Она танцевала любовь - Филдинг Нора - Страница 10

Он еще сильнее сжал ее в объятиях, потом поднял на руки, на мгновение нагнувшись со своей ношей за брошенным на столе платьем Сьюзен, и понес ее к выходу. Удивленные гости Гроува молча расступились, а музыканты заиграли бравый марш. Майкл опустил Сьюзен только в лифте и то лишь для того, чтобы натянуть на нее платье. Притиснутая к сильному телу мужчины, она стукнула его кулаком по груди, но удар был жалким подобием сопротивления.

— Отпустите, — попыталась закричать Сьюзен, но голос прозвучал тихо и с просящими интонациями.

— Зачем? — Лицо мужчины оказалось совсем близко от Сьюзен, и его губы нежно накрыли ее рот.

Силы мгновенно оставили ее. Разум призывал собрать волю в кулак, сжать рот и не поддаваться. Но губы, не подчиняясь диктату разума, сами раздвинулись и ответили на поцелуй Майкла. Они еще не прерывали поцелуя, когда остановка лифта возвестила им, что они достигли вестибюля. Подхватив почти рухнувшую на него Сьюзен, Майкл вывел ее из отеля и заботливо усадил в мгновенно подкатившее такси.

Голова Сьюзен отказывалась соображать. Перед глазами плыли огненные шары. Она еле-еле расслышала адрес отеля, который назвал Майкл. В изнеможении она откинулась на спинку сиденья, пытаясь собрать воедино разрозненные остатки воли, которые позволили бы ей немного отодвинуться от Майкла. Наконец это Сьюзен удалось. Выпрямившись, она взглянула в окно машины и в то же мгновение заорала не своим голосом:

— Стойте, остановитесь немедленно!

Водитель, испуганный внезапным криком пассажирки, вильнул рулем и едва не врезался в идущий рядом «пежо». Чудом избежав дорожно-транспортного происшествия, он перестроился и затормозил у тротуара.

Увиденная Сьюзен фигура походившего на Джеффри мужчины, что и послужило причиной переполоха, исчезла за дверью какого-то здания. Ни секунды не раздумывая, Сьюзен выскочила из машины и кинулась вслед. Она потянула на себя ручку тяжелой двери, скрывшей от нее двойника покойного, и оказалась в довольно потрепанном вестибюле гостиницы.

— Что желаете, мадемуазель? Я что-то вас еще ни разу не видел. Вы от Жака? И почему… — Непонятная речь неприятного, развязного толстячка за стойкой администратора оборвалась, и он деловито добавил: — Номер на ночь стоит триста семьдесят франков. Есть и почасовая расценка. Надеюсь, Жак в курсе?

— На ночь, — ответил подошедший Майкл, к коему и относилась вторая часть странных высказываний портье. Последний вопрос, как машинально отметила Сьюзен, он проигнорировал.

— Сюда только что вошел мужчина. Где он? Куда пошел? — наконец смогла задать вопрос оторопевшая Сьюзен.

Толстячок ухмыльнулся и подмигнул Майклу.

— Шустрая малютка, еще с одним не управилась, а уже ловит другого! — пробормотал он и вручил Майклу ключ.

Майкл обнял ее за талию и, неся фактически на руках, так как ноги Сьюзен отказывались двигаться, довел до номера.

— Куда вы меня притащили? — спросила Сьюзен, растерянно оглядывая номер. Машинально она отметила пошлое убранство комнаты с претензией на роскошь, основным предметом меблировки которой была огромная кровать.

Не отвечая, Майкл закрыл дверь и притянул Сьюзен к себе. В тот же момент жаркий поцелуй опалил ее губы. Он был властным и требовательным. И в то же время просительным. Сердце Сьюзен учащенно забилось. Впервые в жизни она получала от поцелуя такое наслаждение. Губы ее приоткрылись, и язык Майкла ворвался в глубь ее рта. Огонь поцелуя проник внутрь Сьюзен, завладел каждой клеточкой ее тела. Майкл ласкал ее волосы, их пряди струились между его пальцами. Сьюзен застонала. Его руки скользнули на ее грудь. Она оцепенела от охватившего ее приятного изнеможения. Дыхание Майкла участилось, он стал покрывать быстрыми поцелуями ее лицо, спускаясь ниже по шее. Время остановилось. Сьюзен казалось, что она качается на каких-то чудесных сладостных волнах. Руки сами собой обхватили Майкла за шею, притягивая его к себе. Она ощущала дрожь, волнами пробегавшую по ее телу. Голова ее закружилась, и она забыла обо всем на свете. Да и какое значение имеет что-либо сейчас? Сейчас, когда главным была радость, неизвестно по какой причине наполнившая ее душу, и блаженство, в котором плавилось ее тело.

Майкл осторожно оторвался от ее губ и слегка отстранился. Сьюзен протестующее застонала и потянулась к нему, требуя продолжения. С его уст сорвался довольный смешок. Он наклонился и начал целовать шею Сьюзен. Она, удовлетворенная, что снова чувствует губы Майкла на своем теле, таяла в его объятиях. Ее черное платье, неизвестно в какой момент расстегнутое Майклом, в очередной раз черным озерцом растеклось у ног Сьюзен. Она не обратила на это никакого внимания, сама помогая ему освобождать себя от одежды. Когда губы Майкла стали играть с сосками ее обнаженной груди, Сьюзен снова застонала, выгнувшись всем телом. Руки мужчины подхватили ее и уложили на кровать. Сьюзен закрыла глаза, ожидая продолжения восхитительной сказки блаженства, в которой пребывала.

— Слушай, малышка, так нельзя. Прояви и ты немного своего искусства.

Глаза Сьюзен распахнулись. Майкл насмешливо смотрел на нее.

— Раздень меня, — попросил он, продолжая ласкать Сьюзен.

Она подчинились. Ее ловкие тонкие пальцы с трудом справлялись с пуговицами. В конце концов рубашка Майкла присоединилась к ее платью. Сьюзен осторожно коснулась пояса его брюк. Справившись с ремнем, она замерла, не зная, как продолжить дальше раздевать Майкла. Заметив ее смущение и нерешительность, Майкл рассмеялся и впился поцелуем в ее губы.

— Ты прелесть, — пробормотал он. — Как тебе удается так талантливо притворяться наивной, но это великолепно и возбуждает еще больше.

Губы Майкла прокладывали на ее теле дорожку из поцелуев, от ямочки на шее к соблазнительным округлостям, величина и полнота которых явились для Майкла приятным сюрпризом. Глядя на одетую миниатюрную женщину, об этом ни за что нельзя было догадаться. Его язык медленно обводил крупные напрягшиеся соски.

— Как ты прекрасна! — шептал он, а его рот спускался все ниже и ниже, пока не наткнулся на преграду из маленьких черных кружевных трусиков.

— Долой спецодежду, — смеясь провозгласил он и стянул их со Сьюзен. — Чулки оставим. Так ты выглядишь еще соблазнительнее. Никогда не думал, что в пороке есть своя прелесть.

До сознания Сьюзен не доходил смысл произносимых им слов. Она с наслаждением водила своей маленькой ручкой по обнаженной груди Майкла. Вот ее пальцы дотронулись до его крошечных широко расставленных сосков. Пальцы ее на секунду остановились, затем, не в состоянии преодолеть соблазн, она слегка коснулась его сосков языком и стала с ними играть так, как делал это чуть раньше с ее собственными Майкл. С его губ сорвался стон. Одним движением расстегнув молнию на брюках, он сорвал их с себя. Сьюзен увидела выпирающую из трусов возбужденную плоть и, не справившись с искушением, дотронулась до нее рукой. Майкл прижал ее ладонь и выпустил из плена белья то упругое и горячее существо, что там скрывалось, и оно тут же уперлось ей в живот. Потом он медленно развел ноги Сьюзен и прижался лицом к пушистому треугольнику внизу ее живота. Осторожно разведя пальцем покрытые шелковистыми волосиками створки, он просунул туда язык и стал ритмично посасывать небольшой выступ.

Сьюзен потеряла счет времени. Она уже не знала, на каком свете находится. Волны изысканного блаженства распространялись по ее телу, и она полностью подчинилась своему инстинкту, требующему еще более сильного наслаждения. Не в состоянии сдерживаться, она вскрикнула и впилась ногтями в спину Майкла, когда почувствовала, что в нее входит то большое и твердое, что она прежде гладила своей рукой.

Майкл задвигался в ней, сжимая влажное и податливое тело Сьюзен. Она сладострастно стонала под ним. Он все ускорял и ускорял темп, доводя Сьюзен до критической точки. Когда Майкл почувствовал, что она забилась под ним в конвульсиях, он дал выход и собственному напряжению. Они еще некоторое время оставались соединенными, чувствуя, что потребность принадлежать друг другу еще не полностью удовлетворена.