Я вам не Сталин… Я хуже! Часть вторая: Генеральный апгрейд (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 257

Но тоже не смертельно.

Ежу понятно, что в «текущей реальности», с появлением на стороне советских ВВС попаданца с «послезнанием» - эти два фактора в значительной степени нивелируются. Непосредственно близ границы будут находиться лишь хорошо замаскированные «аэродромы подскока» с рассосредоточенными на них самолётами численностью не более авиаполка.

Однако, «на той стороне» – тоже не полные лабухи играют за плохих парней… Да и с нашей стороны, вполне возможен какой-нибудь непредусмотренный мной «человеческий фактор».

Так что особо я не обольщаюсь!

Ещё одной большой проблемой было то, что уставы и наставления ВВС КА по воздушному бою истребителей, не соответствовали современным требованиям от слова «ни с какого бока».

Ведь недаром говорят:

«Воюй по уставу – получишь честь и славу!».

А последние были такие, что воюя по ним - ничего кроме позора и бесчестия, не заработаешь.

Кроме «патрулирования» и «прикрытия» - как основного вида боевой деятельности, пресловутых построенных равнобедренным треугольником «троек», в них было требование начинать стрельбу с трёхсот-четырёхсот метров. Для чего на истребителях был даже предусмотрен оптический прицел(!) - об который пилот при аварийных посадках бил лоб.

И бывало – со смертельным исходом.

Сразу видно, что уставы и наставления писаны теоретиком – вроде нашего «диванного стратега», в реальном воздушном бою никогда не бывавшем.

На боевой же опыт полученный в Испании, Китае, Монголии и Финляндии, подобные «академики-теоретики» ложили…

Правильно – «его»!

Что особо парадоксально и даже издевательски над здравым смыслом звучит, но современные духу рекомендации были выпущены…

Правильно: в 1943-м году - когда от легионов «И-16» и «И-153» остались считанные десятки, может быть сотни машин.

В изданной в тот переломный год брошюре «Воздушный бой с истребителями, особенности боя с ними», русским языком по белому было написано:

«Самолет И-16 по скорости, конечно, уступает Bf.109, но по маневру он лучше Bf.109. Навязать бой “мессеру”, не желающему драться, И-16 не может, но с противником, идущим на бой, И-16 способен прекрасно расправиться. И-16 от атаки Bf.109 всегда может увернуться, если только летчик И-16 своевременно заметил противника… Находящийся вверху И-16 может за счет снижения атаковать Bf.109 и сзади».

Конечно, несколько оптимистично звучит – не забываем про время, когда это наставление было написано, отпечатано и распространено. Но в целом же, её положения один к одному сходится со словами живых лётчиков и воспоминаниями ветеранов из моего «послезнания».

Ныне «обитель зла» - «Академия имени Жуковского» была разрушена от слова «навсегда». Населяющие её многочисленные теоретики – приставлены к делу, а в Главном управлении ВВС ВС СССР, бывалые ветераны-практики диктуют писателям из группы Толстого новые уставы и наставления…

Всё просто замечательно, вроде, но я хорошо понимаю:

До войны осталось буквально чуть-чуть!

Срок освоения их в строевых частях, очень незначительный и на первых порах в советской боевой авиации, будет довлеть сила инерции.

Следующим неблагоприятным фактором для нашей авиации служит недостаточная подготовка лётчиков и прежде всего – лётчиков-истребителей.

Конечно с образованием «Особого авиационного округа» генерала Апанасенко – сети запасных авиационных полков в Туркменской ССР, налёт у пилотов будет увеличен до минимальных ста пятидесяти часов – примерно столько учили в Люфтваффе в конце войны. Плюс дополнительно сорок в школах воздушного боя, где молодёжь будут учить прежде всего – разведывать и, только после этого - стрелять, бомбить и тактике воздушного боя…

Однако, надо понимать, что ресурс даже серийных советских авиадвигателей ничтожен – пятьдесят, от силы - сто часов… Уже изношенные старые машины скоро кончатся и, хочешь не хочешь - а придётся использовать для обучения боевые…

Из тех самых 3287 И-16 и 3370 Чаек.

Получается, что для того чтобы подготовить одного лётчика-истребителя - надо угробить как минимум два мотора.

Хотя, последние можно восстановить - в «Особом авиационном округе» в авральном порядке организуется сеть ремонтных мастерских и даже свой ремзавод, значительная часть машин (все они будет с М-62) не будет участвовать в боевых действиях.

Кроме того, при столь интенсивном обучении - значительная часть машин будет «желторотиками» разбита в хлам с последующим списанием: аварийность в авиации – это самое обыденное дело, а уж в советской то…

Мы как всегда, впереди планеты всей!

Ну и наконец, два самых главных неблагоприятных фактора - почему и в «текущей реальности», всё может получиться не так «как хочется» - а так «как всегда»:

Наша традиционная слабость организации и географически-логистическая растянутость предстоящего театра военных действий.

Люфтваффе уже умеет концентрировать ударные кулаки в решающем месте, а мы ещё только-только начинаем учиться. Поэтому, не считая трёхсот с лишним истребителей в Первой воздушной армии Рокоссовского, остатки от трёх тысяч И-16 придётся ровным слоем размазывать на пространстве от Мурманского до Севастополя.

«Немцы очень хорошо маневрировали авиацией. И своими ударными группами, и своими истребителями. На направлениях главного удара они сосредотачивали большое количество авиации, на второстепенных же направлениях в этот момент проводили отвлекающие операции. Немцы старались превзойти нас стратегически, в кратчайший срок подавить нас массой, сломить сопротивление. Надо отдать им должное, они очень смело перебрасывали части с фронта на фронт, у них почти не было «закрепленных» за армиями авиационных частей. На участке, где у них в этот момент было меньшинство, проводили демонстративные вылеты, очень талантливо изображали активность и численность, показывали, что они сильны и способны мощно атаковать».

Конечно, да!

На спокойных участках фронта, части ВВС воевать будут совсем по-другому: вместо патрулирования – разведка и свободная охота с целью истребления всего летающего у противника. Ну и поддержка своих наземных войск при каждой возможности.

Но если наш авиакорпус находится на направлении главного удара Вермахта…

Остаётся только действовать «из засады», сбивая по наводке ВНОС - одиночные, отставшие от своих и подбитые зенитной артиллерией самолёты противника.

Значит, что?

Значит, мне ничего другого не остаётся, как…

Поискав глазами и не найдя, кричу:

- Товарищ Нарком авиационной промышленности! Где Вас носит, срочно подойдите сюда.

Туполев тут же отозвался и вышел из-за толпы обступивших меня командиров авиации, лётчиков и прочей публики и, вопросительно посмотрел на меня.

А я ему:

- Производство И-16 «Тип 29» нужно продолжить в Горьком и Новосибирске…

Подумав, добавил:

- …В столь большем количестве - насколько это не вредит качеству. Качество в самолётостроение - отныне наше всё!

Последними, в «реальной истории» его перестали выпускать Горьковский авиазавод «№21» - восемьдесят машин за январь-февраль уже этого года и, Новосибирский «№24» - пятнадцать за январь.

Первый ради деревянного как бочка их-под пиратского рома ЛаГГа, второй ради нелетающего истребителя Сильванского ИС-1. Снимали подчас очень крутыми, варварскими способами и в прямом смысле собственными руками:

«Как-то утром пришли мы в цех,  а из ворот показался очередной И-16, Воронин подбежал к пожарному крану, схватил висевший там топор и стал наносить удары по самолету. Изуродовал его совершенно. Зрелище было страшное – заместитель наркома рубит своими руками новую боевую машину»146.