От тьмы – к свету. Введение в эволюционное науковедение - Даниленко Валерий Петрович - Страница 41

Вышел Паньгу из космического яйца, родившегося чудесным образом из первобытного хаоса, и стал прародителем всего мироздания: из волос на его голове и усов возникли созвездия, из левого глаза – Солнце, из правого глаза – Луна, из вздоха – облака и ветер, из голоса – гром, из блеска глаз – молнии, из пота – дождь и роса, из плоти – почва, из зубов и костей – металлы и камни, из крови – реки, из жил – дороги, из кожи и волос на теле – деревья, травы и цветы, а животные и люди, между прочим, произошли из паразитов, которые ползали по его телу. По всему миру их разбросал ветер (Юань Кэ. Мифы Древнего Китая. М., 1965. С. 13).

3.1. 2. 2. Индия

В качестве гигантского первочеловека в индийской мифологии выступает Пуруша. Из его разума появился м есяц, из глаза – солнце, изо рта – огонь, из дыхания – ветер, из пупа – воздух, из головы – небо, из ног – земля. Но не только физиогенез обязан своим происхождением Пуруше. Ему обязан также биогенез и, в какой-то мере, культурогенез (в частности, стихотворные размеры и деление людей на касты. В «Гимне Пуруше» читаем: «Пуруша – это всё, что стало и станет… Стихотворные размеры возникли от него… От него возникли лошади и другие животные с верхними и нижними зубами. Коровы возникли от него, от него возникли козы и овцы… Брахманом стали его уста, руки – кшатрием, его бёдра стали вайшьей, из ног возник шудра» (Антология мировой философии в четырех томах (АМФ). Т. 1. Ч. 1. М., 1969. С. 72–73). Брахманы – жрецы (высшая каста у индийцев), кшатрии – воины, вайшьи – земледельцы и шудры – рабы (самая низшая каста).

3.1. 2. 3. Израиль

Антропоцентризм библейской картины мира не так очевиден, как в китайской и индийской мифологии, но и в ней он представлен в достаточно яркой форме: библейский творец мира – Яхве (Иегова) – очень похож на человека.

Еврейская мифология имеет своеобразие. Если в китайской и индийской мифологии мир создаётся из гигантских перволюдей чудесным образом, без участия внешних сил, то в еврейской мифологии этот мир – творение Бога, который, если судить по Адаму и Еве, был очень похож на нас с вами.

Древнееврейский Бог Яхве, как известно, сотворил мир за шесть дней. Они описаны в первой книге Моисея, названной «Бытие» (в пятикнижие Моисея также входят «Исход», «Левит», «Числа» и «Второзаконие»). Описанию шести дней творения мира посвящена первая глава «Бытия».

Что произошло в первый день? «В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою (значит, землю он создал вместе с водою на ней? – В. Д.). И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью» (Библия. М., 1976. С. 5). Выходит, в первый день Бог создал небо, землю, сплошь покрытую водой, свет (день) и тьму (ночь). Понятно, что день и ночь стали отделяться друг от друга утром и вечером.

Что произошло во второй день? «И сказал Бог: да будет твердь посреди воды…». Может быть, здесь речь идёт о суше? Ничего подобного: «И назвал Бог твердь небом» (там же). Выходит, небо он создавал дважды – не только в первый, но и во второй день.

Что произошло в третий день? «И сказал Бог: да соберётся вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. И назвал Бог сушу землёю, а собрание вод назвал морями.» (там же). Но на этом не кончаются деяния Яхве в третий день. В этот же день он повелел земле производить траву и дерево. Выходит, в третий день были созданы суша, производящая траву и дерево, и моря.

Какими были деяния Яхве в четвёртый день? «…И создал Бог два светила великие: светило большое, для управления днем, и светило меньшее, для управления ночью, и звёзды» (там же). Надо думать, в четвёртый день он создал солнце, луну и звезды.

Сделаем паузу. Первые четыре дня Бог главным образом занимался физиогенезом. Правда, в третий день он занимался и растительностью. Следовательно, биогенез, по библейским представлениям, зародился в недрах физиогенеза. Зато пятый день был посвящен целиком биогенезу, а также и психогенезу.

Вот каким насыщенным был пятый день творения мира: «И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею. И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся., и всякую птицу пернатую. И благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь.» (там же). Таким образом, в пятый день он создал пресмыкающихся, рыб и птиц. Это биогенез. Но он вложил в них и «душу живую». Это психогенез.

Что происходит в шестой, последний, день творения мира? В этот день, самый насыщенный, продолжался биогенез и психогенез – у новых животных, но в этот же день Бог создал мужчину и женщину, которые стали заниматься материальной культурой. Следовательно, шестой библейский день – начало и культурогенеза. Вот как выглядел этот день, если мы почитаем о нем в первой главе: «И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду её, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так. И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему. И сотворил Бог человека.; мужчину и женщину. И сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею. Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на земле, и всякое дерево, у которого плод древесный. – вам сие будет в пищу» (там же. С. 6).

Как видим, культурогенез здесь выписан ещё очень слабо – лишь в отношении к пище. К тому же речь здесь идёт о растительной пище, пользоваться которой можно без особого труда.

Можно сказать так: в первой главе «Бытия» больше внимания уделено физиогенезу и биогенезу, чем психогенезу и культурогенезу. Тем не менее, все четыре ступени эволюции уже фигурируют.

Библейская картина мира – плод мифической фантазии её авторов, но в ней в какой-то мере присутствует и преднаука. В чём это выразилось? В том, что Бог творил мир в той же последовательности, что и эволюция: от физиогенеза к культурогенезу.

3.1. 2. 4. Греция

В греческой мифологии нет яркого антропоцентризма, который мы видели у древних китайцев, индийцев и е вреев, но в ней есть антропоморфное обожествление продуктов природы и культуры. За Землёй, например, скрывается богиня Гея, а за громом и молнией – Зевс. При этом греческие боги очень похожи на людей. Они очеловечены. Выходит в результате, что в греческой мифологии нет явного антропоцентризма, но есть антропоморфизация Вселенной.

В прекрасной книге Вилла Дюранта «Жизнь Греции» (М., 1997. С. 184), впервые изданной ещё в 1939 г., читаем: «Высвобожденное местной независимостью, религиозное воображение Греции произвело на свет богатейшую мифологию и густонаселённый пантеон. Каждый земной и небесный объект или сила, каждое благо и каждый страх, каждое качество – даже пороки – человечества в результате олицетворения становились божеством, обычно в человеческом образе; ни одна другая религия не была столь антропоморфна, как греческая. Каждое ремесло, профессия, искусство имели своего бога, или, как следовало бы говорить, своего святого заступника; в дополнение к ним существовали демоны, гарпии, фурии, феи, горгоны, сирены, нимфы, не уступающие числом простым смертным».

Отождествление продуктов Вселенной с богами, похожими на людей, позволило творцам греческой мифологии представить унигенез как теогенез. Это значит, что рождение богов совпадает в ней с появлением тех или иных явлений – Земли, солнца, луны и т. д.

Там, где речь идёт о рождении, нельзя обойтись без родителей. Прародителем Вселенной стал великий, бесформенный и беспредельный Хаос. Поскольку он был один, ему ничего не оставалось, как породить Землю (богиню Гею) из самого себя. Из Хаоса произошли также любовь (Эрос), вечный мрак (Эреб) и ночь (Нюкта).

В свою очередь Гея породила Тартар (будущее владение бога смерти Аида) и небо (Урана). Вот как описывает первый этап теогенеза (унигенеза) Гесиод в своей поэме «Теогония»: «Прежде всего во вселенной Хаос зародился, а следом Широкогрудая Гея, всеобщий приют безопасный, сумрачный Тартар, в земных залегающих недрах глубоких, и, между вечными всеми богами прекраснейший, – Эрос, сладкоистомный – у всех он богов и людей земнородных душу в груди покоряет и всех рассужденья лишает. Чёрная Ночь и угрюмый Эреб родились из Хаоса. Ночь же Эфир родила и сияющий день, или Гемеру: их зачала она в чреве, с Эребом в любви сочетавшись. Гея же, прежде всего, родила себе равное ширью звездное небо, Урана, чтоб точно покрыл её всюду и чтобы прочным жилищем служил для богов всеблаженных» (Античная литература. Греция. Антология. Ч. 1. / Сост. Н. А. Федоров, В. И. Мирошенкова. М., 1989. С. 71).