Усмиритель душ (СИ) - "Priest P大" - Страница 9

Тихие шуршащие шаги обуви с мягкой подошвой.

Административный корпус представлял собой здание так называемого «башенного» типа: с лифтом в центре и этажами вокруг него.

Го Чанчэн заметил, что часы на запястье шефа Чжао начали меняться: от центра, где соединялись часовая и минутная стрелки, к краям расходились малиновые всполохи, будто круги на воде. Поколебавшись, Го Чанчэн зашептал:

— Шеф Чжао, шеф Чжао… ваши часы…

— Что с ними? Покраснели? — с ухмылкой спросил Юньлань. — А знаешь, почему?

Чанчэн замотал головой.

— Призраки любят красный, — хмыкнул Юньлань. — Поскольку в этом здании ужасный фэншуй, во тьме наверняка прячется нечто зловещее…

Го Чанчэн побледнел и снова взглянул на часы. Вот только теперь в стекле он увидел отражение старой женщины: довольно пухлая, одетая во всё чёрное, она безучастно смотрела прямо на него!

Чанчэн замер на месте.

Юньлань рассмеялся, щёлкнул маленьким переключателем на корпусе, и циферблат на мгновение заволокло туманом. Когда он рассеялся, часы снова выглядели нормально: ни кроваво-красного отблеска, ни отражений.

— Никогда не видел меняющих цвет часов? Глупое доверчивое дитя, — поддразнил Юньлань и повернулся к Шэнь Вэю. — Профессор Шэнь, вы, как интеллектуал, должно быть, не верите в призраков?

Тот поправил очки, по-прежнему не глядя на Юньланя, и медленно произнёс:

— Как гласит старая пословица: «Мудрец никогда не говорит о том, чего нет в мире». Никто не знает, существуют ли призраки на самом деле, так что и обсуждать нечего. Если мы даже собственную жизнь не способны целиком понять, стоит ли заботиться о том, что находится вне её границ?

Несмотря на деликатный ответ, казалось, что Шэнь Вэй на самом деле так и не ответил на вопрос. Ничего не добившись от профессора, Юньлань решил сменить тему:

— Профессор Шэнь преподаёт гуманитарные науки, полагаю?

— Да. Я преподаю китайский язык и несколько факультативов по искусству.

— Ясно. Кстати, я слышал от друзей из сферы недвижимости, что сейчас жилые здания редко строятся в таком стиле, только коммерческие. Тут и правда плохой фэншуй: очень мало естественного света и тяжело поддерживать порядок. — Юньлань достал из кармана пачку сигарет. — Здесь можно курить?

Шэнь Вэй кивнул. Юньлань извлёк сигарету, поджёг её одной рукой и с наслаждением выдохнул струйку белого дыма.

— Табак вреден для здоровья, шеф Чжао, — нахмурился Шэнь Вэй. — Вы ещё слишком молоды, бросайте эту привычку.

Юньлань улыбнулся и не ответил. Дым клубился вокруг него, скрывая выражение лица, а пепел падал на очертания тени Шэнь Вэя.

Юньлань проводил его взглядом, затянулся ещё разок и сказал:

— У меня довольно напряжённая работа и частые переработки. В таких условиях неизбежно заводятся плохие привычки, от которых потом сложно избавиться.

Шэнь Вэй явно собирался сказать что-то ещё, но в итоге только нахмурился и неловко сменил тему:

— В старом кампусе не так много факультетов, а конкретно в этом здании жилые только несколько этажей, остальные комнаты пустуют. Мы почти пришли.

В таких тенистых и прохладных местах частенько образовывались плесень и мох, а, возможно, и не только они.

По неизвестным причинам у здания были прямые углы, а вот коридоры заворачивались кругами вокруг центра, создавая совершенно причудливую структуру интерьера — и возможность частых пересечений.

Шэнь Вэй шёл впереди, Юньлань с котом на руках следовал за ним, а замыкал шествие Го Чанчэн. Перед очередным поворотом у Чанчэна вдруг возникло предчувствие, что из тьмы на них может что-то выскочить. Он пристально вгляделся в тени в углу и внезапно заметил, как там что-то… шевельнулось. Пряталось во тьме и вдруг обрело форму…

Это была рука!

Глава 5.

Рука выползла из тени и жадно схватила Шэнь Вэя за ногу, но тот, кажется, ничего не заметил.

Юньлань осторожно взял его за плечо и увлёк на несколько шагов назад.

— Только что вспомнил, — заявил он, украдкой бросив в сторону подозрительного угла горсточку пепла — рука из тени, обжёгшись, уползла назад. — Нам это дело только что передали, наверное, стоит поговорить с ректором. Можете помочь?

Шэнь Вэй взглянул на него, и Юньлань увидел, что его глаза сузились до тонких линий, словно нарисованных тушью на холсте. Его взгляд из-под очков очаровывал и проникал прямо в душу.

В тусклом свете коридора его облик походил на персонажа древней картины, написанной призраком из страшных сказок.

А затем он улыбнулся:

— Да, здесь от меня помощи немного. Кафедра математики дальше по коридору. Осмотритесь, а я найду ректора.

— Спасибо, — Юньлань вытащил из кармана руку и крепко пожал прохладную ладонь Шэнь Вэя, прежде чем двинуться вперёд. Го Чанчэн последовал за ним.

Но через несколько шагов осторожно обернулся.

Профессор не сдвинулся с места. Он стоял там, где они его оставили, и на ощупь протирал стёкла своих очков, глядя Чжао Юньланю в спину. Это был таинственный и печальный взгляд, в котором смешались ностальгия, сдержанность, обожание и самая толика жуткой тоски.

Он стоял посреди длинного коридора, несчастный и одинокий, и Го Чанчэн отчего-то подумал, что профессор Шэнь мог бы стоять вот так, глядя им вслед, веками.