиво.

– Что? – я нахохлилась.

– Да ничего такого, – усмехнулась она.

– Может, поедем домой? У меня больше нет занятий сегодня.

– Поедем, – согласилась Арсэлла, поднялась и глянула в окно.

Я тоже поднялась и проследила за ее взглядом. Майло Феррант спешил обратно в корпус целителей. Словно ощутив наше внимание, он вдруг обернулся и помахал. Я отшатнулась от окна, чуть не споткнувшись о собственную сумку.

– Ничего такого, – пробормотала Сэлл себе под нос. – Вот совсем ничего.

Я предпочла не уточнять. Мало ли, о чем она думает. Мне же лучше переживать о куче домашнего задания, которую задали на завтра. И ни о чем больше.

Все следующие контрольные по анатомии я кое-как сдала. И даже умудрилась вполне уверенно ответить на вопрос о сосудах головы и шеи. Вот только проще не стало. После анатомии пошли болезни. Майло Феррант учил нас различать расстройство желудка, грудную жабу и защемление нерва, находить признаки проклятий и магических воздействий. А я снова страдала. В голове путались симптомы комариных лихорадок и названия настоек, которыми можно было поить заболевшего, когда под рукой не находилось лекаря. Первые две контрольные я с горем пополам сдала, а на третьей получила «неуд».

– Арделия, – позвал Феррант, когда я раздраженно трамбовала в сумку конспекты после звонка. – Задержись, пожалуйста.

Тихо выдохнув сквозь зубы, я поплелась к преподавательскому столу. Ждала, что Феррант будет ругаться, но тот смотрел на меня спокойно, с легкой понимающей улыбкой. Иногда мне казалось, что этого человека вообще ничего не способно разозлить или расстроить, даже глупые студенты-стихийники. Он ко всему относился со здоровым оптимизмом. И почему-то это раздражало так же сильно, как длинный список дифференциальных диагнозов при болотной лихорадке.

– Вижу, последняя контрольная у тебя не очень удалась, – заметил Феррант дипломатично.

– Я пересдам, – пообещала твердо.

– Но это не отменяет того, что есть проблема.

– Как и у половины нашей группы.

– Да, – хмыкнул Феррант. – Целительство тяжело дается стихийникам.

– Извините, но я вообще слабо понимаю, зачем оно нам нужно, – не выдержала я. И тут же прикусила язык. Мало какому преподавателю понравилось бы такое.

– Позволь мне объяснить. – Феррант совсем не рассердился. – Стихийники – самые универсальные выпускники, которые должны быть готовы ко всему. Ведь кто знает, куда вас занесет жизнь? Вы можете отправиться в Тайную Канцелярию, охранную контору или управление Стражи. А можете – в далекий гарнизон или на безлюдную дорогу, которая не один день будет выводить к людям.

– Ну...

– Однажды маг-стихийник попал в захолустную деревню, где был только знахарь, сослепу путающий слабительные капли и сироп против простуды. Поэтому именно маг смог понять, что селяне поголовно страдают не от радикулита, а от мелкого, но зловредного проклятия. Он вызвал целителя, и тот смог спасти деревню от участи ходить, скрючившись в три погибели.