От Кубани до Севастополя. Зенитная артиллерия вермахта в сражениях на Юге России. 1943—1944 - Пиккерт Вольфганг - Страница 24

Но и с наступлением темноты противник продолжал повсюду теснить наши войска. Тем не менее 297-й бригаде штурмовых орудий вместе с входившим в ее состав 86-м легким зенитным дивизионом, который в таких маневренных боях чувствовал себя в своей стихии, удавалось то и дело контратаковать противника и тем самым прикрывать отход главных сил.

Зенитный бронепоезд, неустанно курсирующий по железнодорожной линии Джанкой – Симферополь, постоянно обстреливал противника, нанося ему ощутимые потери и задерживая его продвижение вперед. Так, например, 12 апреля в голой Крымской степи и на подготовленных позициях удалось задержать превосходящие силы противника и крупное танковое соединение русских и тем самым выиграть время.

Переоценив достигнутый за день успех, вечером 12 апреля в районе села Айбары, прямо в степи, недалеко от немецкого арьергарда приземлились два вражеских самолета. Им крупно не повезло, так как недалеко находились «гусары зенитных войск» из 86-го легкого зенитного дивизиона. Автоматические 20-мм зенитки 3-й батареи этого дивизиона открыли ураганный огонь по только что приземлившимся советским самолетам, которые при повторной попытке взлететь были сбиты. Советские штабные офицеры, так и не успевшие сесть в самолеты, попали в плен. Так что, несмотря на всю серьезность положения, при отступлении происходили и вот такие забавные инциденты[80].

Угроза параллельного преследования со стороны противника[81]

Несмотря на то что отступление проходило в основном по плану, XXXXIX горнострелковому армейскому корпусу все еще грозила серьезная опасность: крупное вражеское танковое соединение[82], которое в полдень 11 апреля ворвалось в Джанкой, вышло тем самым на относительно хорошую и широкую дорогу Джанкой– Симферополь. При смелом командовании это танковое соединение могло бы, двигаясь по дороге и по прилегающей к ней степи, стремительным броском через Симферополь отрезать ХХХХІХ горнострелковый армейский корпус от Севастополя.

В сложившейся ситуации надо было во что бы то ни стало, даже слабыми силами, задержать противника и тем самым выиграть время. Поскольку автомобильная дорога на Симферополь и железнодорожная ветка проходили параллельно друг другу, тут можно было эффективно использовать зенитный бронепоезд. Еще вечером 11 апреля при поддержке отходивших зенитных батарей ослабленные немецкие силы смогли остановить противника у села Курман (Красногвардейское), находившегося примерно в 24 километрах южнее Джанкоя. Противник не воспользовался благоприятной ситуацией, чтобы просто обойти эту маленькую группу по степи, а позволил себе остановиться на достигнутых рубежах. В это время боевая группа 297-й бригады штурмовых орудий все еще сражалась под Новоивановкой, примерно в 40 километрах северо-западнее села Курман, и в этот момент начался отход передовых частей 336-й и 50-й пехотных дивизий, занимавших позиции западнее Новоивановки. Ситуация была критической! Это был классический пример возможности параллельного преследования; сложилось такое положение, которым противник, к счастью, не сумел эффективно воспользоваться. Правда, при этом нельзя исключить, что упорное сопротивление немецких войск в бою за Джанкой настолько измотало неприятеля, что он был просто не в состоянии развить достигнутый успех.

Вечером 11 апреля, когда бои у села Курман были в полном разгаре, на степной железнодорожной станции Сейт-лер (Нижнегорский), находившейся примерно в 30 кило-метрах восточнее села Курман (Красногвардейское), произошла разгрузка эшелона с зенитными батареями, прибывшими из района Феодосии, которые надо было доставить через Джанкой в Севастополь. Теперь эти батареи оказались в голой степи без средств передвижения. Но еще тем же вечером в самый последний момент командованию 9-й зенитной дивизии удалось организовать отправку из Симферополя на станцию Сейтлер нескольких мощных тягачей, чтобы с их помощью перевезти выгруженные зенитные орудия в Севастополь. И эта рискованная операция удалась без помех со стороны противника.

Удержание линии Гнейзенау 12 и 13 апреля

12 и 13 апреля надо было во что бы то ни стало задержать противника, прорвавшегося вечером 11 апреля через Джанкой до села Курман (Красногвардейское), лежащего на дороге Джанкой – Симферополь. И здесь наилучшим образом оправдала себя, пусть и возведенная в спешке оборонительная линия Гнейзенау, проходившая на рубеже села Сарабуз (Гвардейское). Примерно в 16 километрах к северу от этого села, у поселка Биюк-Онлар (Октябрьское), имелась еще одна выдвинутая вперед позиция. Нескольким поспешно собранным соединениям, в том числе отважно сражавшимся моторизованным частям 6-й румынской кавалерийской дивизии, усиленным отдельными зенитными батареями с аэродромов Каранкут и Сарабуз, при поддержке зенитного бронепоезда действительно удалось задержать неприятеля на рубеже села Сарабуз до вечера 13 апреля[83].

Тем самым удалось выиграть время, которое потребовалось соединениям 111, 336 и 50-й немецких пехотных дивизий, а также румынским дивизиям, чтобы форсированным маршем добраться до внешнего обвода северного оборонительного рубежа Севастопольского укрепрайона. Восточный фланг линии Гнейзенау к северо-востоку от Симферополя прикрывали 279-й зенитный артиллерийский дивизион сухопутных войск и 89-й легкий зенитный дивизион, переброшенные сюда из-под Феодосии.

Особенно сильное давление противник оказывал западнее дороги Джанкой – Симферополь, преследуя по пятам арьергарды отходивших дивизий и прорываясь сквозь неизбежные бреши, возникавшие между арьергардами, представлявшими собой всего лишь отдельные боевые группы. Так, в ночь с 13 на 14 апреля 297-й бригаде штурмовых орудий пришлось несколько раз пробиваться с боем через позиции, занятые неприятелем. Во время прорыва через село Авет, занятое противником, 86-й легкий зенитный дивизион ураганным огнем своих 20-мм зенитных пушек на самоходных лафетах прикрывал двигавшиеся вместе с ними штурмовые орудия, которые, в отличие от зениток, как известно, не могут стрелять в сторону от дороги.

Подразделения дивизии на северном оборонительном рубеже Севастопольского укрепрайона

Утром 14 апреля 1944 года боевая группа Хоппе отбила у противника переправу через небольшую речку и, преследуемая с обеих сторон неприятелем, устремилась по степи на юг. К полудню боевая группа добралась до передовых позиций Севастопольского укрепрайона. Во время боев в предполье города-крепости Севастополь 86-му легкому зенитному дивизиону удалось подобрать бойцов разгромленного немецкого пехотного взвода, которые в беспорядке отступали по степи[84]. Тем самым зенитчики спасли братьев по оружию от наседавших моторизованных частей противника, ведь для них это был само собой разумеющийся акт фронтового братства.

Одновременно Советы продолжали наступать через Симферополь в сторону Севастополя. При этом на полпути к Севастополю, в районе города Бахчисарай, противник потерпел чувствительное поражение. Комендант города-крепости Севастополь полковник Беец занимал здесь арьергардную позицию с 2 батальонами, 6 зенитными батареями и несколькими штурмовыми орудиями. Подпустив неосторожно следовавшего слишком плотными колоннами противника поближе, полковник обрушил на него шквал огня. Это позволило выиграть почти 12 часов, что имело решающее значение для обороны северного и северо-восточного рубежей Севастопольского укрепрайона[85].

Вечером 14 апреля соединения XXXXIX горнострелкового армейского корпуса, занимавшие северный и северо-восточный оборонительные рубежи Севастопольского укрепрайона, вступили в боевое соприкосновение с противником, в то время как восточный и южный рубежи города-крепости охранялись стянутыми сюда соединениями I румынского горнострелкового корпуса. На этом участке фронта Севастопольского укрепрайона сначала занимали позиции лишь несколько 88-мм зенитных орудий, которые обеспечивали здесь противотанковую оборону до тех пор, пока сюда не подошли долгожданные соединения V армейского корпуса (см. карты 14, 15).