Кашмирский шиваизм. Наслаждение и Освобождение - Пандит Баладжиннатх - Страница 36

Шивананданатха разработал более легкий вид шакта-упая, заключающийся в использовании упомянутых двенадцати категорий в определенном порядке. Эти категории одна за другой используются в качестве целей созерцательной медитации и последующего поглощения. Поскольку крама означает «последовательность» на санскрите, более легкий вид шакта-упая стал известен как краманая. О краманае было много написано разными йогинами, и Джаяратха цитирует многих из них в своем комментарии к Тантралоке. На самом деле, этот крама-метод шакта-упая стал таким популярным среди практикующих Трику в Кашмире, что многие учителя, такие как Джаяратха, упоминали их совместно с Трикой как независимую систему (Тантралока, V. XIII. 435).

Тенденция рассматривать систему крама как самостоятельную была широко распространена во времена Абхинавагупты, что говорило о популярности практики краманая. Если бы это действительно была независимая теологическая система, она бы не обсуждалась в таких подробностях как составная часть и важная разновидность шакта-упая. Кроме того, главный принцип двенадцати Кали применялся не только в шакта-упая, но также в шамбхава (Тантралока, III. 250-53). Он также упоминался как важный элемент дхьяны (медитации, прим. пер.) анава-упая (Тантралока, II.23–27; Тантрасара, 36).

Абхинавагупта приводит несколько цитат из Агам, говоря о различных системах садханы, таких как Вама, Дакшина, Кула, Мата, Трика, и т. д. Эти цитаты встречаются в его комментарии к Паратришике (V.92). Джаяратха также цитирует эти отрывки (Тантралока, V. I. 48–49). Ни в одном из них крама не упоминается как самостоятельная система духовной практики.

Дж. К. Чаттерджи, первый исследователь Кашмирского Шиваизма, ошибочно назвал краму независимой системой теологической практики. К сожалению, большинство современных ученых приняли его взгляд, не учитывая вышеупомянутые факты.

Крама, доктрина двенадцати Кали — важный элемент всех трех упая, и неотъемлемая часть системы Трика. Как таковая, она не может считаться самостоятельной системой или практикой. Эта разновидность шакта-упая, входящая в Трику, пользовалась особой популярностью среди древних мастеров Кашмирского Шиваизма.

Когда практика шакта-йоги доведена до совершенства, она автоматически достигает уровня шамбхава-йоги. Согласно этой философской традиции, методы шамбхава и шакша-йоги, предназначены только для тех ищущих, которых Господь Шива одарил мощным потоком божественной благодати. Только такие люди проявляют живой интерес к практике и быстро достигают успеха на высших ступенях йоги. Шамбхава также известна как абхедопая, монистический метод освобождения, и шакта называется бхеда-абхеда-упая, моно-дуалистический метод (Тантралока, I. 230).

Анава-йога

Анава-йога известна как бхеда-упая, метод, действующий в сфере многообразия. Ее различные формы предназначены для практикующих, которые не способны к практике двух более высоких видов йоги. В шиваизме словом «ану» называют ограниченных существ, обычных, связанных ограничениями людей, и анава — форма йоги, подходящая для существ, живущих в сфере Майи (Тантралока, I. 221). Для дальнейшего разъяснения этих трех видов йоги, нужно добавить, что анава — имя, данное медитации на внешних предметах, в то время как шакта и шамбхава — субъективны по своему характеру. Подлинная природа субъекта должна быть реализована посредством шамбхава, в то время как созерцать ее следует с помощью субъективного представления шакта-йоги. В анава-йоге акцент переносится с субъекта на объект. Практикующие должны созерцать определенные объекты и размышлять над их сущностной природой, согласно предписаниям философии шиваитской недвойственности. Все эти объекты нужно видеть совершенно не отличными от Абсолюта. Поскольку такая медитация — действие, требующее значительного умственного усилия со стороны йогинов, и поскольку такое усилие (крия) более преобладает в анаеа-йоге, чем элемент знания, анава-йога также называется крия-йога, или йога действия. В других отношениях, джняна и крия тесно взаимосвязаны.

В анаеа-йоге существует две категории объектов для медитации: т. е. 1) находящиеся внутри (грахья) и 2) во внешнем мире (бахья). Все эти объекты медитации выстроены по степени приоритетности, в зависимости от их удаленности от субъекта. Медитация на объекте, ближайшем к субъекту — высший вид анава-йоги, а та, что направлена на наиболее удаленный объект — низший. Буддхи — способность понимать, прана — жизненная сила, деха — физическое тело, и дхвани — звук дыхания — объекты грахья, расположенные в нисходящем порядке в зависимости от их преимуществ (Тантрасара, 43). Это составляет четыре вида внутренних объектов медитации в анава-йоге. Пятый вид называется бахья, или внешние объекты — пространство и время. Пространство и время рассматриваются в трех аспектах, что приводит к шести подвидам бахья-йоги, называемых шададхван, или шесть способов медитации на внешних предметах. Все они будут кратко рассмотрены далее.

Дхьяна-йога

Когда анаеа-йога практикуется с созерцательной медитацией на буддхи, она называется дхьяна-йога или буддхи-йога. Она совершенно отлична от дхьяна-йоги Патанджали. Практикующий должен представить триединство познающего субъекта (праматр), познаваемого объекта (прамея) и средств познания (прамана) как единое целое, тождественное его собственному Я-сознанию. Затем нужно визуализировать его как пылающий огонь сознания, окруженный языками пламени в виде круга божественных энергий — двенадцати Кали, находящихся в сердце. Затем этот огонь нужно визуализировать проходящим через любые отверстия тела — глаза, уши, нос, и т. д., и по очереди воспламеняющим объекты, находящиеся в его поле действия. С особой яркостью практикующие визуализируют это пламя как творящее, сохраняющее, поглощающее, разделяющее и усваивающее необходимые объекты, подобно пламени, пожирающему топливо. Такая деятельность буддхи представляется активностью Бога, предстающего в форме практикующих. Регулярная практика такой созерцательной медитации на функциях буддхи приводит к раскрытию в практикующих их истинной природы как Божественной Сути (Тантрасара, 36–37). Впоследствии они достигают анава самавеши — состояния Шивы, и удостаиваются практики шакта-йоги.

Уччара-йога

Следующей по близости к субъекту находится жизненосная сила, называемая праной. Функции праны разнообразны в зависимости от того, бодрствуем ли мы, спим, находимся в трансцендентальном состоянии, и т. д. (см. главу 3). Выброс и поглощение объектов посредством дыхания, речи, мышления, работы, понимания, и т. д., составляют функции праны в состояниях сна и бодрствования, потому что оба действия выброса и поглощения присутствуют в обоих состояниях (Ишварапратьябхиджнявимаршини, III.ii.19; Бхаскари, 271-73).

В более глубоком состоянии, известном как сон без сновидений, и прана, и апана растворяются в единой функции, называемой самана (Ишварапратьябхиджнявимаршини с Бхаскари, II. 273). Переживание ее проявляется как внутренняя вибрация.

Четвертая функция праны — у дана. Это действие интуитивного раскрытия истинной природы Я, переживаемое йогинами в состоянии турья. Обычные люди, как правило, не испытывают его. Йогины ощущают это раскрытие как движение внутри позвоночника. Все обычные мысли затихают, и на их место приходит неконцептуальная Самореализация, переживаемая как внутренний жар или сияние (там же, 275).