Вернуть Боярство 7 (СИ) - Мамаев Максим - Страница 34

Глава 15

— Опоздали, ваше благородие, — констатировал очевидный факт его сопровождающий. — И как только успели обернуться столь быстро?

Взглянув на невозмутимо молчащего чародея, Змей с опаской сделал небольшой шажок назад. Реакция мага казалась ему странной — он ожидал, что тот будет зол, начнет расспрашивать его о подробностях произошедшего, требовать разузнать, куда именно увезли его человека… Однако вместо всего этого Пётр неожиданно для бандита улыбнулся — насмешливым, самодовольным оскалом хищника, развлекающего с угодившей в его добычей, ещё не подозревающей о том, что ей грозит…

Ледяной пот пробил спину Адепта, он на одних лишь звериных, вбитых нелегкой бандитской жизнью рефлексах попытался сделать тоже, что и всегда при встрече с опасностью — укрыться в тенях и удрать. И на этот раз испуганный Змей даже не пытался использовать свою собственную магию теней — у низкоранговых преступников неоткуда было бы взяться действительно серьёзным чарам этой школы наподобие тех, что использовали Тени Второго Императора, способные полностью сливаться со своей стихией.

Однако дожить до своих лет и даже стать командиром лучшей команды теневиков Сумеречных Котов и правой рукой их главаря, но не иметь при этом козырей было бы очень странно. Собственно, приученный своей рискованной профессией всегда иметь план «Б» на случай, если всё пойдет совсем не так, как хотелось бы, мужчина использовал свою самую большую ценность, о которой не знал даже его собственный главарь — таинственный артефакт, оставшийся от одного древнего и на данный момент уже истреблённого боярского Рода, который достался ему ещё в молодости.

От красивого золотого перстня, покрытого искусной резьбой, разошлась тихая, почти неощутимая волна магии. По телу бандита побежала лёгкая алая рябь — и рванувшая вперед подобно атакующему змею ладонь Старшего Магистра ухватила лишь пустоту. Оказавшийся в десятке метров от того места, где стоял мгновением раньше Адепт рванул вглубь города, расталкивая и сбивая с ног случайно оказавшихся на его пути к спасению прохожих.

— Караул! — орал он. — Спасите, Христа ради, люди добрые! Убивают!

— Жандармов кликните! — выкрикнул кто-то из окна соседнего здания, с интересом наблюдая за разворачивающейся погоней, которая обещала стать увлекательным развлечением для стороннего зрителя.

Ускорившийся и прекративший орать Змей нырнул в ближайший переулок и побежал, а к Смолов рванули несколько чародеев жандармерии, патрулировавших с группой солдат улицы. Учитывая, что район располагался близ критически важного объекта инфраструктуры города, воздушной гавани, патрулировали здесь улицу отнюдь не пара-тройка Учеников с пятком рядовых солдат. Мастер и четверо Адептов, отряд рядовых — два десятка Подмастерьев, отлично вооруженных и экипированных.

— Сударь, прошу вас представиться и показать документ, удостоверяющий вашу личность! — вежливо, но твёрдо обратился к нему возглавляющий патруль капитан жандармерии. — Что здесь произошло?

Мастер, в отличии от его подчиненных-Адептов, явственно ощущал исходящую от Смолова ауру Старшего Магистра — сегодня он её не скрывал, позволяя любому достаточно сильному магу понять, кто перед ним. Нарочно тоже не выпячивал, пытаясь подавить окружающих, как например прошлым вечером в разговоре со Змеем и его людьми, нет — скорее просто был расслаблен и открыт. Правда, служителя закона сей факт если и смутил, то не слишком сильно. За его спиной вся мощь и поддержка правоохранительной системы Ростова, так что в своих возможностях он был уверен. Правда, вежливость тоже сохранял — перед ним не какой-то слабак низших рангов без роду и племени, чародей шестого ранга вполне имел и право, и возможность по простецки набить морду капитану, если тот рискнет превышать свои реальные полномочия.

Адепты и ниже не могли правильно оценить ранг Старшего Магистра своим восприятием, ибо оно у них было ещё слишком слабо развито. Однако сам факт того, что перед ними персона явно не рядовая это им не мешало — сам факт громадной силы чародея они чувствовали отчетливо и желанием проявлять излишнее служебное рвение не горели.

— Конечно, капитан, — достал он документы из внутреннего кармана осенней куртки, пошитой из шкуры Проклятого Медведя. — Петр Самойлов, наследственный дворянин в силу своего ранга и вассал Рода Николаевых-Шуйских. У вас имеются ко мне какие-то претензии?

— Ну, не совсем… — чуть смутился капитан, оглядываясь в поисках кричавшего. — Тут кричали…

— Ну что ж, коли вы убедились в подлинности моей личности — не соблаговолите ли отдать мои документы? У меня, господа жандармы, ещё много дел, которые непременно требуется уладить именно сегодня, — протянул руку Пётр минуту спустя, дав капитану прочесть предоставленные ему бумаги и убедиться в подлинности печатей.

— Да, конечно, — взял тот под козырек, к явному облегчению своих бойцов. — Всего хорошего, господин Смолов, и прошу простить за доставленные неудобства.

— Да ну что вы, господа, я все понимаю — служба такая, — покивал понимающе Петр.

А затем неспешно направился в туже сторону и повернул ровно в тот проулок, куда завернул Змей, удиравший от него. Пройдя по ней немного вперед, он повернул на перекрестке направо и увидел небольшой двухэтажный многоквартирный дом, парадную дверь которого напрочь смело вовнутрь от явно могучего пинка.

И как не удивительно — при всём при этом ни особой суеты, ни громких криков слышно не было. Посреди мирного города кто-то устроил разборки с применением боевой магии, но никто этого будто бы не заметил. Немногочисленные прохожие, конечно, удивленно поглядывали на выбитую дверь, но не более.

— Запаздываете, господин, — осуждающе заметила выглянувшая из дверного проема женщина. — И как подобное ничтожество могло удрать от вас?

— А на что вы мне тогда, если даже за подобной мелкой швалью бегать пришлось бы лично мне? — поднял брови Смолов. — Это ты организовала тишину и спокойствие? Молодец, Фрося, зря я не верил в твои навыки менталистики.

— Не называйте меня так, — топнула ножкой его собеседница. — Так варварски коверкать моё имя — это преступление!

Феркия ол Лавиан, некогда нолдийская пленница, а ныне же — полноценная гражданка Российской Империи наравне со всеми своими сородичами, получившими его от Второго Императора, имела вполне себе законную возможность покинуть Родовые земли Аристарха Николаева-Шуйского. Ибо Павел Александрович распорядился предоставить право на выкуп всем пленникам, имеющимся у его дворян. За исполнением этого указа следили на удивление строго, впрочем, никто сильно и не упирался — нолдийцы охотно платили за каждого из своих. Артефактами, знаниями, материалами, добытыми в непосредственной близости у самого Разлома, а потому редкими даже по меркам Сибири…

Однако Феркия за те недели и месяцы, что ей довелось провести среди людей успела всё для себя решить. Да, люди относились к ней с Ильхаром весьма настороженно, ветераны гвардии Рода и вовсе кривились и ругались при их виде, да и говорили с ними сквозь зубы и нехотя. Однако продолжалось так лишь первое время, и чародейка некоторое время спустя с удивлением заметила, что на них постепенно перестают обращать внимание. У неё появились какие-никакие, но приятельницы — несколько чародеек второго ранга, с которыми она работала артефактором — способности её в этом искусстве были на достаточно неплохом для её ранга уровне, да и наука эта у её народа была куда развита куда лучше, чем у местных. Новые владения сейчас заполнялись сотнями и тысячами разумных, отбросивших былую жизнь и отчаянно желающих найти новый угол, в котором можно будет обосноваться и обжиться, так что требовалось огромное количество разной разной бытовой мелочевки на основе магии — а это она умела.

Ильхар, наконец поправившись благодаря щедро распорядившемуся не жалеть на него алхимии Аристарху, приступил к своим новым обязанностям — стал инструктором фехтования у его гвардейцев. Поначалу он сильно робел и опасался показывать свою настоящую силу и навыки — для него люди были теми же нолдийцами, разве что без рогов, и он помнил, как те относились к слишком много, на их взгляд, позволяющим себе сорсам…